завидуем. Завидуем их смелости, тому, что они могут быть собой, а мы не можем. – Отельный Вилли выплёвывает предложения одно за другим и не думает останавливаться. – Мы неудачники, тупицы, мы пустое место. Маменькины сыночки, которого мамуля постоянно балует, и всё равно мы ей грубим. Мы завидуем даже нашему папочке, вот же глупо.
– Нет! Прекрати! – кричит Вилли. – П-погоди, это неправда.
– Это правда. Мы ужасны, и всё потому, что чувствуем себя незначительными и завидуем всему и вся.
Хелла смотрит на всё это с открытым ртом.
– Ого, – наконец изрекает она. – Это совсем не круто.
Энди кивает.
– Он получил весьма недурную трёпку от своего стрёмного я.
Отельный Вилли какое-то время продолжает сыпать оскорблениями, а затем делает шаг вперёд, раскинув руки. Смотрится это так, словно он хочет придушить Кислого Вилли. Всё ближе и ближе подходит он. Вилли делает шаг назад и налетает на дверь. Деваться ему некуда.
Хелла чувствует бессилие и злость на себя. Она ничего не может сделать, даже дверная ручка исчезла.
Отельный Вилли теперь совсем близко к Кислому Вилли, они стоят почти нос к носу.
Хелла зажмуривается. Она не может больше этого видеть.
Она слышит, как Энди втягивает воздух сквозь зубы.
И тут Хеллу и остальных отбрасывает назад, и они приземляются на пятую точку.
Дверь снова белая и матовая, символ на ней сияет даже ярче, чем раньше.
Вилли, по всей видимости, был вышвырнут в дверь Отельным Вилли. Он весь сжался и лежит, хныча, на полу в проходе.
– Я хочу домой. Я хочу к моей мамуле.
Вот он лежит, сломленный, а ведь каким был сухарём.
Хелла всё равно жалеет его и кладёт руку ему на плечо.
– Всё хорошо, Вилли. Твоего дубля тут больше нет. Ты уже не в комнате. Всё закончилось.
Он поднимает на неё взгляд, грубо вытирает слёзы с глаз и сопли из-под носа, а затем до него доходит, что остальные видят его в таком состоянии.
– Отвалите от меня!
– Эй, давай, что ли, поприветливей, – прикрикивает Энди. – У меня руки зудят забросить тебя обратно в тот номер.
Вилли подскакивает и угрожающе становится перед Энди.
– Это твоих рук дело?!
– Спустись на землю, идиот, ты сам зашёл в эту комнату. Ты же тут босс, помнишь?
Вилли с силой толкает Энди в грудь.
– За всем этим стоишь ты? Ты и твои друзья-неудачники? Хочешь, решим это на кулаках?
Энди выставляет руки в отталкивающем жесте.
– Слушай, сначала успокойся. Я не собираюсь с тобой драться. Ты явно расстроен тем, что видел и пережил.
– И ты явно ничему не научился, – негромко прибавляет Хелла. – Всё такой же придурок.
Мэгги ужом влезает между двумя мальчиками.
– Оставь моего брата в покое! Если ты не прекратишь, мы оставим тебя одного, – рычит она, словно маленькая львица.
– О’кей, это нас ничуть не приближает к цели, – говорит Хелла. – В этом отеле явно есть что-то сверхъестественное, привидения, или проклятие, или ещё что. Должно быть какое-то решение, а значит, нам нужно разузнать побольше. Нам надо проверить другую дверь и продолжать поиски.
Вилли выдаёт полуугрожающе-полуслезливо:
– Я никуда больше не зайду. Давайте, детишки, сами.
– Трус, – припечатывает его Серж.
Вилли делает шаг к Сержу, но его хватает за загривок Энди.
– Прекратите немедленно. Все вы. Мы должны помогать друг другу, а не нападать, иначе этот отель победит.
«Да, – думает Хелла, – этот отель живой, и он зол на нас. Но почему и зачем эта игра, даже правил которой мы не знаем?» У неё пока нет никаких идей, но она это выяснит.
Вилли резко вырывается из захвата Энди и с недовольным видом прислоняется к стене.
Хелла задумывается… Она подходит к другой двери с таким же символом.
– Энди?
Он идёт за ней.
– Ты можешь придержать меня за свитер? Не давай мне войти в эту комнату, как бы я ни просила.
– Ты уверена?
– Да, вполне. Может, вам стоит закрыть глаза, чтобы я одна могла видеть комнату и что там внутри.
Серж подходит и становится с ней рядом.
– Не надо, сестра, ты же видела, что там сделалось с Вилли.
– Отойди подальше, Серж. Я хочу кое-что попробовать, мне нужно это сделать, просто чтобы быть уверенной. И не смотри!
Серж неохотно делает так, как она просит, и встаёт чуть поодаль от двери.
Энди захватывает большую складку свитера у неё на спине.
– Храбрости тебе не занимать, Хелла. Я держу тебя. Давай, вперёд, глаза у меня закрыты!
– Спасибо тебе. Все готовы?
Так до конца и неуверенная, что поступает правильно, она берётся за ручку двери и держится за неё какое-то время. Хелла несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает, пытаясь успокоить быстрое биение сердца, как когда-то видела на видео с YouTube. Она искала способ успокоиться перед самым началом матча по поло, и обычно это помогало.
Вдохнуть, выдохнуть, вдохнуть, выдохнуть.
На этот раз не помогает.
Но она всё равно толкает дверь, открывая её.
Глава 8
Хелле не хватает духу открыть дверь до конца, иначе она не сможет быстро её захлопнуть. Но через щёлочку ничего не обнаруживается. Если в номере нечто и есть, он или она находится вне поля её зрения. Она толкает дверь, открывая ещё немного пошире, и подаётся вперёд. Её успокаивает то, что Энди продолжает крепко её держать.
И тут она видит это.
Или, точнее, тут она видит себя!
На мгновение она совершенно теряется и не может и пальцем пошевелить. Она словно бы смотрится в зеркало, только безо всякого зеркала. Отельная Хелла выглядит поначалу в точности как она, в таких же линялых джинсах, свободном свитере с полосками пяти цветов и в белых сникерсах. Её хвостик обвис над плечом, и она выглядит такой же встревоженной, как и сама Хелла в эту минуту. Но затем её губы изгибаются в усмешке, а глаза меняют цвет с серовато-голубого на кроваво-красный. Отельная Хелла поднимает руку и медленно и решительно манит указательным пальцем – «иди сюда».
Хелла застывает и сглатывает. Она должна зайти внутрь. Она не хочет заходить внутрь. Но она должна! Но она не может и не станет этого делать! Не успев осознать, что происходит, она делает шаг вперёд…
И тут же её дёргает назад, и дверь захлопывается.
– Думается мне, – говорит Энди, – это было как раз вовремя. Я почувствовал, что ты хочешь войти.
Хелла не сразу может отогнать от себя образ той другой жуткой себя, она вообще сомневается, что это у неё когда-нибудь получится. Отельная
