И. Г. Никитенко отмечает, что «Современная модель российского местного самоуправления диктует пересмотр законодательной политики в сторону большей централизации правового регулирования. В целом Российская Федерация в настоящее время отличается жесткой централизацией – она может передать полномочия на нижестоящий уровень, а может забрать их обратно. Последствием муниципальной реформы, проводимой сейчас в России, явилось изменение и резкое возрастание роли федерального центра. Такая политика может привести лишь к сиюминутным результатам, но не может способствовать укреплению демократических основ российской государственности. Необходим пересмотр политики законодательного регулирования в сторону его большей децентрализации. Однако последнее не должно толковаться как отказ от существующего законодательства в области местного самоуправления. Методологическими основами соответствующей политики муниципального регулирования, на наш взгляд, могут явиться:
– во-первых, преодоление неопределенности конституционных норм в области местного самоуправления, что должно дать однозначное определение сущности местного самоуправления, его общей цели как социального института;
– во-вторых, отказ от широкого толкования конституционного понятия «общие принципы организации местного самоуправления»;
– в-третьих, расширение прав субъектов Российской Федерации в сфере правового регулирования местного самоуправления»[49].
Мы согласны с высказанным мнением и считаем, что использование предложенных подходов позволит четче определять местное самоуправление в системе публичной власти в России.
Более того, определить положение местного самоуправления как уровня публичной власти в России помогают решения Конституционного суда РФ. В частности, в постановлении Конституционного Суда РФ от 15 января 1998 года № 3-П «По делу о проверке конституционности статей 80, 92, 93 и 94 Конституции Республики Коми и ст. 31 Закона Республики Коми от 31 октября 1994 г. «Об органах исполнительной власти в Республике Коми»[50], Конституционный Суд РФ, ссылаясь на свое же постановление от 24 января 1997 г. № 1-П по делу о проверке конституционности Закона Удмуртской Республики от 17 апреля 1996 г. «О системе органов государственной власти в Удмуртской Республике», постановил, что указание на то, что органы власти на местах являются органами власти, само по себе не свидетельствует об их государственной природе.
Итак, мы определились с тем, что местное самоуправление гарантировано населению на всей территории Российской Федерации, но его фактическая реализация возможна только в условиях создания в соответствии с законом муниципального образования. Таким образом, определены границы власти органов местного самоуправления.
Кроме того, мы пришли к выводу о том, что местное самоуправление представляет собой относительно самостоятельный от государства уровень публичной власти, которая по своему характеру не является государственной, но выполняет сходные с государственной властью функции.
Л. А. Велихов отмечает следующие сущностные признаки, свойственные местному самоуправлению и отличающие его от центральной правительственной власти:
– различие в характеристике власти;
– разграничение сфер компетенции властей центральных и местных;
– самостоятельные источники средств, которые необходимы органам местного самоуправления для реализации своих полномочий;
– территориально ограниченный выборный принцип местного самоуправления, связанный с обязательным наличием выборного (представительного) органа[51].
Действительно, все указанные сущностные черты наглядно демонстрируют обособление, иную природу местного самоуправления, его отличия от государственной власти.
В теории муниципального права можно встретить ряд точек зрения на содержание функций местного самоуправления, т. е. его основных направлений деятельности.
Так, И. В. Выдрин выделяет две основные группы функций местного самоуправления. Первая включает финансово-экономические, хозяйственные, социальные, экологические функции, функцию охраны общественного порядка. Данные функции объективно обусловлены, свойственны данному уровню публичной власти.
Эти функции имеют характерный признак, они в максимальной степени связаны с конкретными сферами общественной жизни (предметами ведения), в которых муниципальные органы юридически состоятельны (местные финансы, муниципальная собственность, организация здравоохранения, образования и т. д.).
Вторая группа функций обусловлена самой природой местного самоуправления, его социальной ролью в государстве и обществе. В рамках этой группы функциями местного самоуправления являются обеспечение права граждан на местное самоуправление, решение вопросов местного значения, возложенных на муниципальные образования, выполнение отдельных государственных полномочий, которыми наделены муниципальные органы. Функции обеих групп устойчивы, направлены на обеспечение жизнедеятельности муниципальных образований[52].
Н. С. Бондарь, В. И. Авсеенко и С. Н. Бочаров выделяют социально-целевые функции управления (основные направления, цели и содержание конкретной управленческой деятельности) и социально-организационные (процессуальные, действия организационного и исполнительно-распорядительного характера, совокупность которых составляет управленческий процесс)[53].
О. Е. Кутафин и В. И. Фадеев основными функциями местного самоуправления называют: обеспечение участия населения в решении вопросов местного значения; управление муниципальной собственностью, финансовыми средствами местного самоуправления; обеспечение комплексного развития территории муниципального образования; удовлетворение потребностей населения в социально-культурных, коммунально-бытовых и других жизненно важных услугах; охрану общественного порядка; представительство и защиту интересов и прав местного самоуправления, гарантированных Конституцией РФ, федеральными законами[54].
Как видно, в основном функции местного самоуправления связаны с реализацией органами местного самоуправления муниципальных образований возложенных на них полномочий.
Местное самоуправление, как уровень власти, наиболее приближено к населению и его предназначение во многом связано с обеспечением потребностей и интересов населения. Вспоминая о том, что население обладает правом на самоуправление, необходимо сделать вывод, что на местном уровне население (самостоятельно и (или) через органы местного самоуправления) решает вопросы местного значения.
В Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» в ст. 14–16, в рамках обозначенных нами выше функций местного самоуправления, указаны вопросы местного значения (предметы ведения), решение которых находится в компетенции населения и органов муниципальных образований.
В соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», вопросы местного значения – «вопросы непосредственного обеспечения жизнедеятельности населения муниципального образования, решение которых в соответствии с Конституцией РФ и настоящим Федеральным законом осуществляется населением и (или) органами местного самоуправления самостоятельно».
Как указывает В. И. Фадеев, органы местного самоуправления вправе решать иные вопросы, не отнесенные к компетенции органов местного самоуправления других муниципальных образований, органов государственной власти и не исключенные из их компетенции федеральными законами и законами субъектов РФ, однако только за счет собственных доходов местных бюджетов (за исключением субвенций и дотаций, предоставляемых из федерального бюджета и бюджета субъекта РФ)[55].
Такое утверждение тем более верно и важно, что правовая основа местного самоуправления в России выстроена по нисходящей линии от Конституции РФ до правовых актов местного самоуправления.
По определению В. И. Фадеева, предметы ведения местного самоуправления (вопросы местного значения) – это круг определенных Конституцией РФ, федеральными законами, законами субъектов Федерации, уставами муниципальных образований вопросов, обусловленных осуществлением местного самоуправления, его задачами и целями, местом и ролью в осуществлении власти народа, решение по которым принимается населением непосредственно и (или) через выборные и иные органы местного самоуправления самостоятельно[56].
В контексте настоящего исследования считаем необходимым отметить, что большинство вопросов местного значения носят ярко выраженный социальный характер. Это может означать, что законодатель придает органам местного самоуправления большое значение в области предоставления населению муниципального образования различного рода социальных услуг.
