— Нельзя ли закончить наш разговор в другой раз? — решительно попросила она.
Голос ее звучал откуда-то издалека, странно, словно она была в туннеле.
— Будут еще вакансии.
Она едва различала слова, но поняла, что он сказал. Это не помогло. Пройдут еще не меньше пяти лет, прежде чем откроется другая вакансия.
К тому времени ей будет 53 года…
Глава 2
Сара не помнила, как дошла до своего офиса. Она вышла от Брайена — и вот уже сидит за своим столом, уставившись в коллекцию мультиков под стеклом. Целые годы собирала она «Мармадюк и Гарфильд», «Вилли и Этель», «Кляча» с надписями, которые всегда вызывали у нее улыбку.
Неужели это было все, что она могла показать за двадцать пять лет работы? — спросила она себя тупо, — коллекцию смешных историй, которые уже не смешные?
Она подняла голову и повела взглядом по профессионально оборудованному офису, который ей дали три года тому назад, когда «Ватсон и К°» переехала в эти апартаменты. Офис компаньона, потому что все знали, что она — следующая на очереди.
Три красивых зеленых растения стояли у стеклянной стены от пола до потолка, их сочные листья были повернуты к западному солнцу, словно они радовались горному пейзажу с высоты двадцатого этажа. Стены покрывали изящные черно-белые эстампы, демонстрирующие хороший вкус и спокойный, холодный профессионализм.
Холодный…
Единственная вещь, принадлежавшая ей, был настольный комплект из ручки и карандаша с выгравированным крестом, который ее родители подарили ей, когда она сдала выпускной экзамен. Единственный предмет, который она принесла из дома на работу, что было, может быть, и неправильно. Может быть, она больше чувствовала бы, что принадлежит этому месту.
— Сара, тебе звонит Джеймс Бикфорд. — Сара уставилась на телефон. Смешно, но она не слышала зуммера внутренней связи.
— Сара, ты на месте?
— Пусть оставит сообщение, — тупо сказала она.
— Я думала, ты ждешь его звонка, — продолжала настаивать Анни.
— Не имеет значения. Попроси Джека поговорить с ним.
— С тобой все в порядке?
«Все ли со мной в порядке?» — спросила Сара себя.
Для того, чья цель, к которой он стремился всю жизнь, разбилась вдребезги, наверное, все в порядке. У нее еще осталось здоровье.
— Я в порядке.
Еще несколько секунд линия была занята, потом отключилась.
— Можно поздравить?
Сара подняла голову. На пороге стояла Карен Линдстром, слегка улыбаясь.
Почему она не закрыла дверь? Она не могла сейчас разговаривать с Карен. И прежде чем она сообразила, с губ ее слетел ответ:
— Еще нет.
— Когда будет объявлено официально? — холодно поинтересовалась Карен.
Сара хотела ответить резко, с сарказмом, но подавила желание. Она будет любезна, даже если это убьет ее. Она не будет действовать так, как Карен.
В течение нескольких недель Карен ходила по офису, с трудом скрывая свою обиду. Но она знала, что у нее не было никаких шансов на компаньонство, потому что Сара дольше ее работала в фирме. Карен работала только десять лет; она же знает Брайена. Он всегда был справедлив.
— Я, — вдруг произнесла Сара, слова застряли у нее в горле, пытаясь обойти комок гордости. Комок был твердый, причинял боль, мешал дышать. Она снова попыталась заговорить.
— Я не уверена.
Это было лучшее, что она могла сделать.
Голос Бет, усиленный громкоговорителями, стратегически размещенными в потолке, произнес:
— Карен Линдстром, пожалуйста, пройдите в офис мистера Ватсона.
Карен повернулась к выходу.
— Я лучше пойду. Брайен, вероятно, хочет знать положение дел с финансами компании «Биг Куки».
Как только она ушла, Сара закрыла за ней дверь, желая спрятаться от всего мира.
Боль была так остра, так внезапна, что откинула ее к деревянному барьеру. Она тяжело прислонилась, стараясь удержать слезы, хватая ртом воздух. Как мог Брайен так поступить с ней? Она не хотела ждать еще пять лет, пока откроется еще одна вакансия. Она и так слишком долго ждала.
Черт возьми, это несправедливо с его стороны. Он принял решение задолго до того, как она перешагнула порог его офиса. У нее никогда не было шанса.
Закрыв глаза, она стала глубоко дышать. В груди опять появилось неспокойное трепетание.
В прошлом она заглушала его работой и знанием, что цель ее в пределах досягаемости.
Теперь уже не к чему было стремиться. О, Боже, все, что она хотела — это уйти в закат. Странное спокойствие вдруг окружило ее, лишая ее мыслей, притупляя ее бдительность. Она повернулась к компьютеру и наклонилась над клавиатурой. Менее чем за 30 секунд она набрала единственную строчку текста, проверила, нет ли ошибок. Она не хотела из-за небрежности сделать ошибки в ключевых словах.
Сара поднялась, взяла сумочку. Посмотрела на комплект ручки и карандаша на столе. Он был слишком громоздкий. Она унесет его позднее.
Она найдет способ унести его. Она уже находилась почти у двери, но вспомнила про кружку с надписью «Супер-маме» большими черными буквами, которую ей подарила Стефани. Она быстро вернулась к столу. Схватила кружку, кофе выплеснулось ей на руку. Она выпила холодную жидкость, поморщилась, ощутив горький вкус во рту.
Она сунула чашку в сумочку и вышла из комнаты.
Все пошло не так.
Брайен посмотрел на налоговую декларацию и отшвырнул ее в сторону. Спасение кого-то, кто даже не знал, что горит, не стоит затраченных усилий. Может быть, ему следовало отдать Саре эту проклятую вакансию. Она или справилась бы, или умерла бы, пытаясь справиться.
Откинувшись в кресле, он рукой прижал волосы, подумав, если бы все так просто решалось. Но как управляющий он должен был делать то, что принесет пользу фирме. Где-то в подсознании он знал, что для него важно сделать так, чтобы лучше всего было для Сары.
Он правильно сделал, выбрав Карен, даже если она и напоминала ему Ронду, его бывшую жену. Даже если ему приходилось бороться с собой, чтобы подавить в себе отвращение к работающим женщинам с характером хищницы. Карен имела право на амбиции. Она не была Рондой.
Интересно, почему он подумал о Ронде? Может быть, потому что она — полная противоположность Саре, которая никогда не была щукой-хищницей.
У Ронды всегда на первом месте — карьера. Дети, брак — где-то на втором. На его долю выпало укладывать детей спать, рассказывать им на ночь сказки; он должен был уходить с работы, чтобы заниматься школьными делами. В свободное время он ссорился с Рондой. Она обвиняла его в том, что он хочет, чтобы она отказалась от карьеры. Он этого вовсе не хотел. Он только хотел, чтобы она выкроила время побыть с ним, когда он шел на концерт танца или на игру Малой Лиги. Он хотел, чтобы она заботилась о Заке и Рене так, как Сара заботилась о Стефани.
