Космик пошевелилась. Тело не слушалось, будто бы деревянное.
«Где… — пришла заторможенная мысль. — Все… Я…»
Чуть повернув голову, она взглянула туда, где рядом с ней до этого стояли её друзья.
Взрывом их тоже повалило, но отделались они легче Космик — и теперь прятались за разбросанными повсюду ящиками, подгоняемые Скайблумом.
Космик посмотрела в сторону ворот — и у неё перехватило дыхание.
Тяжёлые стальные листы были разорваны в клочья и свисали с петель бахромой из обрезков погнутого металла. По всей видимости, рванула рядом и одна из коробок с патронами: забор чуть сбоку тоже перестал существовать.
А затем Космик увидела их.
Из мрака ночи, зловеще подсвеченные пожаром, к городу приближались рейдеры.
Толпа из оборванных, жутко выглядящих вооружённых пони с криками и улюлюканьем вбежала через взорванные ворота и рассыпалась вокруг, стреляя во всё без разбора.
Космик прикрыла глаза и задержала дыхание. Если она притворится мёртвой, это может обмануть налётчиков, явно обдолбанных по самые фланки.
Пуля чиркнула по броне. Пальнули вскользь — значит, судя по всему, план сработал.
Вопли и хохот стали слышаться тише, когда рейдеры продвинулись в глубь поселения. Взамен к этой адской какофонии добавились крики боли и отчаяния жителей Республики.
«Пора».
Космик резко вскочила на ноги. Перед глазами заплясали чёрные мушки, но кобыла, не обращая на это внимания, схватила в зубы свой карабин и сразу же снесла короткой, но точной очередью голову ближайшему рейдеру.
Внутри синей пони кипела ярость, которая придавала ей сил. Едва она замечала кого-либо из налётчиков, как тут же открывала огонь, безжалостно расправляясь с ним. Броня у рейдеров оставляла желать лучшего, поэтому даже пары пуль было достаточно, чтобы её пробить.
Но их было слишком много.
Происходящее смешалось в голове Космик, запоминаясь лишь смазанными обрывками.
…Мелькает где-то сбоку синий электрический всполох — это Соник уворачивается от атак кого-то из нападавших.
…Бах! бах! — это Тейлз, затаившись за ящиком, отправляет в Тартар своего противника.
…Отлетает в сторону тело какой-то кобылы — это Наклз пускает в ход свои каменные кулаки.
— … Как тебе такое, Илон Маск⁈ — Шедоу рассекает шею одного из рейдеров, паря на тросах над горящим городом.
— … Н-не п-п-подходи!.. — лепечет Крим, стоя с пистолетом-пулемётом перед приближающимся врагом, а затем зажмуривается и нажимает на спуск.
…Чавк! — это Эми превращает в кашу чьё-то лицо ударом своей кувалды.
…Пони стреляют. Пони бегут. Пони падают… и умирают.
Но теперь жители Республики хотя бы не собирались стрелять друг в друга. У них снова была общая цель — выжить, отбив небывалую по силе атаку.
Пробегая мимо бара, Космик даже заметила, как два бывших противника: Сильвер Стар и Мёрки Грей — отстреливались от врагов, стоя спина к спине. Оба были ранены, но, несмотря на это, продолжали сражаться.
«Жеребята, — вдруг пронеслась мысль. — Шедоу же говорил, что рейдеры хотели увести жеребят, чтобы издеваться над ними, а потом продать… Сволочи! Увижу — мокрого места не оставлю!»
Космик продолжала бежать, постоянно оглядываясь по сторонам. Как для того, чтобы первой заметить, если на неё соберутся напасть, так и для того, чтобы не дать случиться тридцать восьмой главе книги Kkat. Чтобы изменить хоть что-то, предотвратить хоть чью-нибудь гибель… если получится.
Стена из вагонов и стальных листов, которой пони Республики так гордились (хотя втайне завидовали Новой Эпплузе, у которой охранный периметр был куда мощнее), перестала существовать. Что-то было взорвано гранатами и ракетами, что-то — проломлено копытами рейдеров, когда те ворвались в город. Остальное же — обвалилось само по себе.
И теперь почти из любого места просматривалась Пустошь, раскинувшаяся вокруг горящей Республики.
«Но откуда у рейдеров такое оружие?..»
Повернув голову и прикончив при этом очередного врага, Космик наконец заметила то, что искала. И все мысли о том, как могли устроить подобную небывалую доселе атаку, мгновенно вылетели из её головы.
Трое пони в обгоревшей и заляпанной кровью броне тащили более десятка жеребят в Пустошь. Некоторые из малышей упирались, и их подгоняли пинками и матами. Остальные же, которых рейдеры несли на себе, выглядели бессознательными.
Решение последовало в тот же миг.
Зарычав от ярости, Космик рванула с места в карьер. Сильные ноги отталкивались от земли, неся вперёд молодое жилистое тело. У синей земнопони перед глазами было сейчас ровно три цели — и она больше не обращала внимания на то, что происходило вокруг. Для этого просто не оставалось места в её вселенной.
Удар сбоку в грудь повалил её наземь. По инерции кобыла пропахала мордой песок и затормозила лишь тогда, когда ударилась головой в стену дома.
Прежде чем навалилась чернота, Космик успела услышать выстрел.
…Всего миг небытия — и вот её уже трясут за плечи, приговаривая:
— Космик!.. Космик!..
Она открыла глаза.
Боль от ожогов и нытьё усталого тела не давали сосредоточиться. Правую сторону груди вообще словно приложили молотом. Перед взглядом всё плыло, а слова доносились будто из-за какой-то мембраны.
Космик моргнула. Размытый силуэт над ней обрёл форму, оказавшись Соником, который сейчас обеспокоенно глядел на неё сверху вниз.
— Когда ты побежала, в тебя выстрелили, но броня задержала пулю… — сбивчиво объяснял ёж. — Того, кто стрелял, сразу снял Тейлз, но ты лежала, а мы…
Воспоминания острой вспышкой взорвали разум, и Космик резко распахнула глаза.
«Республика! Рейдеры! Надо…»
Она попыталась встать. Голова закружилась, и к горлу подступил неприятный ком тошноты. Космик сглотнула, оттолкнув хотевшего ей было помочь ежа, и на секунду зажмурилась, восстанавливая равновесие.
Вновь посмотрев вперёд, она увидела в подступающих предрассветных сумерках три далёкие фигурки, убегающие прочь в Пустошь.
«Я должна их остановить…»
Она наклонилась и схватила зубами свой «Аргумент». Направила в сторону удаляющихся пони и сделала было шаг…
…но тут же опять упала, придавленная к земле чьим-то телом.
— Не вздумай! — прошипел над ухом голос Скайблума. — Это наши ребята! Они выжили и направились в погоню за этими…
— Ф пофоню?.. — пробормотала Космик сквозь карабин во рту и опустила оружие, после чего Скайблум с неё слез.
А затем до неё дошёл смысл его слов — и она в ужасе повернулась, взглянув на город.
И закричала.
От поселения не осталось почти ничего. Внешней стены не стало уже в разгар битвы, а на месте домов были теперь лишь тлеющие руины. Исключение составлял разве что дом мэра: третий, деревянный, этаж сгорел, а вот нижние —
