Читаем без скачивания Шеф сыскной полиции Санкт-Петербурга И.Д.Путилин. В 2-х тт. [Т. 2] - Роман Добрый

Она, словно пойманная и запертая в клетку птица, рвалась и металась по этой комнате-конуре.

Несколько раз она бросалась на колени перед иконой и, заломив в отчаянии руки, тихо шептала жаркие слова молитвы:

¾ «Прости... Смилуйся, Владычица»...

Потом, словно не в силах молиться, она порывисто вскакивала и, бесшумно подходя к двери, прислушиваясь к чему-то с мучительной страстностью.

Каким огнем жгучего ожидания горели ее большие глаза, как бурно подымалась ее некрасивая грудь!

¾ Господи, кажется, идет?.. Да, да, скрип...

Кто-то, действительно, тихо, крадучись, пробирался по закоулкам охрамеевского дома к горенке сиротки Глаши, — и вскоре мужская фигура предстала перед ней.

Девушка так и рванулась к нему.

¾ Ты? Вася, милый мой...

В воздухе уже мелькнули белые худые руки и обвились вокруг мужской шеи.

¾ Пусти, надоедная. Эк ведь схватывает тебя! — раздался злобный, насмешливый голос.

¾ Вася! Васенька мой, — забилась на груди вошедшего девушка.

¾ Вася! Вася! — передразнил ее красавец-парень. — И где только стыд-то твой бабий?.. Говорил, ведь, тебе: обождать теперь надо свиданьица устраивать, потому что опасно теперь, аккуратность всяческую соблюдать надо. Ну, говори, зачем звала, что важное передать хотела?

¾ Не сердись, голубь ты мой!.. Ты видел этого противного старика, что у нас загостил?

¾ Сама знаешь, видел, — угрюмо ответил Вася. — Дальше что?

¾ А то, что страшен он мне очень... подозрительный какой-то... Сегодня о полотенце говорил.

¾ О каком? — привстал с края кровати разудалый купеческий молодец.

¾ Ну, о том... знаешь...

Вася схватил за руку девушку.

¾ И ты... молчала до сей поры? Ты не упредила? Ты еще меня сюда к себе заманила?

Злоба и страх зазвучали в голосе парня.

¾ Затем и зазвала, чтобы сказать тебе: бежим, Васенька, бежим!

Тихий смех, полный бешенства, прозвучал в горенке «сиротки».

¾ Бежим, говоришь? Так... умно придумала... И с тобой, конечно, вместе.

¾ А то как же? Или меня оставить хочешь? Так ты... того, Вася, не забывай все же, что вместе дела делали, вместе и ответ, участь разделять. Понял ты?

¾ Как не понять... понял! — злобно усмехнулся тот.

¾ Тебя ради, ради любви моей к тебе пошла я на это страшное дело. Неужто ты думаешь, что зря я душу свою загубила? Великий грех связал нас теперь на всю, всю-то жизнь, Васенька... Ну, не гляди на меня так страшно... Бежим, Вася! Повенчаемся, а там опосля камни-то сбудем и лихо заживем.

¾ А ты... ты не подумала, постылая, что бегством сами себя выдадим?

¾ Постылая? — вырвалось стоном из груди Глаши.

¾ Да, да, постылая! — исступленно ответил ей в тон красавец-парень. — Побаловался с тобой, а ты, как пиявица присосалась ко мне... Слышь, не люблю я тебя... противна ты мне! Ослобони ты меня от себя!

¾ Никогда! Лучше убью тебя, лучше руки наложу на себя...

¾ Ру-ки на-ло-жешь на себя? — вдруг задумчиво, членораздельно произнес Вася.

Какая-то глубокая борьба, по-видимому, происходила в нем.

Он опять встал и подошел к Глаше. Обняв ее сильной рукой, низко склонившись к ней своим вызывающе красивым лицом, он глухо зашептал:

¾ Слушай. Последнее предлагаю тебе, я уеду на побывку в деревню: ты останешься здесь... Я месяца через два выпишу тебя... тогда мы окрутимся. Идет, Глаша?

¾ Нет! Нипочем на это не согласна... Ты, знаю я тебя, — вор-парень. Сам говоришь: опостыла я тебе... Обманешь! Убежишь, а там ищи ветра в поле. Ловкий ты, Васенька! Ха-ха-ха!.. Прости меня! Либо сейчас бежим вместе, либо...

¾ Либо что? — свистящим шепотом спросил охромеевский молодчик.

¾ Либо хоть на каторгу, хоть в петлю, все едино!

¾ На каторгу? Ну, нет, змея постылая, на каторгу не хочу... А вот в петлю... тебя можно!

¾ Что ты?! Пус... пусти... пом... помо... помогите!.. — жалобно вырвался подавленный крик некрасивой девушки. Вырвался — и замер, потонув в горенке.

Одной рукой зажимая рот Глаше, другой красавец парень схватил полотенце и стал обматывать его вокруг ее шеи.

¾ Стой... стой... Шалишь, не вывернешься, змея! Да не кусайся, дьявол, не выпущу! Руки на себя наложить захотела? Ну, вот и наложишь, на этом вот крюке покачаешься... Добром не хотела — околевай, постылая, — хрипел он, затягивая полотенце мертвым узлом.

¾ Не тем полотенцем, негодяй, душишь, этим вот надо! — загремел в горенке «сиротки» громовой голос Путилина.

Он выскочил из-под кровати и, зная «лихость» преступного парня, с револьвером в руке бросился на него.

Тот, в ужасе и страхе, выпустил девушку из своих крепких объятий, отшатнулся, застыл, замер.

¾ Попался! — бешеным воплем вырвалось у него.

Одной рукой Путилин угрожал Васеньке револьвером, другой — распустил полотенце с шеи несчастной соучастницы преступления.

¾ Да, ты попался, Васенька, — невозмутимо спокойно ответил Путилин. — Понял теперь, куда я приглашал тебя давеча, когда ты киот купчихи исправлял.

¾ Как не понять... Понял! — с перекошенным от злобы лицом проговорил он с поразительным самообладанием. — Почуял ваш проклятый дух.

¾ Что же этот дух: лучше или хуже ладана пахнет?

Красавец-парень молчал.

Путилин подошел к нему вплотную.

¾ Слушай меня, Василий, теперь внимательно... Хочешь ты впутывать в эту историю эту девушку или не хочешь?

¾ А то как же? — нагло сверкнул он глазами. — Вместе, чай, икону ограбили.

¾ Ты лжешь, она была только твоей покорной, безвольной соучастницей. Она действительно вышила полотенце, но ведь это ты намазал его патокой и в ту минуту, когда она вешала его на икону, ты, прикладываясь, под ее прикрытием быстро выдавил стекло и железными острыми зубцами сорвал, «срезал» кончик с драгоценными камнями. Потом она этим широким полотенцем прикрыла икону... Ничего не было видно, заметно. Так?

¾ Так.

¾ Так зачем же тебе ее впутывать? Ведь, ты ее натолкнул на это святотатственное дело? Ведь ради любви к тебе она пошла на него?

¾ Нет, уж вместе, господин сыщик, — злобно тряхнул кудрями Васенька.

¾ Хорошо. Но помни, что в таком случае ты будешь судиться и за покушение на убийство. Ты, ведь, удавить ее сейчас хотел. Так вот решай: забирать ее или нет. Неужто она мало наказана. Ведь ты ее обесчестил.

¾ Сама отдалась, — понуро ответил красавец-парень.

¾ Ну, Василий? Я жду. Камни при тебе?

¾ Зарыты...

¾ Укажешь?

¾ Э-эх! — исступленно заревел он, точно бык, ведомый на заклание, и вдруг грянулся перед иконой на колена.

¾ Грех попутал... Дьявол соблазнил! От Бога уйти захотел. Вяжите меня, господин начальник, тяжко мне, тяжко...