Августа терпеть не могла долгие выяснения отношений. И вообще, это ее личное дело — что она делает и как себя при этом чувствует.
— Мистер Хэм… Скотт…
— Близкие друзья зовут меня Скотти.
— Пожалуйста, пропустите. Мне пора идти.
— Конечно, — Скотти подошел к краю ряда, но перегородил собой проход. — Я только хотел извиниться и сказать, что мне очень нравится слушать вашу игру. То есть не подумайте, что я подслушиваю… просто у вас все время открыты окна… и я никогда не слышал, чтобы из скрипки извлекали столь восхитительные звуки.
— Я рада, что вас не раздражает моя игра. И поверьте, играю я или нет, вы тут совершенно ни при чем. Мне доводилось преодолевать куда более серьезные препятствия, чем вы, чтобы поиграть на скрипке.
— Я заметил, что вы пришли сюда пешком. Подвезти вас до дома? Как раз еду туда.
— Нет. Но спасибо за предложение. Миссис Вайс! Как поживаете?
Скотти прекрасно знал Дороти Вайс, и ему немедленно захотелось спастись бегством, но тут он увидел в глазах Гасти вызывающий огонек.
— Удар ниже пояса, — пробормотал Скотти, глядя, как к ним приближается Дороти.
— Августа, дорогая, как чудесно ты сегодня выглядишь! А ведь заказываешь всегда только ароматическую соль для ванн. Определенно она отлично тебе помогает. Ты такая свежая, такая расслабленная.
— Спасибо за комплимент. Ты знакома со Скоттом Хэммондом? — тут же, не задумываясь, добавила Августа. — Он недавно вернулся в дом своих родителей, который долго простоял пустым. Так долго, что… ну, ты знаешь, какими грязными становятся дома, если в них не жить.
— О боже, ну конечно! — Дороти ощутила прилив энергии, который у нее обычно появлялся при виде потенциального клиента. — Я знаю Скотти с тех пор, как он был совсем крошкой. Как дела, парень? Я слышала о твоем возвращении в город. — Дороти завладела рукой Скотти, а Августа злорадно улыбнулась. От нее он не скоро вырвется. — И подумать только — ты будешь делать ту же работу, что и твой отец! Я была так рада это слышать!
— Спасибо, миссис…
— А этот твой старый дом… Боже правый, какой это, должно быть, для тебя кошмар. Могу себе представить — въевшаяся грязь, пыль… А в это время года активно цветет плесень, грибки… знаешь, у меня есть отличное средство…
Августа начала медленно отступать назад, надеясь оставить их вдвоем и выбраться из церкви. Он заслужил все это, подумала Августа, после того как Скотти послал ей взгляд, означавший, что ей еще предстоит ответить за это вероломство.
Руки ее невольно сжались в кулаки. Августа покрутила ими в разные стороны, чтобы расслабить кисти, и разжала пальцы. В общем, она делает этому человеку одолжение. Когда-нибудь он сам будет благодарен ей за то, что она не проявила к нему интереса. Она ведь не из тех женщин, с кем можно завязать ничего не значащую интрижку. А нечто большее… даже если допустить, что Скотти хотел большего… он не найдет в ней того, что ищет, уж она-то это хорошо знает.
Что у Августы получалось очень хорошо, так это разочаровывать людей. Конечно, она делала это ненамеренно, но когда разочаровываешь всех подряд, постепенно привыкаешь к такому положению вещей, и это становится нормой твоей жизни. За свою жизнь, пока еще не слишком долгую, Августа умудрилась разочаровать всех, кто был ей дорог, включая саму себя.
Кроме Лидии.
Несколько часов спустя она наблюдала за своей сестрой через плечо Говарда. Держа на руках младенца, Лидия успевала одновременно поворачивать в гриле гамбургеры и терпеливо разъяснять старшим детям, что во время игры в футбол надо следить, чтобы мяч не залетел на клумбу с цветами.
Лидия была, вне всяких сомнений, самой преданной и самой трезвомыслящей из всех на свете сестер. За всю свою жизнь она умудрилась не разочаровать никого. Ни мужа. Ни детей. Ни сестру. Ни учителей. Ни друзей. Ни…
— …а потом в команде появился Скотти Хэммонд…
— Что? — переспросила Гасти, внезапно очнувшись от своих мыслей. Она почувствовала легкое головокружение и невольно огляделась по сторонам, словно забыв, где находится. Они по-прежнему сидели на ее аккуратном заднем дворике. Сегодня была очередь Августы устраивать у себя барбекю. — Кто, ты говоришь?
— Скотт Хэммонд, — повторил Говард. — Лидия говорила о том, что он переехал в дом своих родителей по соседству с тобой, — Говард кивнул в сторону дома Скотти.
— Да, переехал. Я знаю. Но мы вроде бы говорили об астме.
Лидия и Алан рассмеялись.
— Извини ее, Говард. Творческие натуры всегда витают где-то в заоблачных далях, — Лидия покачала головой. — Они возвращаются к реальности лишь время от времени, и им очень трудно уследить за нитью разговора простых смертных.
Говард добродушно усмехнулся, а Алан пошел в дом за питьем для детей.
— Мы действительно говорили об астме, Августа, — Говард тщательно произносил все три слога, составлявшие ее имя. — У Ларри Мастерсона началась быстро прогрессирующая астма, но он все равно продолжал играть. Он был потрясающим баскетболистом, вот только быстро уставал. Ларри на пару лет старше Скотти Хэммонда. Но когда Скотти наконец пришел в команду, надо было видеть этих двоих на площадке. Скотти был словно ртуть, легкий, подвижный. А Ларри забивал любой попавший к нему мяч. Они два года подряд участвовали в чемпионате штата.
— Вы говорите о мэре Ларри Мастерсоне? — уточнила Августа. Она никогда не видела мэра, но много слышала о нем от Алана и Лидии.
— Именно он. Они со Скотти были как братья. Ходят слухи, что это Ларри уговорил Скотти вернуться и взять на себя руководство высшей школой.
— Я смотрю, ты большой поклонник Хэммонда? — с чуть заметной иронией спросила Августа.
И почему бы им сразу, при жизни не канонизировать этого человека?!
Говард взял тарелку с гамбургером из рук Лидии, которая посылала сестре отчаянные взгляды, призывавшие вести себя прилично, одновременно рассаживая детей вокруг стола. Алан вернулся из дома с напитками.
— О его удачливости ходят легенды. Все, чего касается этот человек, обращается в золото, — заявил Говард. — Трудно не стать его поклонником.
Только не для нее.
— Лидия говорила, что у него семь или восемь сестер, которые по-прежнему живут в городе.
— Нет, нет, не так много. Всего только пять. Хотя, конечно, и это многовато. Скотти родился третьим или четвертым. Это большая, дружная семья. И очень активная. Кажется, что они везде. Я года на два старше Донны, поэтому не всех их хорошо знаю.
И в этот самый момент из-за соседнего забора раздался долгий оглушительный свист, от которого у Августы заложило уши и перехватило дыхание. Ей с испугу показалось, что все словно замерло вокруг: умолкли птицы, перестали жужжать пчелы, застыли листья на деревьях.
