— Монро, мне 48 лет, а сколько вам? Тридцать?
— Тридцать шесть.
— Правда? — Она моментально смутилась.
— Вы тоже не выглядите на свой возраст. — Он встал и протянул руку. — Мой джип в конце пляжа.
Она смотрела на него во все глаза, ее взгляд медленно скользил по его мускулистому телу, по лицу симпатичного мальчика. Между ними была разница только в двенадцать лет. Не так уж плохо. Она не могла припомнить, когда последний раз она была на свидании. В какой-то момент она вычеркнула этот вид времяпрепровождения из списка занятий на досуге. Не то, чтобы ее не радовала мужская компания; она просто не хотела иметь дела с неизбежным исходом — сексом.
Он поманил ее пальцами.
— Вы идете?
Она взяла его руку. Ее жизнь и так уже перевернулась с ног на голову. Можно позволить себе развлечься.
Пока он помогал ей встать, она остро ощущала свои пышные бедра, покачивающийся крестец. Она хотела надеть шорты, которые она брала в пляжную сумку, но они не полностью закрывали ее ноги, что ее не устраивало.
А-а, к черту все. Она уже сказала ему, что старая.
Глава 4
Монро умел целоваться. Губы его были твердые и влажные. В низу живота стало вдруг горячо. Много времени прошло с тех пор, как мужчина держал ее в объятиях. Было неплохо. Чудесный способ закончить день. Монро был прав. Ничто не могло сравниться с видом горбатого кита. Она все еще не могла поверить — и вдруг мысль оборвалась, она понимала, что его язык нежно следует очертаниям ее губ, прося разрешения войти.
Она осторожно раскрыла губы и отдалась поцелую, впустив его язык. Он стал настойчивее. Она сопротивлялась сильнее. Хоть бы все кончилось уже.
И так каждый раз. После первой волны возбуждения рассудок ее куда-то исчезал и забирал с собой ее тело.
Удовлетворенная своим участием, она прервала поцелуй и отодвинулась.
— Благодарю вас. Я действительно хорошо провела день.
Медленно и неохотно он потупил взгляд.
— Как насчет ужина? — спросил он низким вкрадчивым голосом.
Сара подавила готовый вырваться вздох нетерпения. Он уже издает зов самца. Ничто не изменилось в животном царстве. Волки выли, птицы щебетали, лягушки квакали, сверчки потирали свои задние лапки, а мужчины выражали это голосом «иди сюда» и глядели на тебя таким же «иди сюда» взглядом.
Она уже много лет не отвечала на такой зов, у нее не возникало желания ответить сейчас. Она радовалась тому, что они стояли по эту сторону двери в ее номер, в коридоре. Ее бегство будет быстрым и приличным.
— День был длинный. Как-нибудь в другой раз.
Монро пожал плечами.
— Увидимся завтра на пляже.
Он не казался разочарованным, отметила Сара, входя в комнату. Она кинула пляжную сумку на кровать. Может быть, он почувствовал ее ненатуральную реакцию, может быть, его поведение с намеком тоже было ненатуральным. Не имело значения.
Секс без эмоций для нее неприемлем. Сказать правду, она могла жить без секса. Он был самым большим разочарованием в ее жизни. Единственный оргазм, который она испытывала, она получала от напитка в бокале.
Да, давным-давно она поняла, что она не относилась к тому типу женщин, которые теряют рассудок от страсти. Она приняла это, смирилась, по крайней мере, она никогда не совершит глупой ошибки.
Зазвонил телефон. Она подпрыгнула от неожиданности. «Почему телефоны в гостиничных номерах всегда так громко звонят?» — подумала она, отвечая.
— Мам, где ты была? — требовательно спросила Стефани. — Я уже несколько часов звоню тебе.
— Что-нибудь случилось? — спросила Сара с возрастающим беспокойством.
— Не со мной, а с тобой. Я знаю, что ты приезжаешь в среду, но не знаю, пойдешь ли ты в четверг на работу.
Голос ее упал на октаву.
— Я сегодня позвонила тебе на работу, чтобы узнать. Мне сказали, что ты больше не работаешь. Что происходит, мама?
Сара наконец-то выдохнула. Голос ее дрожал, когда она ответила.
— Я не стала компаньоном, Стеф.
На другом конце линии долго молчали.
— Ты солгала мне?
— Извини, — прошептала Сара, преодолевая боль в горле от появившегося комка. — Просто я не готова была к разговору. Ты расстроилась бы, а я не хотела втягивать тебя в свои неурядицы. Я подумала, что мы могли бы обсудить все, когда у меня будет какой-то план.
Как мог Брайен так поступить с ней? Она постаралась справиться с эмоциями. Сейчас не время плакать. Но тело предало ее, и слезы брызнули из глаз.
— Но я беспокоюсь. Что случилось? — через некоторое время спросила Стефани.
Вопрос встряхнул Сару. Она не желала обсуждать проблемы со Стефани. Обычно она могла выдержать вопросов двадцать. Но этот был очень болезненный. Она не могла объяснить ей, что отсутствие у Брайена веры в нее ранило больше, чем потеря компаньонства.
— Не стоит вдаваться в подробности. Я не стала компаньоном, поэтому ушла.
— И вскочила на первый самолет на Гавайи. На тебя не похоже, мамуля. Скажи мне точно, что произошло.
Сара без сил опустилась на кровать. Ей следовало знать, что Стефани так ничего не оставит.
— Брайен считает, что от меня уже никакой пользы.
— И? — Стефани не терпелось узнать дальше.
— Вот и все, — сказала Сара. — Я вышла. Стефани вздохнула, преувеличенно терпеливо.
— И ты не попыталась убедить его, что он неправ?
— Не было смысла. Он уже принял решение, — твердо сказала Сара.
— Может быть, тебе следует пойти и поговорить с ним. Он всегда был справедлив. Когда ты заставишь его понять, что он неправ, может быть, он пересмотрит свое решение.
Сара встрепенулась на кровати.
— Он сделал компаньоном Карен Линдстром. Кроме того, я не могу вернуться. Особенно после того, что я написала в своем заявлении об уходе.
— А что ты написала?
Сара закрыла глаза, потерла переносицу большим и указательным пальцами.
— К черту тебя и твое издевательство. Я ухожу.
В трубке воцарилась тишина. И вдруг Стефани взорвалась смехом. Он был очень заразительным. Губы Сары дрогнули, когда она представила лицо Брайена, читавшего с экрана компьютера. Но, быстро появившись, улыбка тут же замерла, когда она вообразила гнев, обуявший его после шока.
— Ты действительно хотела стать компаньоном? — прерывающимся голосом спросила Стефани.
— Конечно, я хотела.
Сара чихнула и потянулась за сумочкой на ночном столике рядом с телефоном. Она порылась в ней, ища платок. Все, что она нашла — это блок промокательной бумаги в отделении с молнией. Она пожала плечами и высморкалась в эту бумагу.
— А я не уверена, — сказала Стефани. — Иногда твой ум играет с тобой злые шутки. Ты никогда не была одной из холодных профессионалов-женщин, которые живут и умрут ради карьеры. Может быть, на подсознательном уровне ты не хотела этого партнерства и сделала так, чтобы после того, как ты хлопнешь дверью, ты уже его не получишь.
