Щебетание девушки уже понемногу начинало раздражать. Хотя бы потому что я могла наперед угадать все, что она может сказать мне о приезжих господах. Для Эбигэйл ни в ком не было изъяна. А если он вдруг и обнаруживался, моя прекраснодушная подруга легко находила оправдание для этого изъяна.
— Я еще совершенно не знаю леди Элинор, — отмахнулась я от слов девушки. Спорить с ней я не собиралась. Как, впрочем, и восторгаться предполагаемой возлюбленной лорда Дарроу. И пусть связь между опекуном мисс Оуэн и богатой вдовой не была доказана… Однако я уже была предубеждена против нее. В любом случае она слыла развратной особой, слишком смелой для того, чтобы быть благопристойной.
— Она несомненно вам понравится! Она такая открытая и сердечная…
Иногда мне хотелось сбежать от моей дорогой подруги как можно дальше.
Перед самым ужином предмет столь бурных восторгов мисс Оуэн сам нашел нас.
Леди явилась снова в черном. Должно быть, в том, что она носит исключительно этот цвет слухи не врали. Она плыла по гостиной как черный лебедь и казалась… завораживающей. Еще одна причина не переносить ее.
— Мы так и не успели как следует познакомиться, мисс Уоррингтон, — первым делом обратилась она ко мне. — А ведь вы поступаете на мое попечение.
От этих слов я едва не скривилась.
— Я под опекой его милости, — мягко возразила я женщине, поднимая на нее безмятежный взгляд.
Леди тонко усмехнулась мне, подходя вплотную.
— Дорогой Николас понятия не имеет, что делать с молодыми девушками. Поэтому он и приставил вас с Эбигэйл, а меня попросил в свою очередь заняться вами обеими.
«Дорогой Николас»? Если из уст мистера и миссис Дилан это еще походило на безобидное обращение друзей, то вот уже в исполнении леди Уайтберри… Они несомненно близки больше, чем позволяют приличия. Гораздо больше.
— Думаю, я не настолько нуждаюсь в вашей заботе, как думает его милость, — заупрямилась я. Она мне не нравилась, эта красивая женщина, которая держалась как королева.
Леди Элинор рассмеялась с такой искристой веселостью, что в пору было возненавидеть ее.
— Милая моя, вы же совершенно… серы. И даже учитывая, что это ваше собственное решение, придется измениться. Дорогой Николас твердо намерен выдать вас замуж. И вам не следует усложнять ему задачу. Красавицей вам не стать, но вы можете при желании быть эффектной особой. Учитывая влияние моего дорогого друга и древность вашего рода, вы можете составить неплохую партию.
— А если у меня нет намерений составить хорошую партию? — невозмутимо спросила я у леди Уайтберри.
Та взглянула на меня с укоризной.
— Тогда вы далеко не так разумны, как я считала прежде. Замужняя женщина имеет куда больше возможностей, чем девица, поверьте мне. Мы получаем власть через мужчин, которым вверяем себя. И никак иначе. Эта жизнь жестока, мисс Уоррингтон. В особенности к честолюбивым женщинам.
Никогда не выносила, когда меня учили. Даже если это делали люди, имеющие право на подобное. Никаких прав читать мне нотации у леди Элинор не имелось. Но терпеть приходилось. Пока что.
— Я желаю провести свою жизнь в родовом поместье с братом, — сухо заметила я.
Женщина изумленно приподняла тонкую бровь.
— И за этим вы едете в столицу? Чтобы после провести всю жизнь с братом? Быть старой девой?
Кажется, мне не верили.
— В любом случае, вам не стоит отвергать тех, кто будет просить вашей руки. А просить ее будут. Кому‑то будет нужно родство со знатным семейством. Кто‑то будет искать покровительства лорда Дарроу…
— Я некрасива, — заметила я, упрямо вскидывая подбородок. Кто пожелает иметь под боком некрасивую жену со скверным характером и без приданого? Ну что за глупости…
— Некрасивые женщины тоже выходят замуж. Как и бедные.
Вот только вопрос в том, за кого они выходят замуж.
— Как бы то ни было, в мои обязанности входит привить вам необходимые вкус и манеры. Вы будете представлены ко двору. К тому же, ее величество пожелала видеть вас в числе своих фрейлин. Обеих.
Изумленно и радостно ахнула Эбигэйл. Кажется, ей так же, как и мне не было известно о наших будущих должностях.
Признаться, так я не удивлялась уже очень и очень давно. Состоять в свите королевы… Это достойное положение, на которое я не могла и надеяться. Насколько же круто изменилась моя жизнь… Как только лорду удалось такое провернуть?.. И чего он не может?..
В этот момент даже мои подозрения относительно смертей леди Дарроу отошли на второй план. Сколько же новых связей может завести королевская фрейлина…
Леди смотрела на меня и немного насмешливо улыбалась, как будто глядела на резвящегося щенка. Тут же одернула себя, снова надевая маску невозмутимости.
— Разве такое возможно? — изумилась я.
— Почему нет? — пожала плечами леди Элинор. — Вы достойные девушки благородной крови. Ее величеству наверняка будет приятно ваше общество. Его милость отписал ей, где описал в подробностях свою воспитанницу и вас, ее подругу. Ее величество сочла, что вы украсите ее окружение.
Его милость состоит в переписке с королевой? Вот так запросто? Как странно…
— Вы кажетесь растерянной, мисс Уоррингтон. Должно быть, вам неизвестно, что дорогой Николас кузен ее величества. И их родственные узы достаточно крепки. Достаточно сказать, что ее величество сильно расстраивает временное отсутствие кузена при дворе.
Кузина, о которой говорили в доме Диланов… Они вели речь о королеве?
От всех этих новостей я, признаться, просто опешила. Не ожидала, что лорд Дарроу настолько основательно возьмется за осуществление взятых на себя обязательств по устройству судеб двух молодых особ, находящихся на его попечении… Фрейлины королевы… Должно быть, его самолюбие теперь будет полностью удовлетворено… Фрейлины королевы… Оторопь брала… И насколько же он на самом деле влиятелен? Кузен королевы, который занимается для его величества какими‑то странными темными вещами…
— Одному Господу известно, что сейчас творится в вашей голове, мисс Уоррингтон, но взгляд безусловно забавный, — насмешливо сообщила мне леди Элинор.
Эбигэйл смотрела на нас двоих с явным осуждением. Она никогда не любила подобных разговоров. Была слишком добра, чтобы насмехаться над другими.
— Вы не пробовали добавить во взгляд… теплоты? — продолжала меж тем леди женщина, неспешно прогуливаясь по комнате. — Никому не понравится, когда женщина глядит будто охотничья собака. Поэтому потренируйтесь, мисс Уоррингтон. Больше нежности, тепла во взгляде. Вы же не гончая для своры, а чья‑то будущая жена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
