завершили. Странно это очень, поскольку с точки зрения «реальной политики» ничего необычного на Западе в те дни не произошло, все случившееся было логично и объяснения сложного не требует. Чемберлен был твердо намерен покончить с Гитлером, но сделать это он хотел малой британской кровью посредством ограниченной войны (в наши дни такую войну называют конфликтом низкой интенсивности). Стоит заметить, что британскому руководству блестяще удалось претворить столь сложную цель в жизнь. Потери Британской империи во Второй мировой войне составили менее 400 тысяч человек, это включая военнослужащих со всех концов империи от Индии до Австралии. В куда менее кровопролитной Первой мировой войне Британская империя потеряла более 1,1 миллиона человек. Для сравнения: Польша в годы Второй мировой потеряла 6 миллионов человек (почти пятую часть населения). Концепция ограниченной войны, которую собирались вести против Гитлера англичане, никак не подразумевала развертывание широкомасштабных боевых действий, наподобие «окопной мясорубки» Первой мировой. Нет, правительство Чемберлена намеревалось в этот раз действовать тоньше, а главное, чужими руками, как того требовали правила «реальной политики». Англичане, уверенные в своей военной неуязвимости на островах, спрятавшись к тому же за спиной французов, которые тогда имели самую сильную сухопутную армию в Европе, планировали в первую очередь задушить немецкую экономику. Нападение Германии на Польшу дало Великобритании возможность ввести против Третьего рейха жесткие экономические санкции и по всему миру арестовать немецкий флот, который не успел спрятаться. Затем Германии устроили жесточайшую морскую блокаду, лишив ее поставок сырья. Морская блокада стала решающим фактором в победе Антанты над Германией в Первой мировой войне, хотя это и заняло много времени. Однако Вторая мировая обещала стать куда более сложной в экономическом плане, нежели Первая мировая. Это была уже война моторов, и для нее требовалось огромное количество нефти, стали, каучука и множество других видов сырья. А потому британское правительство надеялось в этот раз достичь нужных результатов намного быстрее, что осенью 1939 года казалось вполне реальным. Перед началом Второй мировой войны Германия из тридцати важнейших стратегических видов сырья обеспечивала себя полностью лишь семью.
Английские и французские солдаты на фронте во время «Странной войны» играют в карты
Великобритания объявила Германии войну 3 сентября 1939 года в 11 часов утра. Вечером ее примеру последовали Франция, Индия, Австралия и Новая Зеландия. Шестого сентября Германии объявил войну Южно-Африканский Союз, 10 сентября – Канада. Никаких реальных военных действий против Германии, однако, никто из вышеперечисленных стран вести не стал, за исключением очень странного, короткого наступления французов в Сааре. Девятнадцатого сентября 1939 года Гитлер обращается к союзникам с мирными предложениями, утверждая, что больше не имеет ни к кому никаких претензий (разве что просит вернуть Германии африканские колонии, утерянные после Первой мировой войны). Шестого октября в день окончания Польской кампании фюрер еще раз заговаривает о мире. Однако в этот раз мирное наступление Гитлера никого на Западе не вводит в заблуждение. Все понимают, что нацисты просто пытаются выиграть время, поскольку они еще слишком слабы, чтобы вести полномасштабную войну с Западом. Гитлеру выдвигают предварительные требования для начала переговоров – восстановить независимость Чехословакии и Польши, – на чем мирные инициативы нацистской Германии заканчиваются. Тем не менее призывы Гитлера к миру все же возымели определенное действие на консервативные круги Запада. Многие политики из числа правых ему опять поверили. Вроде бы Германия уже освободила всех немцев в Европе от славянского ига. Двигаться дальше ей было действительно некуда. Кроме того, если реально посмотреть на военно-геополитическое положение Германии в октябре 1939 года, то оно стало намного хуже того, в котором страна пребывала месяцем ранее, в сентябре 1939 года. Лучше всего сложившуюся ситуацию иллюстрируют слова Уинстона Черчилля из его речи на радио Би-би-си от 1 октября 1939 года: «…Я сегодня заявляю о своем твердом убеждении в том, что вторым по важности установленным фактом первого месяца войны является постоянная угроза Гитлеру и его целям, исходящая с востока и из Юго-Восточной Европы…»
Уинстон Черчилль на тот момент занимал должность первого лорда адмиралтейства, то есть командовал британским флотом, иными словами, он являлся главным военным стратегом страны.
Именно в этом и заключался главный умысел британского правительства, когда речь заходит о нападении нацистов на Польшу: вывести Германию на границу с СССР, открыв таким образом против Третьего рейха Восточный фронт. Гитлер попал в старую немецкую ловушку – вести войну на два фронта. Делать этого Германии было категорически нельзя, как считали все без исключения военные стратеги того времени, и в этом они оказались правы. Польша служила буфером, преграждавшим СССР путь в Германию, теперь же этого буфера больше не существовало, о чем Уинстон Черчилль честно и заявил во всеуслышание по радио. Дернуться в таком положении на запад ли, на восток ли нацистской Германии было самоубийству подобно, потому как, без всяких сомнений, ей бы ударили в спину, а воевать на два фронта было полным безумием. Так выглядел ход военно-политической мысли в мире. Господин Черчилль, выступая перед радиослушателями, просто констатировал существовавшую на 1 октября 1939 года политическую реальность, ничего больше. Это высказывание Черчилля, много что объясняющее, британские историки цитируют крайне редко. Зато они затерли до дыр весь черчиллевский пафос о том, как англичане будут воевать с нацистами до последнего… как затем оказалось, советского солдата. Зажав осенью 1939 года Германию между Востоком и Западом, правительство Чемберлена решило обескровить нацистскую экономику. Одновременно Британия с Францией стали срочно вооружаться и готовиться к предстоящей войне, в чем на помощь им незамедлительно пришли США. Вашингтон, в обход законодательства, запрещавшего на тот момент продавать оружие, устроил законодательную хитрость под названием «кэш энд керри»: покупатель должен был платить наличными сразу же и забирать оружие из США своим транспортом. Франция разместила в Америке крупный авиационный заказ – более 500 истребителей. Эти самолеты смогли бы полностью изменить баланс военно-воздушных сил Франции, которые были самым слабым местом французской армии.
Осень 1939 года прошла на Западном фронте мирно, равно как и зима 1939–1940 годов. Лучшей иллюстрацией того, как выглядела «Странная война», может послужить история, рассказанная одним американским журналистом, побывавшим в те странные дни на фронте, на французских позициях. Его отвели на передовую. Из окопа журналист с большим удивлением видит нескольких немецких солдат, которые мирно собирают грибы на ничейной полосе в сотне метров от французской траншеи. Изумленный, он спрашивает сопровождающего его офицера: «Почему вы не стреляете в них?» На что офицер отвечает: «Вы сошли с ума, месье! Если мы
