незнакомкой я ощущал себя несравнимо лучше, чем в одиночестве на песке.
Отражённый свет двух лун имел не такой мощный эффект, как от прямых солнечных лучей, но даже так я сейчас уже мог немного шевелить руками. Это позволило мне поднести пальцы той девушки к своей голове, где я начал их внимательно осматривать. Делать всё равно было нечего.
Мизинец и безымянный палец переходили из ладони в ладонь. Тонкие, аккуратные и не лишённые изящества, чего нельзя было сказать о моих оставшихся пальцах — неровных, со сколами и трещинами. Их поверхность была покрыта слоем непонятного вещества, которое напоминало собой краску. Именно оно имитировало кожу, как у обычного человека, придавая даже некую эластичность и очень бледный телесный цвет.
Я с трудом соскоблил немного этого слоя у основания. Держится он очень крепко.
А внутри был сплошной кристалл голубого цвета. Ни костей, ни жидкостей, а только драгоценный камень в форме пальца. Слой краски покрывал всю поверхность, кроме аккуратных ногтей. Если не всматриваться, то может показаться, что это какой-то маникюр. Однако, это просто не закрашенная область в форме ногтей. Выглядит интересно.
— Аквамарин?.. — с натугой проговорил я вслух, осматривая два отломанных пальца и вспоминая её слова перед уходом.
Хм, она говорила про кристалл аквамарина. Значит ли это, что она сама состоит этого минерала? Странно. Очень странно. Одно дело я — кристаллическая каша из крови, костей и плоти, а другое — хорошо известный науке минерал.
— Хм, а почему? — задумчиво произнёс я, пытаясь сжать её пальцы.
Ничего не получалось. Они оставались ровно в том положении, в котором отделились от аквамариновой девушки. Места сгиба не поддавались легкому нажатию, а прикладывать большие усилия я откровенно опасался — не хотелось ненароком поломать. Выглядят они действительно хрупкими. Уж не знаю, кто такая эта «Рутил», которую упомянула спасительница, но собирать палец из осколков должно быть куда сложней, чем просто вернуть пальцы на руку.
За своими размышлениями я не заметил, как постепенно начал проваливаться в сон…
* * *
Я не знаю сколько проспал.
Сон был на удивление крепкий, но короткий — проснулся где-то под утро. И вовсе не от ласковых тёплых лучей восходящего солнца. Нет, это было бы слишком хорошо. Разбудил меня дождь и накрывающие пенистые волны, которые непринуждённо доставали до меня и накрывали с головой. Небо над головой всё затянуло тёмными грозовыми тучами, а со стороны моря дул ледяной ветер, подгоняя волны ко мне.
Депрессивная атмосфера.
Лучшей погоды и не придумаешь.
Так или иначе, обычный сон и рассеянный солнечный свет сделали своё дело — я теперь мог свободно двигать всей верхней частью тела. Только ноги ощущались очень слабыми и как будто совсем чужими. Но теперь я хотя бы их чувствовал! Пройдёт ещё немного времени, и я смогу вновь встать на ноги. Мелкие трещины на теле уже пропали, а парочка заметных сколов стали разительно меньше. Пальцы на руках, конечно, не отросли за пару часов, но это дело времени. После этой ночи сомнений у меня не оставалось. Нужно только солнце и время!
Волны, бьющие в лицо каждые пять секунд, начали самую малость раздражать.
Не отпуская пальцы из аквамарина, я с помощью рук приподнялся и принял сидячее положение. Тело от подобного заскрипело и даже пару раз прозвучал опасный хруст где-то в районе поясницы, но вроде бы ничего не откололось.
— Да уж… Давненько я не двигался, — произнёс я вслух уже без каких-либо сложностей.
Внимательно осмотревшись по сторонам, я не увидел ничего примечательного. Что с одной стороны, что с другой — везде песчаный пляж без видимого конца. За спиной вдоль песчаного берега вытянулся крутой высокий склон с зелёной шапкой травы на самой верхушке, а спереди бушевало тёмное море. Ни кораблей, ни людей, ни птиц и даже мусора никакого не было видно. Только я, пляж, море и накрапывающий дождик… Ну и два пальца из аквамарина.
Моя необычная спасительница так и не пришла, но это не повод оставаться на этом берегу. Хотелось уйти от воды куда-нибудь подальше. Нужно такое место, где воду будет не видно, не слышно и самое главное — будет сухо.
Это разве много? Я думаю, нет.
Но сидеть и молча ждать, пока погода сама придёт в норму и ко мне вернётся чувствительность в ногах, не хотелось совершенно. Велико было желание уйти подальше от моря, что я и начал реализовывать на практике.
Да, ходить я не могу, но ползти к склону худо-бедно получается. До него метров пятнадцать, может, и больше. И это сейчас было моей целью.
Я действительно был тяжёлым, а потому каждые полметра давались мне непросто. За песок уцепиться не всегда удавалось с первого раза, а если это и получалось, то подтянуть себя уже было сложновато. Но я не сдавался. Времени у меня было полно, а чтобы не скучать я начал фантазировать, представляя себя американским солдатом при высадке в Нормандии.
— Продолжать продвижение! — выкрикнул я не своим голосом, ползя по песку.
Опираясь предплечьями на песок, моя скорость слегка увеличилась. Но сырой песок то и дело продавливался или уводил мою руку в сторону, из-за чего я не раз падал лицом вниз.
— Командир! Я ног не чувствую! — ответил уже своим голосом.
— Буба, у тебя их нет!
— Волнорез! Двигаться к волнорезу!
— До склона ещё десять метров. Если не можешь перевернуться вниз головой и бежать на руках, значит тебе крышка!
— Это отрезок между нами и всевышним!
— От моего брата остались лишь пальцы! Вы видели его⁈ Где он⁈
— Кто останется здесь — покойник!
— Найди себе оружие!..
Таким образом, вспоминая всякие военные фильмы, я кое-как дополз до склона.
Это можно считать первой победой. Здесь море до меня больше не доставало, как не пыталось, а также тут была уже самая настоящая земля, а не песок. Она оказалась сыроватой от дождя, но зацепиться за неё было в разы проще. К тому же мне повезло, что склон был не таким уж и крутым, как мне казалось изначально.
Цепляясь пальцами левой руки и помогая правой, я, хоть и не с первой попытки, но быстро забрался наверх. Даже никакого фильма про скалолазов вспомнить не успел, как уже залез.
А наверху мне открылся прекрасный вид на бескрайние зелёные поля с высокими холмами.
Усевшись чуть подальше от края склона, я свободной рукой начал щупать невысокую траву
