— Представьтесь! — строго скомандовала преподаватель.
Мы тоже встали рядом с профессором Левкои, желая поучаствовать в устроенном спектакле.
— Студентка Жаклин, оборонительные системы и построение ловушек! — гордо отчеканила та, задрав подбородок.
— Что же, студентка Жаклин, мешает Вам воспользоваться своей магией и сделать тоже самое? — искренне недоумевала наша госпожа Левкои.
— Нас не учили управлять насекомыми! — упрекнула профессора девица.
— Покажите то, что умеете, — настаивала педагог.
Жаклин долго неуверенно топталась на месте, поглядывая на своих сокурсников из Столичной Академии, потом покраснела и, зажмурившись, всплеснула руками.
Послышалась довольно громкое гудение, а потом земля под ногами начала трястись.
— Назад! — скомандовала профессор.
Нам не нужно было повторять, мы дружно отбежали от горе-магини шагов на десять и залегли. Что-то громыхнуло, и комья земли полетели в разные стороны. Прикрывшись щитами, мы не спешили подниматься, предпочитая подождать, пока все уляжется. Минут через десять подошли к месту, где когда-то стояла Жаклин. В этой части сада теперь была огромная воронка, на дне которой барахталась перепачканная девица.
— Прав наш ректор! Для вашей же безопасности жизненно необходимо проверить ваши знания, — посетовала профессор Левкои.
— Закапывать? — уточнил Мэтт, косясь на яму.
— Зачем же? — снисходительно улыбнулась преподаватель. — Студентка Столичной Императорской Магической Академии Жаклин, будущий специалист по строительству оборонительных систем так старалась, правда, ожидался иной результат! Но не пропадать же труду?! Устроим здесь живописный пруд. Мне кажется, будет красиво!
— Было бы не плохо, в его середине установить фонтан! — как всегда блистала идеями Мадина. — Только можно мы этим сами займемся, без помощи Жаклин? — обеспокоенно спросила подруга.
— Безусловно! — еле скрывая улыбку, ответила профессор Левкои. — Прекрасная идея, студентка Мадина!
Услышав это, все присутствующие столичные студенты густо покраснели и потупили глаза. И мы вновь продолжили работать.
— Айлин, ты не права! Ты очень полезная! — искрясь от смеха, громко проговорил Мэтт, и это наводило на мысль, что он задумал очередную шутку. — Если бы не твои козявки, вся столичная молодежь, прибывшая к нам, сегодня осталась бы голодной!
— Ты же знаешь, Мэттью, милосердие у меня в крови, — шутливо отмахнулась я.
Неожиданный удар в спину ошеломил меня. Не удержавшись на ногах, я упала на колени прямо во взрыхленную грядку, сминая посаженные ростки.
— Если ты, маленькая дрянь, — кричал на меня тот самый щуплый столичный позер, кажется, его звали Габриэль, что поддержал сегодня утром возмущение Корнелии, — думаешь, что это сойдет тебе с рук, то сильно ошибаешься! Ты горько пожалеешь о своем поступке и будешь наказана! Будешь целовать мои ботинки, вымаливая прощение за учинённый тобой завтрак!
Когда-то я уже слышала что-то подобное!
Полтора года назад
Омерзительный запах пота, влажные руки на моем теле, беспомощность и чужой подлый расчет, в котором я была лишь пешкой! Я изо всех сил била кулаками по жирному телу Уинслоу, а он лишь посмеивался надо мной. Огромная злость, что бурлила у меня в груди вдруг вырвалась наружу, выгнув тело дугой. Стая непонятно откуда взявшихся птиц скинула с меня негодяя. Она кружила вокруг него, клевала и царапала. На полу появился ручеек из насекомых, который подобравшись к моему несостоявшемуся насильнику, начал подниматься по его ногам и спущенным штанам вверх. Это были муравьи, блохи и еще какая-то мелкая живность. Они устроили настоящее пиршество на огромном теле младшего брата моей мачехи. Испуганный творившимися вокруг него странностями, Уинслоу с диким криком заметался по моей комнате, пока каким-то чудом не выпал из окна. Я тут же вскочила с постели и, скинув с себя остатки ночной сорочки, надела новую, а лохмотья спрятала подальше в шкаф. На скорую руку приведя себя в порядок, я была готова к приему гостей.
Они не заставили себя ждать. Встречала я их у окна в халате и тапочках, как и подобает приличной леди. С горящей свечой в руке я пыталась разглядеть ужасные муки Уинслоу, на которого вдобавок к птицам и насекомым напали еще пара уличных котов и пара бродячих собак.
— Что тут происходит?! Какое бесстыдство?! — голос мачехи был полон осуждения и благочестивости. Она ворвалась в мою спальню полностью одетой, причесанной и с огромным подсвечником в руке, на котором горели сразу шесть свечей.
Моя спальня сразу наполнилась светом, давая возможность разглядеть ворвавшимся в нее каждый предмет. Рядом с мачехой стоял хмурый отец Патрик, а также пять почетных гостей вечернего ужина в честь поминания моего отца вместе с их женами, готовыми засвидетельствовать мое грехопадение, которое к счастью не случилось. На лицах почетных гостей было написано столь горькое разочарование, что мне даже захотелось им посочувствовать. Они явно ожидали увидеть более пикантное зрелище, нежели меня в скромном халате у окна.
— Моя дорогая Циара, мне кажется Ваш брат, господин Уинслоу сошел с ума! Он определенно нуждается в помощи! — показывая на мотающегося по саду в чем мать родила мужчину, испуганно проговорила я.
Получилось вполне правдоподобно, так как меня все еще трясло от пережитого.
Глава 8
— Что ты несешь, глупая девчонка! — накинулась на меня мачеха.
— Тогда как Вы объясните тот факт, что в столь поздний час он голышом бегает по саду под окнами наших гостей, кричит и играет с животными? — громко спросила я.
Почетные гости, как и святой отец не выдержали и, подбежав к окну, жадно рассматривали развернувшееся в саду действие, желая хоть как-то компенсировать постигшее их разочарование в моем лице.
— Мне кажется, его стоит изолировать! Я не чувствую себя в безопасности, находясь рядом с человеком, склонным к осуждаемым всеми поступкам! — сказав это, я позволила себе пустить слезу, которая давно уже рвалась наружу. — Отец Патрик, я прошу Вас оградить меня от подобного!
— Безусловно, дочь моя! — святой отец с такой укоризной посмотрел на мачеху, что у той побелели скулы от злости. — Вы совершенно правы, этого бесстыдника нужно изолировать от юной леди.
— Прошу, в таком случае, сопроводить меня в обитель к матушке Оливии. Там я буду чувствовать себя в полной безопасности, — шмыгала я носом.
— Собирайтесь, дочь моя! Отправляемся немедленно! — хмуро проговорил святой отец, с негодованием глядя на мою мачеху.
Заприметив траекторию передвижения Уинслоу в саду, остальные гости стремглав побежали к нему, боясь упустить даже малость столь пикантного и веселого развлечения. Нужно заметить, что ни один из них не стремился помочь искусанному избавиться от насекомых или преследующих его животных.
Как только мы с мачехой остались одни, она больно схватила меня за руку и толкнула в стену.
— Что ты тут устроила, идиотка? От тебя всего лишь требовалось уступить Уинслоу! Потом жила бы себе спокойно! Если ты думаешь, что он, — Циара показала на дверь, за которой стоял святой отец, — тебе поможет, то ты сильно ошибаешься! Мы найдем на тебя управу, и ты в любом случае выйдешь замуж за моего брата! Вот только теперь твою жизнь вряд ли можно будет назвать спокойной! Уинслоу тебе не простит такого позора! — зло шипела мачеха, больно дергая меня за руку.
Нельзя загонять людей в угол, даже самый тихий и покладистый из них в такой ситуации начнет огрызаться и отбиваться. Выдернув руку из захвата, я спокойно ответила:
— Циара, покинь мою комнату! Немедленно! Я спешу!
— Ах, ты! — замахнулась на меня мачеха.
— Вон! — рявкнула я так, что Циара вздрогнула.
Вся ее бравада с угрозами была наносной. Как только она осознала, что перед ней более сильный противник, то снова превратилась в несчастное, забитое существо. Поджав лапки, она, затравленно озираясь, выскочила из моей спальни. В ту ночь, я навсегда покинула свой дом.
