— Вот именно, на самолете, — с нажимом сказал Роланд. — А кенгуру?
— Понятия не имею, — ответил Мартин. — Наверное, тоже на самолете.
— Интересная картина получается, — язвительно заметил Роланд. — Что же, по-твоему, кенгуру поднялся по трапу, уселся кресло, пристегнул ремни и всю дорогу читал «Правила безопасности в полете»? Ты так себе это представляешь?
— Я себе это вообще никак не представлял! — честно признался Мартин. — А ведь действительно, хороший вопрос — как он из Австралии кенгуру притащил?
— Знаешь что, — решительно сказал Роланд, — мы сейчас просто пойдем все вместе к твоему дядюшке-дедушке и спросим его, как он провез своего кенгуру. По-моему, это будет самым разумным.
— Да, правильно, очень разумно, — поддержали хором Тина, Саманта и Мартин.
— Нет, неправильно, — вдруг сказал Субастик. — Если вы все согласны, то это не разумно, а четыреумно или даже пятиумно — вместе со мной. Потому что я тоже поддерживаю эту умную мысль.
Мартин рассмеялся и, чтобы поддразнить Субастика, добавил:
Допросим дядюшку с умом,А кенгуру его — потом.Чтоб не мешался под ногами,Его завалим кабачками.
Субастик нахмурился.
— Кого завалим-то — кенгуру или дядюшку? — сердито проговорил он. — Ты сначала разберись, а потом стихи сочиняй! И вообще, придумал! Чего это ты нашими кабачками разбрасываешься? Нашел на кого добро переводить!
— Ну хватит спорить! — вмешался Роланд. — И прекрати ты облизывать наши ложки, все равно ничего не осталось! Дай сюда!
— Так если ничего не осталось, зачем тебе ложки? Попросил бы раньше, я бы поделился! — с честным видом сказал Субастик и рассмеялся.
Глава восьмая
Тайна кенгуру
Когда друзья пришли к Пепперминтам, на пороге их встретила мама Мартина.
— Давно вы у нас не были! — сказала она. — Проходите!
— Да, какая-то она у тебя невеселая, — прошептала Тина, посмотрев на Мартина.
— Я же говорил, — прошептал Мартин в ответ. — Это всё из-за дядюшки!
Мартин поцеловал маму и бодрым голосом сообщил:
— Они хотят познакомиться с дядей Элвином. Он дома?
— К сожалению, да. Сидит в гостиной, — с тяжелым вздохом сказала госпожа Пепперминт.
— А кенгуру? — поинтересовалась Саманта.
— Понятия не имею, — ответила госпожа Пепперминт. — В саду, наверное, пробавляется.
Друзья прошли в гостиную. Дядюшка Элвин возлежал на диване и читал газету.
— Здравствуй, дядя! — поприветствовал его Мартин. — У нас гости. Это — моя подруга Тина, это…
Договорить ему дядюшка Элвин не дал.
— Мартин! Ну кто тебя так воспитал! — строго сказал он. — Это невежливо — вваливаться в комнату и с порога начинать трещать как сорока. Ты что, не видишь — человек газету читает? Почему бы тебе не пойти к себе в комнату и не поиграть там в какие-нибудь игрушки?
— В игрушки?! Мы что, дети малые? — не выдержал Роланд.
— Ты предлагаешь мне пойти к себе в комнату?! — возмутился Мартин. — А где она, эта моя комната? С тех пор как ты к нам подселился, у меня нет своей комнаты, и тебе это прекрасно известно!
— Что значит «подселился»? — спросил дядюшка Элвин, поднимаясь с дивана. — Это что за выражения? Разве так со старшими разговаривают? Нет, надо при случае поговорить с твоим отцом. Совсем он тебя распустил.
— Элвин к Мартину вселился, на кровати развалился, все лежит и в ус не дует, Мартин же теперь бунтует, — пропел Субастик.
Тина, Саманта и Роланд захихикали.
— А этого наглеца я бы уже давно выкинул отсюда, будь моя воля! — заявил дядюшка Элвин и сурово посмотрел на Субастика.
— Но он правду говорит! — сказал Мартин. — Ты занял мою кровать, а я должен спать на диванчике у мамы в кабинете.
— На диванчике у мамы Мартин уж неделю спит и все думает ночами, когда же дядя улетит, — поддержал Субастик выступление Мартина.
— Так, ну это уже ни в какие ворота! — С этими словами дядюшка решительно направился к Субастику. Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы в гостиную в этот момент не вошла госпожа Пепперминт.
— Опять чем-то недоволен? — устало спросила она, обращаясь к дядюшке Элвину.
Тот собрался было ответить, но Мартин не дал ему сказать.
— Он требует, чтобы мы шли ко мне в комнату! Как будто у меня есть своя комната! — выпалил Мартин.
— Знаешь, Элвин, — сдержанно сказала госпожа Пепперминт, — Мартин прав. У ребенка должна быть своя отдельная комната. Так дальше продолжаться не может.
— Если ему еще и днем нужна отдельная комната, он может спокойно целиком занять твой кабинет. Ты ведь все равно сейчас ничего не делаешь. Хотя это меня не касается — работаешь ты или баклуши бьешь, главное — чтобы дети мне не мешали. От них только шум и неприятности!
Тина, Саманта и Роланд опешили от такого заявления.
— Интересно, в Австралии все так любят детей? — не без ехидства спросила Саманта.
Дядюшка Элвин счел ниже своего достоинства отвечать на этот вопрос. Поджав губы, он снова уселся на диван, взял газету и углубился в чтение.
— Принеси-ка мне кофе, Мара, — сказал он, не отрываясь от газеты. — Только без молока. Но с сахаром. Трех кусков хватит.
— Если ты хочешь кофе, то поди в кухню и сделай себе сам, — невозмутимо ответила госпожа Пепперминт. — Где кофейная машина стоит, тебе известно.
Мартин одобрительно кивнул и с уважением посмотрел на маму.
— Пойдемте-ка в сад, — предложил он друзьям, — поиграем.
В саду их встретил кенгуру. Саманта и Тина захотели его погладить, но тот сразу шмыгнул в кусты.
— Погодите! — сказал Мартин. — Сейчас принесу что-нибудь съестное, и мы приманим его.
Он побежал в дом и скоро вернулся с пакетом тыквенных семечек.
— Он до семечек сам не свой! — объяснил Мартин и насыпал всем в ладошку по горсточке.
Почуяв угощение, кенгуру осторожно выбрался из укрытия. Первым подошел к нему Мартин и показал, как надо его кормить. Скормив всю пригоршню, Мартин уступил место Тине. Потом настал черед Саманты, потом Роланда, а когда очередь наконец дошла до Субастика, то оказалось, что семечек-то у него и нет.
— Странное дело, — задумчиво проговорил Субастик. — Вот только что были, а теперь куда-то пропали.
— А может, ты по рассеянности сам их слопал? — с улыбкой спросил Мартин.
— Может быть, не исключено и даже вероятно, — согласился Субастик.
— Ладно, кенгуру, по-моему, уже и так объелся, — сказал Мартин.
— Ой, а что это у него на ухе такое?! — воскликнул Роланд. — Какая-то круглая штуковина. На чип похожа.
— Смотрите, тут что-то написано! — удивился Мартин. — Только сейчас заметил! «Кен-гу-ри-ная… фер-ма…», — прочитал он часть надписи, которая шла по кругу на бляшке.
Что было написано дальше, так и осталось неизвестным. Чья-то тяжелая рука легла Мартину на плечо. Дядюшка Элвин! Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— Оставь животное в покое! — прошипел он, сверля Мартина своими глазками-буравчиками. — Он у меня нервный. А вы его пугаете!
— Да мы ничего… Мы только покормили его, и всё, — попытался оправдаться Мартин.
— Хоп-хоп-хоп! — зычным голосом прокричал дядюшка Элвин и громко хлопнул в ладоши.
Кенгуру вздрогнул и поспешил скрыться в кустах.
— Это вы его пугаете, а не мы! — возмутилась Саманта. Она прямо кипела от негодования.
— Еще не хватало, чтобы всякие шмакодявки на меня тут голос повышали! — рявкнул дядюшка Элвин. — Чтоб я вас больше здесь не видел!
— Пойдем, — сказал Мартин, обращаясь к друзьям. — Не хочу, чтобы мама опять расстраивалась.
Вся компания двинулась к выходу. Мартин был так зол, что напоследок даже хлопнул дверью.
Друзья отправились в парк. Там они уселись впятером на скамейку возле пруда и принялись обсуждать дядюшку Элвина и его кенгуру.
— Похоже, он этого кенгуру купил на кенгуриной ферме, — сказал Мартин.
— Или на время взял, — предположила Тина.
— Или попросту украл! — уверенным голосом заявил Субастик. — Украл наш дядя кенгуру, и спрятал зверя он в саду!
— Повтори, пожалуйста, что там было написано на этом чипе, — попросила Саманта.
— Там же надпись шла по кругу, — ответил Мартин. — Сверху было написано «Кенгуриная ферма», а внизу-то буквы были вверх ногами, так что я толком и не разобрал. Может, название города какого австралийского или что-то в этом духе.
— Нет, что там точно было написано? — не отступала Саманта.
— Я же тебе сказал: «Кенгуриная ферма», а что там дальше было написано, я прочитать не успел, — ответил Мартин.
