— Мне кажется… Что ты совершенно не любишь нашу дочь! И пытаешься найти любую оговорку, чтобы не проводить с ней время.
— Ты в своём уме?! Естественно я люблю Киру. Она же моя малышка.
— Я просто пыталась сделать так, чтобы вы сблизились.
Я делаю то же, что и муж. Его же аргумент использую. Но кажется Рома о своих словах уже забыл.
Действительно выглядит растерянным и оскорбленным.
— Ладно. Конечно, — заводится. — Я без проблем соберу дочь. Придумала же…
Муж уходит, хлопнув дверью. Через окно наблюдаю, насколько Рома напряжённый. Нервно одёргивает куртку, после — закатывает рукава.
Ого, как его пробрало.
Я знаю, что он любит дочь. Но теперь вижу подтверждение. Успокаиваюсь.
После развода муж точно не оставит Киру без копейки.
Главное, чтобы не захотел вдруг оставить дочь у себя.
Эта пятиминутная передышка в одиночестве идёт мне на пользу. Я беру себя в руки, глушу любые эмоции. И когда муж возвращается — играю роль идеальной жены.
Весь вечер мы проводим в торговом центре. Кира летает метеором, мы — за ней. Следим за ней, пока дочь катается на машинках. А после ещё идём в парк, недалеко от дома.
В итоге дочь выжита, засыпает быстро, прижав к себе новую игрушку. А я хочу лечь рядом с ней.
Если Кира устала, это значит что остальные — на грани смерти от изнеможения. Но всё равно тащусь на кухню.
Нужно приготовить еду для любимого мужа.
— Голодный как бык, — Рома падает за стол, постукивает пальцами. — Что у нас на ужин?
— Сюрприз.
Мне нравится, как муж дёргается от этого слова.
Но всё равно злюсь.
Я весь вечер была с ним! Постоянно бегала за дочкой, пока муж говорил с кем-то по работе. Когда бы я успела приготовить ужин?
Но Рому это не волнует.
— Что это? — муж хмурится, когда я ставлю перед ним стакан с зелёной жижей. — Выглядит опасно.
— Смузи, — отвечаю беззаботно, начинаю мыть блендер. — Очень полезно.
— А ужин где?
— Это ужин, милый. Ну а как ты хотел? Ты же сказал, что мне нужно похудеть. Я решила сесть на диету.
— Та-а-к, — тянет, отодвигая от себя стакан. — А я при чём?
— Ты разве меня не любишь? И раз сам подал идею, значит должен меня поддержать. Теперь мы будем ужинать так, пока я не похудею. Приятного аппетита.
Широко улыбаюсь, потягиваю свой напиток через трубочку. Не признаюсь, что я уже успела нормально перекусить.
И про то, что в смузи шпинат, который муж ненавидит — я тоже лучше промолчу.
Глава 6
— И что это такое?
Муж с сомнением поглядывает на омлет. Поморщившись, вилкой выколупывает оттуда кусочки брокколи.
Месть через еду оказалась удивительно легко. Даже придумывать ничего не пришлось. И сразу времени оказалось много.
Вместо того чтобы целое утро крутиться на кухне, я крутилась у зеркала. Навела марафет, почувствовала себя лучше.
А теперь крутится Кира. Носится по комнате, нарезает круги. Раскидывает руки в сторону, играет в самолётик.
Снежок, забравшийся на полку с цветами, лениво наблюдает за нашими семейными выходными.
— Это, Ром, завтрак, — отвечаю на риторический вопрос. — Отличный полезный завтрак. Диетический. Раз мы на диету сели.
— Черт, Юлька, ну я просто сказал, — муж бросает вилку. — Подметил. Поправилась или нет — ты мне любой нравишься. Очень.
— Ну, тебе, может и нравлюсь… — тяну медленно. — А себе теперь нет. Ты вот сказал, я задумалась. Поэтому теперь не отвертишься.
Пусть муж подумает, насколько иногда влияют слова. Как обычная фраза может разрушить всё.
И блёклые мыши умеют грызть так, что всяким блудливым котам страшно будет.
— Ладно, — муж медленно выдыхает. Явно на грани. — Ты худеешь. Почему я должен терпеть?
— Я приготовила один завтрак на всех. Кире понравилось, да?
— Дя!
— Вот. Ром, тут не шведский стол. Я не могу готовить всем разное.
— Ты всего лишь сидишь с ребёнком, не похоже, что у тебя много дел.
Я перехватываю Киру, которая бросилась к коту. Прижимаю малышку к себе, поправляю сползшие штанишки.
Делаю всё на автомате, а глазами поджигаю мужа.
Вот как он считает?
Что я тут от скуки помираю, а он, бедненький, единственный загибается на работе?
Так я бы тоже с декрета вышла! Только Рома сам предложил подождать с няней.
— Ты прав.
Я силком выдавливаю из себя, а муж поражённо смотрит на меня.
Хотел ссоры, милый?
Нет, не сегодня.
— Это намного проще, — продолжаю. — Не так много усилий нужно, верно?
— Именно, — Рома кивает, расслабленно облокачивается на стену. — Поэтому приготовить мне нормальный омлет — дело пяти минут.
— Конечно. Работа совсем другое. Например, сто четыре.
— Что?
— Это количество выходных дней в году. Ты же не работаешь в выходные? Ну, чаще всего. Плюс праздники. Получается сто пятнадцать. А ещё у тебя есть отпуск. Итого: сто двадцать пять дней.
Произвожу нехитрую математику, а муж хмурится с каждым словом сильнее. Понимает, куда я клоню.
Рома пытается вклиниться, но я не даю.
Нет, милый, слушай меня.
— Итого, — постукиваю пальчиком по подбородку. — Треть года ты отдыхаешь. Я в декрете, есть ли у меня выходные?
— Ну… — ерошит тёмные волосы.
— Именно. Три года я без выходных и отпуска. Постоянно работаю. Если так прикинуть, то за это время я один лишний год отработала. Тяну на себе всё.
— Вот не надо, Юль, я помогаю с Кирой.
— А разве Кира не наша общая дочь? — хлопаю ресницами. — Отец должен не помогать, а брать на себя половину ответственности.
Может, этот разговор должен в семье происходить раньше. С самого начала. А я затянула.
Но мне нравилось сидеть с малышкой. Я обожала заботиться о семье, пусть и в ущерб своей карьере.
Вот только теперь я молчать не собираюсь. Тем более что этот разговор должен мне помочь.
Если Рома подставится.
— Смотри, — усаживаюсь за стол, сжимаю ладонь Ромы. — Ты работаешь в банке, обеспечиваешь семью. Так?
— Так, — я чувствую растерянность мужа. Он словно не может понять куда я веду, и что вообще устроила.
— Получается, что ты работаешь пять дней в неделю. А я эти дни сижу с Кирой. Тогда выходные должны делиться пополам. У тебя один выходной, у меня — другой. Я ведь тоже не робот, — втягиваю воздух, подбирая правильные слова. — Я не железная и не могу…
— Конечно не можешь. Юлька, ну ты чего.
Я пищу, когда муж неожиданно притягивает меня к себе. Обнимает.
Ой.
Мой шумный вздох он принял за всхлип? Решил, что я сейчас плакать буду?
Ну, мне же лучше.
Рома абсолютно беспомощен с плачущими женщинами.
Во время беременности муж всё делал, самый глупый каприз выполнял. Потому что гормоны сводили меня с ума и я постоянно рыдала.
— Хорошо, — слабо улыбаюсь. — Тогда ты согласен, что мне тоже нужен выходной раз в неделю?
— Согласен.
— Супер. Тогда я возьму его сегодня.
Я резко подскакиваю, направляясь к выходу. Ловлю дочь, которая в этот раз пытается забраться в шкаф.
Целую в пухлые щёчки, обещаю привести ей что-то сладкое.
— Веди себя хорошо, мама скоро вернётся. Ром, я возьму машину, ты же не против? — не дождавшись ответа, бросаю ключи в сумку. — Вернусь вечером.
— Я не понял, — муж догоняет меня. — Ты куда?
— Поеду в спортзал, раз ты сам подал идею.
— В этом?
Я осматриваю себя, не понимаю, что не так. Обычное чёрное платье на запа́х, небольшой вырез. Вроде всё прилично.
Коротковато может?
— Сначала поеду в торговый центр, — меняю план. — Куплю спортивный костюм, с Кирой это невозможно.
— Ты оставишь меня одного с Кирой?
— У меня выходной. К тому же, Ром, это всего лишь посидеть с ребёнком. Ты сам сказал — это несложно.
В этот момент раздаётся треск в гостиной. Снежок вылетает ракетой, за ним появляется Кира.
Одной рукой дочь сжимает лист бумаги, второй растирает землю по светлому платью.
