вскоре из-за двери.
Ручка задергалась и посыпались удары.
– Дорофей, что же нам делать-то?! – прокричала девушка.
Но кот уселся на открытом окне, за которым начинал моросить дождь, и, казалось, ждал хозяйку. Аглая подбежала к нему и увидела, что к березе, стоящей напротив, прислонена вымазанная синей краской деревянная лестница. Аглаю словно раскаленным прутом пронзило такое отчаянное желание спуститься по ней, что от накатившего волнения она чуть не задохнулась. По телу пробежала дрожь, глаза заволокло горячим туманом, она на секунду прикрыла глаза. А когда их открыла, то увидела, как лестница медленно отделилась от дерева и плавно качнулась, чтобы через пару мгновений прислониться к окну. Дверь распахнулась, когда Аглая вместе с Дорофеем уже спрыгнули с лестницы на скользкую от дождя землю и пустились бежать в сторону леса.
Гром гремел не переставая. Разноцветные молнии косыми стрелами пересекали небо. Дождь лил как при библейском потопе. Аглаю трясло от холода и страха. За каждым деревом в лесу ей мерещился образ матери. А с каждым новым ударом молнии ей казалось, что она умирает.
* * *
Вымокшая насквозь Аглая наконец с трудом добралась до единственного безопасного теперь для нее жилья – маленькой деревянной избушки на краю города. Прижимая к груди кота, такого же напуганного и промокшего, как и она, постучалась в дверь.
Дверь открыла сгорбленная старуха с большим крючковатым носом. В одной руке она держала свечу, а другой опиралась о щербатый косяк.
– Никак Глашенька? – ахнула старуха.
– Пустишь переночевать, баба Варь! – У Аглаи так стучали зубы, что она еле могла говорить.
– Входи, входи! Как же я не пущу внучку моей подруженьки Нины? Я ж думала, что в такую погоду одни оборотни шастают. – Старуха покачала головой и пропустила ее в избу, пропахшую пряными травами. – Я пока чаю с малиной и мелиссой заварю, а ты пойди в спальню, переоденься в сухое. Там в шкафу поищи. Что-нибудь да подойдет. – Баба Варя отправилась на кухню, увешанную до самого потолка сушеными травами. Туда же шмыгнул и Дорофей, надеясь полакомиться теплым молочком.
– Всё, чайничек готов. – Баба Варя вошла в комнату, где уже успела расположиться Аглая. В руке она держала большой красный чайник в белый горошек. – Такой погодки в нашем городе уже вечность не было. Прямо напасть какая-то, – запричитала баба Варя. – А теперь, девочка, давай рассказывай, что тебя принесло на другой конец города да в такое ненастье.
Аглая, забравшись с ногами в большое мягкое кресло, натянула до подбородка теплый плед и, попивая ароматный чай, поведала бабе Варе о сегодняшних злоключениях. На коленях у нее, свернувшись черным клубочком, устроился Дорофей. Старушка, прикрыв глаза, слушала и качала головой.
– Что делать-то мне теперь, баба Варь? Ты же все наперед видишь. Недаром некоторые тебя ведьмой называют. Подскажи!
– Ложись-ка ты, пожалуй, и хорошенько выспись, а завтра и поговорим. – Баба Варя зевнула. – Оставайся здесь, а я лягу на кухне.
Аглая проснулась среди ночи от жажды и жара. «Вот только заболеть сейчас не хватает. Хотя баба Варя, если что, любого вылечит». Она встала, на цыпочках прокралась к двери и пошарила по стене, ища выключатель. Свет вспыхнул неожиданно ярко и сразу осветил стеклянный шкафчик, стоявший незамеченным в углу. В нем Аглая увидела небольшие глиняные фигурки птичек и разных зверюшек. Сама не зная зачем, она открыла дверку и стала каждую рассматривать. Дойдя до последней, девушка, не веря глазам, положила фигурку себе на ладонь и поднесла ближе к свету. Нет, ей не показалось. Она держала в руках фигурку Романа, Лидиного пропавшего мужа. Похоже, баба Варя и была той ведьмой! Кто-то ей заказал Романа! Но тогда где же трое остальных?
Аглая распахнула дверь избушки, вдыхая сырость ночного воздуха. Дождь закончился, и она вдруг отчетливо почувствовала запах гари. Аглая посмотрела на небо и увидела горящую огнем морду собаки. Собака лизнула огненным языком дерево где-то далеко на горизонте, и оно полыхнуло ярким пламенем, быстро охватывая и другие.
– Ужас-то какой! – раздался позади голос старушки.
Аглая вздрогнула, как от укуса змеи, и резко обернулась.
– Это ты! Это же была ты! – Слова полились из нее бессмысленным потоком. – Настоящая ведьма! Не такая, как я!
– Ты о чем? – изумилась старушка.
– Я все знаю. Я видела фигурку Романа. Что ты с ним сделала? Навела порчу, приворожила, убила? – выкрикивала в истерике Аглая.
– Ах вот ты о чем! Успокойся, девочка. Я всего лишь знахарка, а не ведьма, хоть и дружила с твоей бабушкой. – Старушка протянула руку, чтобы погладить Аглаю по голове, но Аглая в ужасе дернулась и увернулась.
– Да перестань же, наконец! – Старушка сердито убрала руку. – Да, я слепила его фигурку из глины. Это же был последний пропавший мужчина.
– Последний? – Аглая, разом ослабев, навалилась спиной на дверь. – Из этих четырех? Они что, связаны между собой?
– А как же! Почему же, думаешь, на тебя ополчилось столько баб? Роман был четвертым. И я слепила последнего, чтобы посмотреть, кто тесно связан со всеми этими мужчинами тонкой нитью судьбы. А оказалось, что это ты, Глашенька, раз пришла.
– Ничего не поняла, – пробормотала девушка.
Спокойный и рассудительный голос старушки подействовал на девушку умиротворяюще, и она почти успокоилась.
– Игорь Северинов, Вадим Струпин, Макар Кузнецов – ты кого-нибудь из них лично знаешь?
Аглая молча помотала головой.
– Каждый из них в какой-то момент неожиданно исчез, словно сквозь землю провалился. Вот их жены и взъелись на тебя как на ведьму.
– Но я-то здесь при чем? – изумилась Аглая. – Я знакома только с Романом.
– Не знаю, девочка. – Старушка обняла дрожащую Аглаю. – Я знаю только, что все это имеет к тебе какое-то отношение. Глашенька, ты уже совсем взрослая. Тебе на днях исполнится двадцать один год, и инициация, как в детстве, тебе не нужна. Ты просто должна принять решение и стать ведьмой, как твои мать и бабка.
– Я уже давно приняла решение, баба Варя. – Аглая решительно вскинула голову. – Я не хочу быть ведьмой!
– А вот это зря. Ты не можешь отказаться от семейного дара. У тебя есть предназначение. Если ты его не исполнишь, может случиться большое несчастье! Да и спокойного житья тебе в твоей кофейне все равно больше не будет.
– Я боюсь! – прошептала Аглая.
В этот момент пламя пожара полыхнуло с новой силой и стало быстро приближаться.
– Надо заговор от пожара прочесть, а то и до беды недалеко! – всерьез забеспокоилась баба Варя. – А ты, девочка, иди-ка в избу.
* * *
Аглая не спала всю ночь. Ей не давали покоя слова бабы Вари о том, что прежней спокойной жизни у нее больше не будет. И о том, что именно она, Аглая, имеет какое-то отношение к этим странным исчезновениям. «Я должна разобраться во всем сама» – с этой мыслью она провалилась в глубокий
