Читаем без скачивания Корабельный плотник - Юрий Егоров

каждого из них миссионер отрезал по одному своему пальцу, только после этого вождь смилостивился и подарил морякам жизнь. Этого чудаковатого, а может святого, миссионера каннибалы съели самого спустя несколько дней…

Много, много всего повидал Том за время своих многолетних странствий. Пришлось не раз ему выбирать между дьяволом и морской бездной. И вот теперь, после всех этих опасных приключений, он, старый и больной, отвергнут и высажен никчёмной американской китобойной шхуной на берег. На самом краю света.

– А почему тебя называют «гробовщиком»? Разве на кораблях есть гробовщики? – удивилась Джинти.

– На это есть своя история. Море здесь ни при чём. На островах Яп, где мы однажды остановились пополнить запасы, на наш корабль напали тамошние дикари. Их собралось очень много, и они отлично плавали на своих юрких пирогах. Эти островитяне вообще проворные мореплаватели. Так вот, ночью они украли оба наших ялика и много всяких других вещей и повредили корабельный руль. Плыть дальше без шлюпок, да ещё и с неисправным рулём мы не могли. Требовалось разыскать и вернуть украденное имущество и после этого чиниться. В добавок ко всему так получилось, что большая часть команды состояла из необученных матросов, «быков», как их называют на флоте. И такой же боцман – Бацилла.

– Что это значит? Кличка такая?

– Нет, «бацилла» на нашем жаргоне что-то вроде лопуха. Не то чтобы глупый, просто неопытный. Вот такие дела. Что ты сделаешь с такой командой? Вахтенные заснули, вот дикари и разгулялись. Хорошо, что ещё ялики, а не весь корабль утащили. Ну, вот мы и застряли на этих проклятых островах. Вдобавок ко всему наступил сезон дождей. Всё время лило как из ведра. У нескольких матросов началась лихорадка. Так что нам пришлось весьма тяжело на Япе. Тамошние аборигены невероятно воинственны, чуть что, беспричинно нападали на нас и совершенно не боялись смерти. Разыскать и вернуть на корабль украденное, на большом горном острове, заросшим тропическим лесом, оказалось трудной задачей. Нас всюду подстерегали опасности. К тому же в тех лесах водится множество тварей.

– Змей? Ненавижу их.

– Однажды одна из них укусила меня в ногу, и нашему корабельному врачу пришлось спешно отсасывать яд, а то бы я отдал концы. Когда очутились на мысе Балеабат, проклятое место на Япе, нас атаковали несколько сот лучников. Мы попали под град стрел. Хорошо, что у нас имелась пушка. Несколько её залпов усмирили дикарей. Да и потом произошло много всякого. Вот после всех этих приключений мне и пришлось делать гробы. Половину команды схоронили на Япе. Среди них и корабельного врача, который спас мне жизнь. Ремесло гробовщика мне было не в новинку. На весь Абердин мой дед и отец имели славу классных мастеров по этой части и обслуживали чуть ли не полгорода. Самые знатные семейства обращались к нам. Иногда мне приходилось помогать им. Гробы у нас получались удобные для покойников. Правильно, каждый человек имеет право на последний приют, где бы ему было хорошо. Отец мечтал, что когда-нибудь я наследую фамильное дело. Только я ненавидел гробы, а любил море. Но поскольку мог работать с деревом, стал корабельным плотником. Когда, там на Япе, подвернулся случай вспомнил семейное ремесло. Так что каждый умерший там на острове от ядовитых тварей, заразы и кровожадных дикарей, моими руками обрёл свой последний уютный деревянный домик.

– А мне ты сделаешь красивый гроб? – спросила Джинти.

– Ты слишком молода, да и не хочу я больше этим заниматься. Хватит с меня этого, – отмахнулся Том. – Давай, лучше что-нибудь другое для тебя сделаю. Красивый стул или лавку? Любой узор вырежу. У меня они хорошо получаются. Маори могут позавидовать, куда им с их тотемами! А ты будешь сидеть на моих стульях как самая настоящая королева на троне!

– Спасибо, Том, ты – отличный парень. Только мне этого не надо.

– Вот держи! – Том что-то всунул ей в руку.

– Надо же, ложка! Деревянная. Неужели сейчас сделал?

– А ты думала, когда?! Пока рассказывал. Просто не заметила. В своё время меня этому один русский научил. Мы плавали вместе. Они там в своей Сибири тоже умеют с деревом работать. Хороший этот парень, русский… Впрочем, с кем я только не плавал. В нашей команде были даже чернокожие. Ещё китайцы. Их баркас затонул в районе Парасельских островов во время шторма. После мы их, оголодавших, подобрали с необитаемого атолла. И никто в команде никого не обижал. В нашем кубрике место находилось всем, ели из одних мисок. Такое вот морское братство сложилось в команде капитана Найта.

–Давай я приведу тебя в порядок, – предложила Джинти,– Ты, вон, грязный, и весь зарос, джунгли на голове. Выглядишь как какой-то дикий зверь. Испугаться можно! А на самом деле – добрый и красивый!

– Да ладно, нашла красавца! Вечером на улице попадёшься – сама испугаешься!

– Такого испугаюсь, а подстригу и отмою, превратишься в лучшего жениха на весь Окленд. Все местные дамы твоими будут. Жениться сможешь!

– Скажешь тоже! Если только на жабе какой жениться, но и та откажется!

– Ты на себя наговариваешь. Я как тебя увидела, сразу поняла, что ты хороший.

Этим внезапным отношениям Джилл не переставал удивляться. Его нерадивая работница обстирала постояльца и даже аккуратно заштопала дырки на его одежде. После расчесала и красиво подстригла его волосы. И вдобавок ко всему, под воротник его шотландской рубахи повязала свой платок.

– Не надо, Джинти. Он тебе самой очень идёт, – пытался возражать старый Том, – Ты с этим платком такая симпатичная.

– Ничего-ничего. У меня ещё есть один. Он даже лучше. Неужели думаешь, что я тебе последний отдала?

– Все ты врёшь, Джинти. Нет у тебя никакого другого платка.

– Нет, есть! Ну, Томми…, – жалобно попросила женщина.

– Хорошо, пусть будет, как ты хочешь. Только можно я тебе куплю новый?

– Ладно, ловлю тебя на слове! Ты мне подаришь красивых обнов. В серебряной клетке семь певунов! (Перефразировано Хайнд Хорн в переводе Г.Ефремова) – на распев произнесла Джинти и как-то по-детски, быстро и смешно, поцеловала старого моряка в щёку.

Когда после этого старина Том появился в трактире, все поразились переменам в его облике.

– Выглядишь молодцом. Точно жених! – усмехнулся Джилл, – и помолодел лет на сто!

– А ты что думаешь, и у меня должны быть какие-то радости! – весело ответил корабельный плотник.

Джинти тут же подскочила к старому моряку и демонстративно взяла его под руку. Глядя на эту пару, присутствующие в трактире заулыбались. Как будто бы увидели маленький спектакль. Том и Джинти даже изобразили что-то вроде танца.