– Я…
Загудел мобильный Скотта. Он что-то коротко ответил и положил трубку.
– Итальянские красавицы подождут. Мне пора бежать. – Встав, он допил кофе. – Клео, ты не могла бы потом отвезти Джека в торговый центр?
Она немного поколебалась:
– Хорошо.
Джек понимал ее сомнения и готов был уже все отменить и отправиться обратно в постель. Возможно, Клео хотела провести этот день с кем-то другим.
– Я и сам дорогу найду, – сказал он, глядя на нее поверх кружки. – Если у тебя дела…
Клео резко перебила:
– Не смеши меня, тебе в таком виде нельзя за руль. Я отвезу тебя, и точка. – Она пожала плечами и слизала крем с пальцев. – Все равно больше заняться нечем.
Но, наблюдая за тем, какими резкими и быстрыми движениями она убирала тарелки со стола, Джек понял, что она согласилась только из-за Скотта. На ее плечах по-прежнему лежал груз обиды.
Джек посмотрел на сад сквозь стеклянные двери, открывавшиеся во внутренний дворик.
– Старая мимоза все еще растет.
Под ее густой листвой по-прежнему было укромное местечко для объятий и поцелуев.
– Под ней ты ближе познакомился с некой Салли Эдвардс, – напомнила Клео.
– Благодаря тебе этот момент вспоминать неприятно.
Оставаясь незаметной для него, Клео наблюдала за происходившим сверху. И когда дошло до самого интересного, кинула в Джека туфлю. К несчастью, Салли ничего забавного в этой ситуации не увидела.
Клео повернулась к Джеку:
– Помнишь, я тогда смогла залезть выше, чем ты.
– Это было нечестное состязание, верхние ветки не выдержали бы моего веса.
– Да ладно! Зато ты был выше. Готова поспорить, тебе сейчас это не под силу. – В ее голосе явственно слышалась насмешка.
Он уловил прежний состязательный дух и встретился с Клео взглядом:
– Это подозрительно похоже на вызов.
Наполняя раковину, она рассмеялась:
– Да нет же. Для человека в твоем состоянии…
Ее глаза сияли триумфальным блеском.
– Ладно. Только у меня есть кое-что лучше.
Кое-что, чего не следует делать человеку, восстанавливающемуся после контузии и ран. Но на кону его честь.
– И что же?
Он подошел к стеклянным дверям, открыл их. Во взгляде Клео читалось волнение.
– Ты идешь?
– Джек, стой! – Она пыталась догнать его уже перед домом. – Что бы ты ни задумал, не делай этого!
Джек позволил себе одно мгновение насладиться беззаботным весельем, когда поставил босую ногу на первую перекладину шпалеры, чтобы подняться к окну своей комнаты. Клео схватила его за руку и впилась ногтями в кожу. Ему было приятно, что она его так крепко держит.
Определенно беззаботный. И даже временно безумный. Так он сказал себе, быстро поцеловал Клео в приоткрытые губы и полез вверх.
– Если разобьюсь, пусть мой прах развеют.
– Заткнись и слезай, иначе я сама тебя убью!
Губы жгло от соприкосновения с соблазнительными и неожиданно горячими губами Клео. Джек стиснул зубы и поморщился, боль пронзила тело.
– Это как кататься на велосипеде, – пробормотал он себе, пробираясь сквозь густые заросли плюща. То, что одна рука почти не работала, значения не имело. Но зато какой душевный подъем!..
Однако голова кружилась, и все же он сумел влезть в окно и даже помахал рукой стоявшей внизу Клео. Губы у нее побелели.
Потом он рухнул на пол и закрыл глаза. Комната качалась. Плечо горело. Пульсация в виске стала невыносимой.
Насладиться болью в одиночестве не удалось. В следующее же мгновение влетела Клео и склонилась над ним. Ее взгляд был безумен.
– Ты идиот!
Джек улыбнулся бы, если б остались силы. Уже давно никто не проявлял по отношению к нему сильных эмоций. Он закрыл глаза:
– Привет, Златовласка. Быстро бегаешь.
– Заткнись, Джек. – Она говорила быстро и нетерпеливо. Как возбудившаяся женщина. Прохладные пальчики задрали футболку на груди и стали ощупывать каждое ребро.
У Джека перехватило дыхание. Слишком легко было представить, как эти пальчики спускаются ниже и ныряют под ремень джинсов, которые вдруг стали слишком тесными. Он не готов признаться в том, насколько ему больно. Но, по крайней мере, живой. Пока.
– Пара пустяков, – сказал он, садясь, чтобы скрыть отягчающие обстоятельства ниже пояса. – Я раньше часто так делал, не переживай.
– И не подумаю тратить на это время. – Клео оттолкнула руку, которую Джек, повинуясь инстинкту, поднес к ее лицу, и встала, упершись кулачками в бедра. – Мы выезжаем в девять сорок пять. Не опаздывай.
– Буду готов.
«Больше никаких твоих гениальных идей, Джек». Правда, вскоре он понял, что всегда, когда дело касалось Клео, эмоции одерживали верх над здравым смыслом.
В освещенном множеством ярких ламп салоне Джинн шумели фены и ножницы, в воздухе витали ароматы шампуней и лосьонов. Привлекательная и темноволосая, как и брат, Джинн наносила финальные штрихи на прическу клиентки.
Джинн издалека увидела Клео с Джеком и улыбнулась им.
Единственный стул на безопасном расстоянии от Джека находился у противоположной стены, но сесть на него было бы невежливо, потому что рядом с ним имелось свободное место. Понимая это, Клео опустилась по правую сторону от Джека.
Их руки и бедра соприкасались. Клео нахмурилась. Почему она чувствует себя такой слабой, такой… распаленной? И что с этим делать?
«Не забывай о том, как он поступил!» – мысленно приказала она себе.
В надежде отвлечься Клео заставила себя отвести взгляд и открыла «Космополитен» на случайной странице. Джек перевернул лист, его рука скользнула по ее коже, плечо охватила дрожь. «Джинн, ну давай же быстрее!» – взмолилась она.
Клео нужна была работа на то время, пока она не сможет обеспечивать себя за счет украшений и изделий из металла. Владельцы нескольких магазинов уже брали ее вещи на реализацию, а скульптуры стояли в паре галерей, но на жизнь не хватало.
Клео перевернула страницу и поднесла журнал ближе к глазам. Женщина на фотографии была одета в серебристый ансамбль – трусики и перья. Бедрами она обхватила шест, одну руку завела за голову так, что волосы струились сквозь пальцы.
«Член правления днем, стриптизерша ночью». Клео не сознавала, что прочитала это вслух, до тех пор, пока Джек не подвинулся и не заглянул к ней в журнал, сказав:
– Неужели ничего лучше придумать не смогли?
Она заметила, что снимок привлек и его внимание. Он почти не моргал, пока рассматривал фотографии. На одной женщина в строгом темно-синем костюме держала в руках портфель, на другой красовалась знойная длинноногая блондинка.
Джек перевернул страницу в своем журнале.
– И ракурс неудачный.
Клео закатила глаза.
– Просто способ заработать дополнительные деньги. – Джек поднял голову и прищурился. Этого оказалось достаточно, чтобы спровоцировать Клео.
