Читаем без скачивания Наблюдатель. Сказка про деньги - Андрей Овсянников

Ему снилось, что он Волк, бегущий по склону заснеженного холма. Он знает, что где-то неподалеку за утренней дымкой его ждет Волчица. Он торопится к ней, но прыжки становятся все тяжелее. Лапы словно вязнут в чем-то. Он опускает голову и видит, что снег под лапами шевелится – миллионы и миллиарды крошечных, но отвратительных созданий, которые вцепились в него и не дают сдвинуться с места. С каждым мгновением их налипает на лапы все больше и больше, и вот он уже с ужасом чувствует, что не может сделать ни шагу, напрягает все силы в отчаянной попытке вырваться и… просыпается.

Было три часа утра. Экран монитора, словно почувствовав пробуждение хозяина, снова засветился, показывая, что нового произошло за время его отсутствия. Наблюдатель увидел, как на огромную территорию, растянувшуюся меж двух океанов, с востока надвигается облако пыли, и поначалу принял его за гигантский природный катаклизм, грозящий гибелью всему виду HS. Но оказалось, что это сотни тысяч вирусов, сидящих верхом на приземистых скакунах, стремительной волной несутся на запад. Поглотив большие и малые колонии ашэсов, по землям которых они пронеслись, волны кочевников отхлынули обратно и, отразившись от гигантской стены на востоке, растаяли.

Глава 8

О ворах и воровстве

Как только деньги вошли в жизнь ашэсов по-настоящему прочно, среди них (как, впрочем, и среди других обитавших на планете видов) появились отдельные представители-паразиты. Эти хитроумные твари придумали оригинальную схему обогащения. Наблюдатель назвал их ростовщиками, потому что, подобно землепашцам, растившим урожай из семян, они «растили» деньги, сначала раздавая их нуждавшимся и позже собирая богатую жатву. Получалось, что деньги, рожденные как эквивалент товара и исключительно для обмена, начали таким хитроумным способом размножаться сами по себе. На самом деле это было обычным воровством.

Понятие выгоды все больше влияло на поведение вирусов в повседневной жизни. Пользуясь нехваткой продовольствия в неурожайные времена, ростовщики, скупив предварительно почти все запасы, взвинчивали цены и объясняли это экономической выгодой. Но голодные толпы вешали их и брали продукты бесплатно, совершенно логично объясняя, что брать бесплатно несомненно экономически выгоднее, чем платить хоть какие-то деньги. Подсчитав убытки и похоронив собратьев по цеху, выжившие ростовщики методично отыгрывали потери.

С момента объединения вирусов в организованные группы распределение добычи, урожая и всего, что они создавали совместно, осуществлялось в зависимости от участия каждого. То, что получал каждый из них, не мог отнять и присвоить кто-то другой. Это обеспечивалось системой правил, которые превратились в законы, а также системой общественного управления. Отдельных вирусов, присваивавших себе чужое, жестоко наказывали: им отрубали конечности, а иногда более значимую часть тела. Наказуемое присвоение называлось воровством.

Воры всегда являлись объектом охоты для вожаков и стражников, да и толпы простых работников, не дожидаясь, пока власть покажет им представление с отрыванием конечностей у пойманного жулья, частенько устраивали живописный и увлекательный самосуд. Поэтому все воровское сообщество предпочитало вести скрытный образ жизни. Постоянно держась в тени, простые воры и их более продвинутая разновидность – ростовщики совершенствовали свои системы защиты от возможной поимки и расплаты. И те и другие создавали целые организованные сообщества с четкой структурой и правилами, обеспечивавшими скрытность и относительную безопасность. Но ростовщики стремились выйти из тени и хоть как-то узаконить деятельность своего профессионального союза, используя для этого бывшие в их распоряжении огромные денежные средства и присущую всем ашэсам, включая вожаков и стражников, жажду наживы. Воры также частенько откупались от служителей закона, но даже попытаться легализовать свою деятельность им мешали то ли принципы, то ли недостаточное количество денег.

Сначала вожди, а потом и богомолы под знаменем распятого Пророка объявили ростовщикам войну. Их жгли на кострах, вешали, топили, четвертовали – в общем, всячески усложняли им жизнь. Но эти паразиты оказались живучими – они никуда не исчезли. Они спрятались в глубокие норы и дождались момента, когда вожди сами начали остро нуждаться в деньгах. Ростовщики предоставили кланам вождей необходимые суммы в обмен на разрешение ссужать деньги другим под высокие проценты. И к четырем утра это занятие стало не то чтобы узаконенным, но вешали за него уже выборочно.

Вожди увлеченно и даже с каким-то задором воевали друг с другом. Войны, которые велись ради денег, также стоили денег и протекали с переменным успехом. Практически из рук в руки переходил один и тот же запас ценного металла. А денег требовалось все больше.

В половине пятого утра Наблюдатель увидел, как несколько сотен ашэсов, погрузившись на скорлупки, весьма условно пригодные к дальним морским прогулкам, пересекли океан и приступили к поиску золота.

Открытый ими континент был уже заселен местными разновидностями HS, отличавшимися большим уважением к высшим силам и маниакальной готовностью пускать кровь своим собратьям по этому поводу. Отметив столь сомнительную добродетель, пришельцы решили образумить дикарей и по ходу дела прикончили их на порядок больше, чем было заведено местными культурными традициями. В результате чего коренное население изрядно сократилось, встало исключительно на позиции принесенной из-за океана новой добродетели и с облегчением рассталось с явным излишком золота.

Вновь обретенные и теперь почти пустынные, вследствие массовой гибели местных вирусов, территории словно магнитом притягивали менял, ростовщиков и просто авантюристов. Возникла и начала разбухать, как на дрожжах, новая колония ашэсов, в которой ростовщики, покинувшие историческую родину, где они были вынуждены откупаться от своенравных вождей, очевидно, решили создать свою форму управления вирусами. Наблюдатель не успел разобраться, в чем состояла суть этих новаций, так как в шесть утра его внимание привлекли события, разыгравшиеся на другом континенте.

Сначала он решил, что местные ашэсы приручили каких-то диковинных животных, которые, фыркая и пуская пар, возили вирусов, а иногда калечили их. Но чуть позже Наблюдатель понял, что это машины, созданные вирусами. Местные вирусы уже давно использовали энергию воды и ветра, но теперь, буквально за несколько минут, создали механизмы, использующие силу пара. Повсеместно увеличивалось промышленное производство и росли поселения. Исключительная последовательность и пытливость ума ашэсов привели к поразительным результатам. Создав огромное количество забавных механизмов, они из чистого любопытства укоротили с помощью одного из нехитрых приспособлений тела вирусов-вождей и перешли к выборной системе управления обществом. В третий раз за последние шесть месяцев и во второй – с минувшего утра. Но теперь уже окончательно и бесповоротно. Поглазев на красочные представления палачей, изготовлявших из подручного материала «гуттаперчевых мальчиков», и поучаствовав в дележе имущества других персонажей этой развлекательной программы, основная масса вирусов быстро утомилась и, потеряв всякий интерес к политической жизни, разбрелась по своим делам.

Самым странным было то, что среди огромных масс ашэсов всегда находились небольшие количества беспокойных особей, пытавшихся внести что-нибудь новое в их привычный мир, иногда даже ценой собственной жизни. Они постоянно что-то считали, чертили, мастерили и испытывали. Отведенные им короткие двадцать – тридцать минут жизни не позволяли увидеть повсеместного использования этих изобретений, но создаваемые механизмы становились все совершеннее и…

В семь утра вирусы умудрились создать неуклюжую летающую машину, которая больше предпочитала калечить и убивать испытателей, нежели выполнять свою основную функцию. Летающие гробы с готовностью перемещались в любых направлениях, кроме заданного. Но присущая виду отвага и целеустремленность позволили добиться весьма сносных результатов уже через несколько минут.

Упорные попытки ашэсов научиться летать настолько увлекли Наблюдателя, что он почти упустил из виду не менее занятную возню в стане ростовщиков…

Глава 9

Сговор

Поскольку таскать мешки с металлическими кубиками было достаточно тяжело и небезопасно, вирусы с большой охотой сдавали их в специальные хранилища, создаваемые… ростовщиками. Как оказалось, прогрессивно мыслящие работники финансового сектора заботились не только о своем благополучии. Обременительную тяжесть десятка-другого кубиков в чужих карманах ростовщики воспринимали как личное оскорбление, от которого теряли аппетит и всяческий смысл жизни. Менялам и прочим обладателям кубических богатств предлагалось сдать такое любимое и такое же обременительное имущество в хранилище. Взамен вкладчику выдавалось соответствующая расписка, по предъявлении которой в другой колонии он мог получить в аналогичном хранилище аналогичное количество кубиков. Деньги приобрели способность перемещаться на значительные расстояния, практически оставаясь на месте. И все это запредельное удовольствие предоставлялось за символический процент. Благодарные вирусы толпами ринулись в хранилища, где радостно расстались с кубиками, после чего стали рассчитываться друг с другом полученными расписками даже в самых что ни на есть обычных бытовых ситуациях.