Так начался обычный день, ни чем непримечательный.
Начальник линейного отдела полиции привык к незначительным нарушениям закона. Знает, что обычную кражу расследуют подчиненные. Звонок стационарного телефона нарушает привычный устой. Рука дотягивается до аппарата, кисть зажимает трубку, локоть упирается в стол, у динамика трубки – ухо. По мере поступления информации глаза поднимаются, расширяются, становятся еще светлее. Свободная рука шарит по столу, похлопывая разбросанные документы. Бугорок нащупывается под толщей макулатуры. Пальцы отшвыривают бумагу. Найденная авторучка и трубка телефона меняются местами. В кабинете дополняет присутствие мягкий мужской немного взволнованный голос:
– Подождите! Не тараторьте! Мне нужно записать.
Наугад выбранный лист играет роль черновика. Закорючки организовывают строку.
– Все понятно!
Указательный палец сбрасывает вызов. Набор номера сопровождается сменой тональности с каждым вводом цифры. Идет вызов. Кто-то прерывает длинные гудки, начальник ЛОП отдает первый приказ:
– Внимание! Мне нужен вертолет, готовый к взлету через пятнадцать минут.
Следующий абонент долго игнорирует звонящего человека. Приятный женский голос, из недр десятого этажа, удосужился ответить.
– Приемная начальника дороги. Слушаю.
– С вами говорит Виктор Казанок – начальник линейного отдела полиции. Соедините меня с Шереметом.
– Все! Все! Я поняла! Соединяю.
Теперь набор номера мурлычет. После одного длинного гудка, хриплый голос превратил тишину в мгновение.
– Да, слушаю.
– Глеб Велорьевич? Приветствую вас! Вы, в курсе, что произошло на станции «Кодар»?
– Да, мне только, что доложили.
– Предлагаю отправиться на место. Вертолет готов.
– Я понял, поднимаюсь на крышу.
Трубка кладется на место, легче становится кресло. С черновиком в руке Виктор высокочастотным шагом пересекает кабинет, огибает габариты дубового стола в дюжину персон. Дверь, хоть и деревянная, отворяется весьма тяжело. Также тяжело закрывается за спиной. Табличка на двери преломляет свет, выдавленные буквы сверкнули позолотой: «Казанок Виктор Ростович».
Помощница начальника подзабыла: когда в последний раз он покидал эти стены в такой спешке. Принимала этот факт с явным волнением и всегда вздрагивала от столь резких телодвижений. Так и в этот раз – занятие по удалению «кутикул» пришлось прекратить, и прекратить немедленно. Указательным пальцем сдвигает с переносицы очки, душки углубились под прическу.
Волосы девушки уложены в каре. Длинная прямая челка ласкает подбородок. Сердцевидное лицо приятной внешности: нос аккуратен и слегка заострен; пухлые губы подчеркнуты яркой помадой; нити бровей похожи на застывший взмах крыльев. Хлопают веками большие глаза, пытаясь разогнать ветер ресницами. В задорном взгляде читается решительность принять и выполнить приказ начальника, который не заставляет себя ждать:
– Света! Значит так, ты отправляешься со мной. Похоже мне снова нужна твоя помощь.
– Хорошо, в какой район города?
– Загород. Душа моя! Очень далеко.
– Но мне надо собраться!
– Извини, нет времени.
Казанок протягивает листок. На нем корявый текст от руки, как на рецепте терапевта. Жирно выделено слово «Кодар».
– Мне нужна информация об этом объекте.
– Ладно.
– И еще переодень обувь! Там, в каблуках тебе будет неудобно.
Казанок за порог.
Светлана – молодая женщина, привыкшая следить за собой. Ее стройность – подарок от правоохранительных органов, которые заставляют своих сотрудников соответствовать званию путем физических тренировок. Что касается внешности как представителя слабого пола, здесь тоже все безупречно. Под темным полосатым пиджаком до неприличия расстегнута белая блузка с широким воротником и подвернутыми, распущенными рукавами. По-мужски повязанный галстук, как должно быть, незатянут. Укороченные брюки имеют легкий клеш. Выбранный стиль, скорее причисляет Светлану к кругу преподавателей высших учебных заведений.
Светлана является секретаршей только в официальной обстановке. На самом деле она помощник начальника ЛОП.
Неохотно, обладательница рыжего каре, освобождает рабочее место и шпильками стучит по ламинату. Картотечный шкаф во всю стену не радует размерами. Нужные папки по известному «закону» расположены внизу, от чего приходится пригнуться. Нежные руки «шарят» документы. «Карма» женщины округлилась. Рыжая челка спадает на половину лица. Какой-то мужчина, проходя мимо приемной, успевает косым взглядом оценить сексуальность момента.
После получения приказа, пилот уже в кабине вертолета щелкает тумблерами. Ревет турбина. Несущий винт набирает обороты. Осевшая от простоя пыль облаком убирается с платформы. Вибрирует двигатель, дрожит фюзеляж.
Пластиковая перегородка отделяет кабину пилота от салона, где три по два ряда, просторно вписались пассажирские кресла, обтянутых коричневой кожей. В подлокотниках имеются вставки из красного дерева – богатый вид.
На перегородку подвешены отсеки разных размеров и назначений. В одном из них звенит посуда из хрусталя и фарфора с нанесенными логотипами корпоративной тематики. Герметичные камеры заключают еду, готовую к употреблению. В маленьком холодильнике выстроились бутылки и бутылочки с напитками. Весь гастрономический рай виден сквозь стеклянные дверцы, что делает доступным выбор.
Лифт возвышает двух начальников и помощницу. Казанок замечает, что рост Светланы ниже, чем обычно. Разумеется, внимание падает вниз. Оттуда, игриво: светло-розовые кроссовки своеобразно дополняют строгий костюм, стразы играют на шнурках, большие язычки достают до начала расклешенных брюк. Она ловит взгляд.
– Что-то ни так?
Казанок стесняясь:
– Да, нет, нормально все!
– Я хотела сегодня сходить на тренировку.
– Не оправдывайся. Нормально все!
Молчаливый, весьма габаритный, начальник Восточно-Сибирской железной дороги теснит парочку. Шестой десяток не пощадил его лицо и тело. Черный костюм солидно выпирает в районе живота, от чего галстук в одном месте почти горизонтален. Огромная залысина до затылка сально блестит.
Электронный звонок провозгласил об окончании отчета этажей. Расступились створки. Вначале появляется живот самого старшего из присутствующих на крыше: как по возрасту, так и по должности. Далее, выплывает само тело.
Через полста шагов, на фоне ясного неба алюминиевая стрекоза занимает платформу. Приближаясь, ветер несущих винтов нарастает. Одежда вздувается, галстуки выныривают из-под пиджаков. Светлана пытается спасти укладку.
