аппетитной упругой… Вот чёрт, голова совсем не о том думает. — Я конечно понимаю, она девушка, гормоны и всё такое, но, с такими эмоциональными перепадами — как она вообще дожила до своих лет?
— Это последствия препарата, что привёл её в чувство. Боюсь представить, что она с тобой сделает, когда почувствует себя в безопасности.
— Ты на что намекаешь? — насторожился я, в который раз заставляя себя смотреть по сторонам, а не на аппетитную попку спутницы, туго обтянутую кожаной юбкой.
Мы успели удалиться от места крушения, обогнув озерцо и шагая вдоль русла речушки, которую я при желании мог перепрыгнуть. Маша вела себя крайне беспечно, непрестанно что-то бормоча на своём родном языке. Похоже её окончательно накрыло, и я даже начал сомневаться, а правильно ли она нас ведёт?
— Опасность! Слева от тропы на ветвях дерева два мута фиолетового ранга. Готовятся к нападению. — сообщил Шиц, резко внеся разнообразие в наше путешествие.
— Мария, стоять на месте! — приказал я, а сам, вскинув к плечу игломёт, двинулся вперёд. Искин тут же подсветил мне укрывшихся в листве тварей, приготовивших засаду на высоте двух с половиной метров.
— Фших, фших! — свистнули иглы, и на тропу рухнул первый мутант. Секундой позже к нему присоединился второй. Дополненная реальность перестала подсвечивать противников, и мне удалось рассмотреть двух фиолетовых тварей, чем-то напоминающих игуану, только покрупнее и гораздо опаснее. Если такая тварь вонзит свои зубы в лицо, то оторвать её будет сложно. Разве что с куском мяса, вон какие острые длинные зубы, словно костяные иглы. Как они вообще с таким строением челюстей выживают.
— Ядовитый мут, ранг фиолетовый, самоназвание — иглозуб. — выдал мне справочную информацию Шиц. — Один укус парализует любое существо на целую минуту. К счастью, против яда иглозубов давно разработан антидот, для нас они безопасны. Кэп, замени капсулу-сборник на пустую, нужно собрать мутаген.
— Безопасны, ты серьёзно? — произнёс я, заменяя капсулу. — Что ж здесь тогда считается опасным? Тиранозавры? Сдаётся мне, что здесь безвредны только деревья, и то, пока их не трогаешь.
Мария, замерев там, где я приказал ей остановиться, наблюдала за моими действиями. Увы, но в этот раз сбор мути меня разочаровал — с двух тварей на донышке одной капсулы. Это ж сколько зверушек перевести нужно, чтобы полную набрать? Полсотни?
— Слушай, я ж запутаюсь скоро, где какая капсула. — проворчал я, наблюдая, как тела иглозубов исчезают прямо на глазах. Словно я вампир, высосавший из них жизненную силу.
— Я контролирую этот процесс, кэп. — ответил искин. — когда потребуется, нужная капсула будет подсвечена.
— А если я смешаю две мути одного ранга, но от разных тварей? — поинтересовался я.
— За такой мутаген тебе не заплатят и одной дозы блокатора. — пояснил Шиц. — Смешивать нельзя, теряются все полезные свойства.
— Тогда понятно, почему у меня столько много слотов на поясе. — я повернулся к синекожей. — Мария, мы можем продолжать двигаться. Показывай дорогу.
— Зачем ты убивать и бросать току-току? Они полезный, давать мужской сила. Уно считать их ценный трофей. Странный вы, чужак. И глупый. С силой току-току любой женщин останется довольный.
— Знаешь, на меня и без вашего току-току никто не жаловался. — ответил я, почувствовав обиду не только за землян, но и за всех заключённых. — И вообще, давай сменим тему для разговора.
Минут десять двигались в тишине, пока я не обратил внимание на окружающие перемены. Листья у деревьев и травы — вместо тонких синих прожилок на них появились широкие фиолетовые.
— Мы только что сменили зону обитания мутов на фиолетовую. — пояснил искин. — странно, что они попадаются столь редко. Скорее всего на них как-то влияет наша спутница, отпугивая своим присутствием. Чем быстрее мы расстанемся с ней, тем лучше.
А ещё через полчаса тропа, петляющая вдоль русла реки, вывела нас к одиноко стоящей скале. Из серого камня, она выглядела чьим-то чужеродным творением среди лиственных деревьев.
— Эмао напоминает о себе. — с улыбкой сообщила моя спутница, указывая рукой на скалу. — Здесь нужно остановить, ждать уно, мужчин.
— Ты уверена, что они придут сюда? — уточнил я на всякий случай.
— Да. Здесь наш охотник приносить жертва Эмао, потом нести добычу в деревня. Там есть. Хочешь, я показать тебе манлао, жертвенник?
— Показывай. — согласился я.
Место, где, как я понял, охотники умерщвляли добычу, находилось прямо у подножия скалы. Ровная площадка, метров семь в диаметре, с одной стороны упиралась в стену из серого камня, а с другой в русло реки. По центру площадки располагался сам жертвенник — крупный валун грязно-бурого цвета. От него в направлении реки тянулись потёки давно застывшей крови. В воздухе стояла сладковатая, едва ощутимая вонь разложения.
Но всё это меркло перед надписью, выбитой на стене неизвестным орудие. Я не сразу заметил её, а когда мой взгляд всё же натолкнулся на знакомые слова, замер, как вкопаный.
В сером камне чёрными буквами было выжжено:
"Здесь был Вася!"
Комментируем, не стесняемся, про лайки не забываем) Дайте отклик, и я буду жечь напалмом)
Глава 4 Неприятное знакомство
— Мария, а ты часом не знаешь, кто это написал? — спросил я, указывая пальцем на столь родные буквы, что у меня аж глаза защипало.
— О, это послание приёмный дети Эмао. — непринуждённо ответила девушка. — Сильный охотник, добрый чужак. Как ты, да, только сильный. Эмао взять их себе, любить.
— И где сейчас эти приёмные дети? — задал я ещё один вопрос, а у самого сердце бешено забилось в груди, словно собралось выпрыгнуть.
— Никто не знать, чужак. Много-много большой ночь пройти, как они уходить в опасный места, в золотой лес. Больше не возвращаться. Ты надо слушать мудрый Гаанг, старейшина, он больше знать.
— Ещё такие надписи есть где-нибудь? — поинтересовался я, делая несколько глубоких вдохов-выдохов. Ох ты ж, как разволновался при виде родной кириллицы. Словно невеста перед алтарём.
— Много посланий. По всей Эмао, везде. Почему ты так интересно, Аудрэй? Заклющёний не интересно никогда послания дети. Аурум думать — это наш язык, всегда уничтожать.
— Не переживай, я не собираюсь ничего портить в вашем святилище. — успокоил я аборигенку, после чего обратился к искину: — Шиц, что скажешь?
— Неизвестный, мёртвый язык, Кэп. В моей базе данных его нет. То, что рассказала местная — какая-то местная легенда. Среди некоши нет подобных сказаний.
— Сколько, говоришь, прошло лет, как обнаружили туманность?
— Официально туманность Альфа-1 открыта двести стандартных лет назад автоматическим кораблём-разведчиком корпорации Аурум. А уже через сто лет
