Фифи (в трубку). Сибило к редактору! (Жюлю.) Он еще не пришел.
Жюль. Который час?
Фифи. Пять минут одиннадцатого.
Жюль. Ну, он у меня получит!
Телефон.
Это Сибило?
Фифи. Да, господин министр! (Жюлю.) Это министр внутренних дел. Он спрашивает, какие новости.
Жюль. Скажи, что меня нет, но я готовлю ему сюрприз.
Фифи. Редактор вышел. Но он просил передать вам, что он готовит вам приятный сюрприз... Хорошо, господин министр. (Жюлю.) Он позвонит вам через час.
Жюль. Где же Сибило? Позвони ему домой.
Фифи (набирает номер). Никто не отвечает.
Жюль. Я его выкину! Если он прячется — значит, он ничего не придумал. Кем его заменить?
Тавернье. Тьерри-Мольнье?
Жюль. Не годится.
Тавернье. Но ведь это очень эрудированный человек, и он смертельно боится коммунизма!
Жюль. Да, но он не умеет заразить своим страхом других. Недавно два человека, прочитав его статейки, немедленно вступили в коммунистическую партию. (Пауза.) А Некрасов? Что о нем сообщают?
Пeригор. Он как будто в Риме.
Жюль. В Риме? Тогда это пропащее дело. Христианские демократы сами из него все выжмут.
Тавернье. ТАСС дал опровержение: Некрасов отдыхает в Крыму.
Жюль. Почему бы и нет? Пока что о нем лучше не писать.
Телефон.
Фифи. Да. Пусть сейчас же придет! (Жюлю.) Сибило!
Жюль. Наконец-то! Можете идти.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Жюль, Сибило, Жорж, в новом костюме с ручным чемоданом.
Жюль. Ты знаешь, как я тебя жду!..
Сибило. Простите, но...
Жюль. Кто этот человек?
Сибило. Человек...
Жюль. Это я вижу.
Сибило. Я расскажу вам потом...
Жюль. Здравствуйте!
Жорж не отвечает.
Он глухой?
Сибило. Он не понимает по-французски.
Жюль (показывая на стул). Садитесь!
Жорж не двигается.
Он и жестов не понимает?
Жорж берет газету с огромным заголовком: «Некрасов исчез».
Но он умеет читать?
Сибило Нет, он просто рассматривает иллюстрации.
Жюль. Ну!
Сибило. Что?
Жюль. Где твоя идея?
Сибило. Ах, идея... (Пауза.) Я в отчаянии!
Жюль. Ты ничего не придумал?
Жорж жестом показывает Сибило, что он должен говорить.
Сибило. Как же, как же, конечно, придумал!
Жюль. Но вид у тебя далеко не победителя...
Сибило. Я и сам знаю...
Та же игра Жоржа.
То есть... Это от скромности.
Жюль. Идея-то по крайней мере хорошая?
Та же игра Жоржа.
Сибило. Очень хорошая.
Жюль. И ты недоволен? Ты оригинал. Чего же ты молчишь? А, понимаю, ты хочешь прибавки. Слушай, если идея хорошая, я тебе прибавлю. Ну, говори!
Сибило (под влиянием немых понуканий Жоржа выпаливает.) Вот она! (Показывает на Жоржа.)
Жюль. Кто она?
Сибило. Он.
Жюль (ничего не понимая). Он — это она?
Сибило. Он — это идея.
Жюль. Твоя идея — это он? Но кто он?
Сибило. Иностранец.
Жюль. Национальность?
Сибило. Советский.
Жюль (разочарованно). А-а...
Сибило. Советский служащий. Он прорвался сквозь железный занавес.
Жюль. Крупный?
Жорж кивает.
Сибило. Да. (В ужасе.) То есть нет! Средний. Очень средний. В общем — мелкий.
Жюль. Так на кой черт ты его привел?
Сибило. Сам не знаю.
Возмущенный жест Жоржа.
Я думал, что он расскажет нам что-нибудь интересное.
Жюль. Расскажет? Что? Какие у них тракторы? Или пылесосы? Я тебе сказал, что я начинаю колоссальную кампанию. А ты приходишь ко мне с такой ерундой! Читатели больше этого не хотят. Надоело! Демидов уверял, что он крупный хозяйственник, ж то больше четырех его статей мы не смогли дать. Даже Бидо уже не приглашает его к обеду. Ну, убежал! Ну, изволил пожаловать к нам! Дай ему тарелку супа и отправь в ночлежку!
Сибило. Правильно, господин редактор! Вы не можете себе представить, как я доволен.
Жюль. Это вся твоя идея?
Сибило. Да.
Жюль. Дурак! Получай расчет.
Сибило. Спасибо, господин редактор. До свидания, господин редактор. (Собирается уйти.)
Жорж (удерживает Сибило). Разрешите...
Жюль. Вы говорите по-французски?
Жорж. Моя мать была француженкой.
Жюль (Сибило). Ты ко всему еще врешь?
Жорж. Я скрыл от него. Это мера предосторожности.
Жюль. По-французски вы говорите хорошо. Но вы меня не интересуете. Я попрошу вас не затруднять меня больше вашим присутствием.
Жорж. С удовольствием. (Сибило.) Идем в редакцию «Франс-суар».
Жюль. «Франс-суар»? Зачем?
Жорж (идет к двери). Вы ведь мне сказали, что очень заняты.
Жюль (преграждая ему дорогу). Я знаю редактора «Франс-суар». Он ничего для вас не сделает.
Жорж. А я ни от кого и не жду помощи. Но, мне кажется, я могу многое сделать для его газеты и для вашей прелестной страны.
Жюль. Вы?
Жорж. Я.
Жюль. Что же вы можете сделать?
Жорж. Я не хочу отнимать у вас время.
Сибило. Он прав, господин редактор. Не стоит слушать его болтовню.
Жюль. Сибило, помолчи. (Жоржу.) У меня есть несколько свободных минут. И я не люблю отпускать человека, не выслушав его.
Жорж. Значит, вы сами просите меня, чтобы я остался?
Жюль. Да.
Жорж лезет под стол и шарит там.
Что вы делаете?
Жорж. Смотрю, нет ли здесь магнитофона. (Вылезает.) Вы не трус?
Жюль. Как будто нет. А что?
Жорж. Если я открою вам все, вы будете в смертельной опасности.
Жюль. В смертельной? Тогда не говорите! Нет, говорите! Говорите скорей!
Жорж. Поглядите на меня! Нет, внимательно! Ну!
Жюль. Что «ну»?
Жорж. Моя фотография была напечатана на первой странице вашей газеты.
Жюль. Разве я могу помнить все фотографии?
Жорж (вынимает из кармана черную повязку и надевает ее на правый глаз). А так?
Жюль. Некрасов!
Сибило в ужасе смотрит на Жоржа.
Жорж. Тише! Если вас услышат, вас могут убить! У вас в редакции семь вооруженных коммунистов!
Жюль. Кто? Кто?
Жорж. Это потом. Непосредственной опасности нет.
Жюль. Некрасов! (Сибило.) И ты мне этого не сказал!
Сибило. Клянусь, что я этого сам не знал! Клянусь!
Жюль. Некрасов!.. Сибило, ты гений! Я тебя обожаю! (Обнимает Сибило.)
Сибило. О боже мой! (Падает в обморок.)
Жорж (смотрит на него с презрением. Жюлю.) Теперь мы можем поговорить с глазу на глаз.
Жюль. Я надеюсь, что мой вопрос вас не обидит...
Жорж. Меня трудно обидеть. В особенности вам. Вы для меня разложившийся буржуазный труп. Можете спрашивать.
Жюль. Какие у вас доказательства, что вы на самом деле Некрасов?
Жорж. Никаких.
Жюль. Никаких?
Жорж. Абсолютно никаких. Можете меня обыскать.
Жюль. Но я...
Жорж. Немедленно обыщите меня!
Жюль. Хорошо, хорошо! (Обыскивает его.)
Жорж. Что вы нашли?
Жюль. Ничего.
Жорж. Вот вам лучшее доказательство. Как поступил бы самозванец? Он бы вам показал советский паспорт, служебное удостоверение, билет московского метро. Но скажите, Палотен. если бы вы были Некрасовым и тайно переходили границу, неужели вы оставили бы в карманах документы?
Жюль. Думаю, что нет...
Жорж. Что и требовалось доказать!
Жюль. Блистательно! (Помрачнев.) Но ведь так первый встречный может выдать себя...
Жорж. Разве я похож на первого встречного?
Жюль. Из Рима сообщают, что вы в Италии...
Жорж. Ничего удивительного! Завтра сообщат, что я в Греции, в Испании, в Западной Германии. Но приведите сюда этих самозванцев, и вы их сразу раскусите. Настоящий Некрасов прожил тридцать пять лет в красном аду. У него глаза человека с того света. Посмотрите мне в глаза! Настоящий Некрасов своими руками растерзал сто восемнадцать человек. Посмотрите на мои руки! Вам страшно?
Жюль. Мне.. (Отступает и чуть не задевает чемодан.)
Жорж. Осторожно! Не трогайте чемодан!
Жюль. Что там?
Жорж. Прежде всего отойдите!
Жюль отскакивает.
Ага, вам страшно! Вы у меня умрете от страха! Вы узнаете, кто такой Некрасов! Страшно, а?
Жюль. Страшно... Слушайте, а вы меня не обманываете? Ведь тогда моей газете крышка.
Телефон.
Жюль. Алло!.. Здравствуйте, господин министр!.. Да, конечно. Вы знаете, как я увлечен этой кампанией... Да, да. Я прошу вас: погодите несколько часов... Да. Новости, большие новости!.. Не могу рассказать по телефону. Черт! Бросил трубку...
