В докладе Генерального секретаря ООН отмечалось, что за первые три месяца 2000 г. «МООНВАК добилась дальнейшего прогресса в формировании структур, которые позволят народу Косова участвовать во временной администрации края и которые также инициировали процесс создания временных институтов демократического и автономного самоуправления вплоть до политического урегулирования. В течение этого периода процесс перевода бывших бойцов в новое качество продвинулся вперёд благодаря официальному созданию Косовского корпуса защиты (ККЗ). В то же время обстановка в области безопасности… стала более напряжённой и неустойчивой… Положение меньшинств практически не улучшилось, и многие их представители по-прежнему подвергаются нападкам и дискриминации по причине их принадлежности к меньшинствам»[749]. В Косове выстраивались новые отношения сотрудничества всех политических сил края во Временном административном совете (ВАС) и Совместной временной административной структуре (СВАС). Соглашение о создании СВАС, полагали в международных структурах, знаменовало собой важный шаг вперёд в процессе разделения административных функций с местным населением. На первоначальных этапах были определены 20 департаментов, необходимых для управления Косовом, причём каждый департамент должен возглавляться международным и местным соруководителями. В начале 2000 г. были созданы департаменты здравоохранения и социального обеспечения, образования и науки, местной администрации и по делам Центрального финансового органа (бюджет и финансы). Позже организовали департаменты восстановления, коммунальных услуг, юстиции, общественных служб, демократического правления и поддержки гражданского общества. Международные силы готовились к проведению в течение года муниципальных выборов.
А вот сербские военные сообщали о том, что уже при «миротворцах» из Косова изгнаны 200 тыс. сербов, разрушено более 90 церквей и монастырей и тысячи сербских домов. Сжигали не только строения, в огонь летели и книги. Кроме сербских, горели книги Гомера, Данте, Шекспира, Гёте, Сервантеса, Толстого, Достоевского, Бальзака и многих, многих других[750]. Для не албанского населения мира не настало. Боевики, не желавшие разоружаться, начали преследование сербов и вновь напомнили о своей главной цели — создании этнически чистого независимого края. С приходом натовцев в Косово OAK и другие вооружённые албанские банды не были демилитаризованы, разоружены и расформированы. Край превращён в рекрутский центр террористов, базу организованной международной преступности, контрабанды наркотиков, оружия, работорговли и отмывания денег. За год присутствия миротворцев в Косово совершено 5 тыс. терактов, более тысячи человек убиты и более 960 похищены.
17 ноября 2001 г. прошли выборы в Скупщину Косова. Ни одна партия не получила достаточного количества мест, поэтому пришлось договариваться представителям Демократического союза и Демократической партии Косово. Президентом края стал Ибрагим Ругова.
В начале февраля 2000 г. произошло резкое ухудшение обстановки. 2 февраля по принадлежавшему Управлению Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ) и осуществлявшему рейсовые гуманитарные перевозки автобусу с ясно различимыми опознавательными знаками, в котором находилось 49 пассажиров-сербов, был произведён выстрел из гранатомета, в результате чего два пассажира были убиты и трое ранены. Этим автобусом, который сопровождали два транспортных средства С ДК, управлял международный сотрудник из Датского совета по делам беженцев. После этого нападения 3 и 4 февраля произошла вспышка насилия в северной части Митровицы, в результате чего восемь человек были убиты и не менее 20–30 человек серьёзно ранены. Это привело также к перемещению более 1650 албанцев из северной части Митровицы и к сокращению числа сербов в южнойчасти города, где их осталось не более 20 человек, из которых большинство живёт на территории монастыря под защитой СДК. Около 7000 сербов по-прежнему проживают в изолированных анклавах в южных и северных пригородах Митровицы. МООНВАК и неправительственные организации также стали жертвами насилия. Международный и местный персонал пришлось передислоцировать, а девять транспортных средств, принадлежащих МООНВАК, УВКБ, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и международным неправительственным организациям, были сожжены или разграблены. Офис Международного комитета Красного Креста (МККК) был сожжён, а офисы некоторых неправительственных организаций и один офис СДК были разграблены[751].
Присутствие натовцев в Косове после июня 1999 г. создало тепличные условия для процветания албанского экстремизма, поскольку они не замечали убийства сербов, разрушения памятников православной культуры, фактически поощряя создание этнически чистого албанского края. Напомним, что «миротворцы» не смогли разоружить так называемую Освободительную армию Косова, уменьшили сербскую территорию, создав 5-километровую буферную зону не со стороны Косова, а со стороны Сербии, включив в неё районы с преимущественно албанским населением, стремились как можно скорее создать местную администрацию, не связанную никакими обязательствами с федерацией или Сербией, провести выборы местных органов власти, открыли границу Косова с Албанией и Македонией для свободного передвижения людских потоков, а возможно, и оружия. Это не могло не взрастить у албанцев чувства безнаказанности.
Сербов в крае оставалось всё меньше. В Призрене в конце 1999 г. было их только 11 человек, в Приштине — 300 из некогда 40 тысяч. 28 ноября 1999 г. албанцы праздновали День албанского флага. Выступая на празднике, бывший боевик Хашим Тачи сказал: «После войны и победы Освободительной Армии Косова с помощью международного содружества, а прежде всего США и НАТО, мы сегодня, через 87 лет отмечаем День флага в свободном и мирном Косове». И во время праздника в присутствии сотен людей в Приштине был сожжён автомобиль, в котором ехала сербская семья — профессор Драгослав Башич был убит, а его жена и ещё одна пожилая женщина сильно избиты и едва остались живы.
Правительство Югославии самым энергичным образом возражало против строительства военных баз СДК и НАТО на части своей суверенной территории без её на то согласия. Это — грубейшее нарушение её суверенитета и положений Резолюции СБ 1244, а также действующего законодательства Республики Сербии и СР Югославии. Строительство иностранных баз без согласия принимающего государства несовместимо с характером и духом миротворческих миссий под эгидой ООН и представляет собой опасный прецедент, противоречащий основным принципам и целям ООН[752].
Несмотря на предупреждения и протесты правительства СР Югославии, МООНВАК терпимо относилась к факту открытия иностранных представительств в крае без консультаций и согласия правительства СР Югославии, что представляло собой грубейший вид нарушения принципа суверенитета и территориальной целостности СР Югославии. Попытка Кушнера регламентировать это и в правовом отношении (проект распоряжения «Об иммунитетах и привилегиях офисов для связи с иностранными правительствами в Косове») являлась прямой атакой на суверенитет и территориальную целостность СР Югославии, грубым нарушением принципов Ус тава ООН, Венских конвенций о дипломатических и консульских сношениях.
Правительство Югославии внимательно следило за ситуацией в крае и полагало, что международные организации недостаточно внимания уделяют продолжающимся преступлениям против не албанского населения. По его мнению, ситуацию в Косове и Метохии характеризовал повседневный террор, преступления, массовые нарушения прав человека и этническая чистка сербов, мусульман, цыган, горанцев, турок, египтян. «Край превращен в рекрутский центр террористов, базу организованной международной преступности, контрабанды наркотиков, оружия, работорговли и отмывания денег. Главной причиной невыполнения и систематического нарушения резолюции СБ 1244 (1999), этнических чисток и непрекращающегося геноцида не албанского населения Края является американская политика поддержки сепаратизма, терроризма и концепции “Великой Албании”. Действующая администрация США эту поддержку осуществляет через исполнителя Бернара Кушнера, террористическую так называемую “ОАК”, Х. Тачи, А. Чеку и других преступников. Налицо факт невыполнения своего мандата СДК и МООНВАК, они не показывают готовность его выполнять и напрямую в ответе за невыполнение и систематическое нарушение резолюции СБ 1244»[753].
Те, кто побывал в Косове, никогда не забудут сожжённые сербские деревни, руины православных церквей, фактические гетто для оставшихся сербов и устоявших монастырей. У сербов, которые живут в окружении албанского населения и не хотят покидать свои очаги, нет свободы передвижения. Во многих анклавах нет света и воды, не восстановлены школы и общественные здания. Всего после агрессии НАТО албанцы, в том числе и с помощью международных организаций, построили 40 тыс. домов, а сербы — только 40. В церкви, магазины за продуктами, в школы сербы вынуждены ехать в сопровождении солдат международных сил. Удивительно было узнавать, что и официальные власти Югославии с огромным трудом пробивают стену международной бюрократии и не могут свободно снабжать сербские анклавы необходимыми вещами и продуктами. Таких небольших сербских очагов в Косове немного — всего около 17. Среди них — несколько сёл, в которые вернулись беженцы. В одном из них — Осояне — мы побывали в 2002 г. Уже много месяцев люди жили в железных контейнерах, без холодильников, печей, туалетов. И полностью зависели от того, сколько продуктов и когда им привезут натовцы… О тех людях в гетто почти не вспоминают.
