- Стойте! Не делайте пока этого!
- Почему? В чем дело?
- Кверон, кубики даже не активированы, - удивленно пробормотал Джорем, косясь на Ивейн, чью руку Целитель все еще держал в плену. - Ничего не произойдет.
- Я это знаю.
Лицо Кверона сделалось напряженным, он явно был не расположен к дальнейшим разговорам, и Джорем с Ивейн притихли, глядя на Целителя, который не сводил с кубиков пристального взора. Наконец, несколько мгновений спустя он вздохнул, отпустил запястье Ивейн и с задумчивым выражением провел ладонью перед глазами.
- Простите. Я сам не думал, что вспомню об этом сейчас.
- Вы можете поделиться с нами? - негромко спросила его Ивейн.
- Я.., не уверен. - Он сглотнул и поморщился. - Боже правый, никогда не предполагал, что окажусь в ситуации, когда всерьез задумаюсь о том, чтобы нарушить обеты.
Джорем с любопытством склонил голову набок.
- Обеты священника или тайну исповеди?
- Ни то, ни другое. - Кверон глубоко втянул в себя воздух, а затем с силой выдохнул, словно готовя себя к чему-то особенно неприятному или даже опасному. - Это.., э-э, имеет отношение.., к иной традиции, более древней, нежели гавриилитская. Мы об этом говорили не столь давно. Помните, я тогда еще заметил, что надеюсь не оказаться в положении, когда вынужден буду сделать выбор.
- Вы не обязаны ничего говорить нам, - заметила Ивейн.
- Думаю, что обязан, - возразил Кверон. - В этом-то все и дело. Была одна вещь в этой древней традиции, которой я никогда до конца не понимал, но теперь все вдруг встало на свои места, когда вы принялись двигать эти кубики. Был один обряд, который Мастера совершали несколько раз в году во время утренних медитаций. Нас всегда учили, что это нечто символическое, хотя в чем смысл символа, никто не знал, и я никогда не подвергал это сомнению. Но.., ладно, давайте я лучше покажу вам часть обряда, и посмотрим, сумеете ли вы понять, что к чему. Если на самом деле я не прочту заклинание, то с формальной точки зрения обетов я не нарушу - и если вы в этом не разберетесь, то мы просто забудем обо всем.
- Кверон, может, правда, не стоит? - смутился Джорем.
- Нет, нужно хотя бы начать. - С этими словами Целитель глубоко вздохнул и взял в руки четыре кубика по углам черно-белого квадрата, а затем поменял их местами, образуя привычную шахматную последовательность.
- То, что я сделал сейчас, обычно сопровождается особым ритуалом, разумеется, но в результате все равно получается именно эта конфигурация. Та же самая, что на большом кубе под алтарем.
Ивейн кивнула.
- Такое расположение вполне логично. Отец всегда считал, что ему должно соответствовать некое заклинание, но реальных подтверждений мы так и не нашли и не стали рисковать.
- Ну, я не вполне уверен, каковы были его цели, - продолжил Кверон, Но обычно Мастер выстраивал эту комбинацию, затем читал определенную молитву, держа руки лодочкой над кубом, словно во время евхаристии. После чего из куба начинала проистекать энергия, наполняя алтарь до краев. - Он задумчиво склонил голову. - Мне лично всегда казалось, что это делалось для очищения алтаря, но теперь я начал сомневаться, ведь он проделывал это лишь над кубическим алтарем в Капитуле, и никогда над другим, обычным, в святилище. А тот использовался только для медитаций.
Ивейн кивнула.
- Я помню. Райс рассказывал мне об этом алтаре.., из синего камня, да? Отец говорил, что в нем источник большой силы. Он даже предполагал, что есть какая-то связь между ним и черно-белым алтарем в Грекоте.
- Интересно, что бы сделал наставник Кверона с этим черно-белым алтарем? - задумался Джорем. - И если целью было только очищение, то почему этому не подвергали обычный алтарь?
Ивейн подняла брови и вопросительно покосилась на Кверона.
- А ведь это мысль.., если, конечно, вы согласны?
- Попробовать на обычном?
- Нет, на черно-белом. - Она похлопала ладонью по каменной плите. Прямо здесь.
Сперва вид у Кверона сделался едва ли не испуганный, но затем он погрузился в задумчивость.
- Не знаю, получится ли у меня. В своем юношеском невежестве я мог упустить множество скрытых смыслов. Сейчас мне кажется, что речь все же шла не только об очищении, хотя это тоже имело место.
- Я думал, мы просто ищем более сильное охранное заклятье, - поежился Джорем. - К тому же, сейчас вы говорите о вещах, которые, наверняка, предполагалось держать в тайне от не-членов ордена.
- Я могу установить более сильную защиту, - нетерпеливо перебила Ивейн. - Именно за этим я и позвала вас сюда. Но новое очищающее заклинание тоже может оказаться полезным - если это именно оно.
Во всяком случае, мне кажется, это не опасно.
Кверон неохотно кивнул.
- С одной стороны, вы правы, Джорем. Но с Другой, я даже не уверен, что та тайная часть моего ордена до сих пор существует - а сейчас нам может пригодиться их знание. Кроме того, признаюсь, вам удалось разбудить мое любопытство. Боже, я об этом столько лет не вспоминал!.. - Он поморщился. Честно говоря, в душе я ощущаю неловкость из-за того, что собираюсь провести обряд вне ордена, но.., все равно, я это сделаю. Те клятвы, которыми обменялись мы с вами, ничуть не менее торжественны и священны, чем обеты, данные мною гавриилитам. Попробуем.
- Уверены? - переспросила Ивейн.
- Да, вполне. - Кверон ловко разобрал фигуру и установил кубики в их изначальные позиции четыре белых по центру, а черные - по углам. Переплетя пальцы, он размял их до хруста в суставах, затем встряхнул руки и, собравшись с мыслями, окинул взглядом Ивейн и Джорема.
- Полагаю, сперва следует поднять алтарь, - предложил Кверон, опустив правую руку на кубики. - Мастер всегда выполнял это стоя. Не знаю, имеет ли это значение, но надо постараться воспроизвести все в точности.
- Согласна, - отозвалась Ивейн, и Джорем неохотно кивнул.
- Тогда сперва я поименую составляющие. Prime!
- Правым указательным пальцем он коснулся кубика в верхнем левом углу и обозначил его потеп.
Названный кубик немедленно стал светиться.
- Seconde!
Соседний кубик также вспыхнул изнутри.
- Tierce! Quarte!
Ожили два белых кубика под первыми, и все четыре образовали сияющий белый квадрат, ограниченный по углам черными кубиками. Кверон глубоко вздохнул, прежде чем коснуться черного кубика в верхнем левом углу.
- Quinte! - Пятый вспыхнул темно-синим пламенем, словно черный опал.
- Sixte! - За ним следом засветился верхний правый.
- Septime! Octave!
Когда ожили последние два кубика, Кверон хрустнул пальцами правой руки и устало улыбнулся.
- Прекрасно уравновешенный набор, - выдохнул он - и уперся пальцами в Prime и Quinte, произнося первую phrasa:
- Prime et Quinte inversus!
Все трое ощутили мягкое смещение потоков сил, когда кубики поменялись местами, и чувство это лишь усилилось, когда Кверон сдвинул два следующих кубика:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
