«Пусть хоть все друг друга удавят! Лишь бы нас с Настенькой эти пертурбации даже краешком не касались!»
Конечно, поддержка родителей, их друзей, побратимов и знакомых — всегда желательна и ценна. Чем уверенней они пройдут по жизни, тем спокойнее, счастливее и пара возлюбленных проживёт. Да и детям с внуками лучше жить сыто, спокойно и счастливо. Вот для этого и следовало прилагать усилия, знания и умения. Ну разве что ещё двоих землян Киллайд мечтал увидеть как можно скорей в своём окружении. Это те самые ученики прошлой жизни, которые в весьма почтенном возрасте остались в малообитаемом монастыре Тибета. Они вроде как отлично (в меру их возможностей и талантов) обучились всем премудростям своего учителя и тоже готовились вернуться в период своей юности. Примерно в это же время. Или как удастся. Но вот получится у них или нет — трудно предсказать. Всё-таки они — земляне. А не пьетри… И не мемохарбы… И даже не простые харби.
«Но если у них получится, то мы втроём горы перевернём в этом мире! — рассуждал Александр Шульга, удобно усаживаясь в своей комнате на коврике, и готовясь к медитации. — Где меня найти и как, они знают. Лишь бы у них всё задуманное получилось!»
После чего отогнал от себя все посторонние мысли и постарался выйти в астрал. При этом он прекрасно понимал, что возможно у него ничего с первого раза не получится. Ведь тело юное, непривычное, «неотёсанное», ничего толком не испытавшее. Его ещё качать и качать, изменять, совершенствовать, да и просто в физическом плане тренировать.
Также хотелось окончательно определиться со своим сознанием. Оно — одно? Или в данном теле ещё присутствует сознание истинного Александра Фёдоровича Шульги? Ведь непосредственно реципиента или донора в нынешнем времени никто не убивал. Значит, он как бы существует? Или нет?
Эту загадку могли решить исследования в плане человеческой ауры, которые Киллайд Паркс многие годы проводил в прежней жизни данного тела. Ему, пусть и совместно с учениками, удалось совершить воистину эпохальные научные открытия в этой сфере. Конечно, ни в коей мере не делясь итогами с остальным человечеством. Многочисленные «просмотры из астрала» позволили достоверно убедиться, что аура так называемого тела, имеется у любого живого существа. А вот дополнительная аура — есть только у разумных. Или у существ с разумом иной структуры, какая просматривалась у тех же дельфинов, китов, касаток, собак и кошек.
В общем, много чего можно было рассмотреть из потустороннего мира, называемого здесь астрал. В том числе образовывались возможности непосредственно влиять на астрал физического тела иных личностей, что впоследствии сказывалось на целительской деятельности, оздоровлении непосредственно организма. Но само воздействие — дело не в пример более сложное, чем просто увидеть. Тем же ученикам исцеление давалось очень сложно и в малом объёме, по сравнению с учителем-иномирцем.
Вот и попытался Киллайд рассмотреть, как у него, где, кто и почему. Заодно и проверить, что ему уже дано, и дано ли вообще.
Сложно. С трудом. Но таки удалось минут через десять определённых усилий выйти в астрал, там удобно разместиться, подстроив должное зрение и, наконец-то, взглянуть со стороны на самого себя. Вначале мемохарб не совсем понял суть, открывшейся ему картины. Аура сознания имелась не одна. То есть сразу две многоцветные радуги тесно сплетались между собой, образуя если и не одно целое, то весьма плотную, взаимопроникающую структуру. Иначе говоря, суть Саньки оставалась в теле, но она как бы сроднилась, практически срослась с сутью вселенца из цивилизации пьетри. Да и все остальные чувства, память и реакции подсказывали: вреда нет, воссоединение практически состоялось, объединённое сознание только выиграет, используя удвоенные процессоры мышления, оперативную память и долговременные архивы.
Но! Чем больше Паркс присматривался, тем больше приходил в непроизвольный ужас. Потому что отчётливо видел, как вокруг объединённого столба двух аур, коварной змейкой вьётся ещё одна аура! Отдельная! Нигде не соприкасающаяся с синхронизированной парой!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Несмотря на пребывание в ином измерении, Киллайд почувствовал, как их общее с Александром тело покрылось липким потом:
«Кто?! — проорал он мысленно. — Кто это ещё посмел к нам присосаться без разрешения?!»
Жуткий вопрос, на который следовало отыскать ответ немедленно. Или, хотя бы, как можно скорей.
5 глава
Увы! Долго пребывать в астрале, да ещё с такой бурей эмоций, данное тело ещё не умело. Просто силёнок не хватило. Так что пришлось возвращаться, приходить в себя, расслаблять окаменевшее тело, и только после этого спокойно анализировать увиденное. И тщательно прислушиваться к себе, пытаясь уловить нечто чуждое, постороннее, непонятное.
К сожалению, как Киллайд ни копался в своих чувствах, памяти и ощущениях, ничего постороннего уловить не смог. Но факт оставался фактом: нечто, или некто, в некоей паразитирующей форме прилип к сдвоенной ауре пьетри и землянина. И хорошо, если этот паразит безобидного, неактивного формата. Слушает ли он? Видит ли он глазами Александра? Может ли воздействовать на мысли основных обладателей тела и управлять мышцами? Пока о таком не имелось ни единственного упоминания или косвенного намёка.
«Так, я здесь чуть больше, чем полдня, — напомнил себе мемохарб. — При этом не сидел на месте, то бегал, то кого-то спасал, то отца убеждал, то Настеньку охмурял. То есть сильно отвлекался. Вот и мог чего-то не заметить… Хм! Но всё-таки! Что за гадость такая ко мне прилипла?..»
Прикинул разные варианты. Попытался вспомнить все возможности иных аур, хотя бы тех же дельфинов или собак. Ну и как первая рабочая гипотезу, у него сложилось определённое мнение: кот! Или иной хищник покрупнее, обитавший где-то поблизости в лесу. В момент подселения-возврата в тело парня, некое создание с частичкой разумности банально погибло. И чисто непроизвольно притянулось к мощной, сдвоенной ауре пьетри и человека. А так как разума этой посторонней ауре категорически не хватает, то и никакого воздействия она на человека просто не в силах оказать. Как и поделиться эмоциями, памятью или умениями.
«Может существовать такое чудо во Вселенной? — продолжал размышлять Шульга-Паркс, обильно насыщаясь имеющимися на кухне блюдами, а потом и приводя себя в порядок перед выходом на свидание. — Никогда раньше о таком не слышал. Но, будучи всю свою первую жизнь в застенках лабораторий, я мог о таком „совмещении“ просто не знать. Ведь доступа ко всей информации мне не предоставляли. Так что отрицать сходу подобное нельзя… Или надо?.. Но тогда и моё существование, как мемохарба никак не укладывается в логику разумного бытия. А оно — существует. Исходя из этого, могла и аура какого-то погибшего кота ко мне приклеиться… Ха! Интересно будет в таком случае обнаружить у себя умение выпускать когти и ловко лазить по деревьям. Ха-ха!»
Итог рассуждений: решил пока не заморачиваться, но внимание удвоить. Если что-то пойдёт не так в собственном поведении, следует принимать суровые меры воздействия на паразита-агрессора. Если получится, конечно…
Да и вся эта лирика бытия отступала на второй план перед главной задачей своего возвращения в прошлое: соединение судеб с девицей Бельских. В идеале, следовало сделать так, чтобы Настя вообще постоянно находилась рядом, под неусыпным наблюдением и надёжной защитой. Повторения трагедии, случившейся в прошлой жизни, допускать было нельзя, это Киллайд ставил в приоритет своего существования.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вот и поспешил парень к любимой девушке, прибыв туда минут за десять до назначенного срока. Оконные занавески светлицы дёрнулись, показывая, что Анастасия ждала и уже заметила своего ухажёра. Но минуты шли за минутами, а она так и не появлялась на крыльце. Зато нарисовалась у разделительного заборчика бойкая на язык соседка:
