думал.
Столкнувшись с пленительным присутствием Джордан, стало ясно, что она все еще та самая сирена, которую я помнил. Все в ней манило меня, как в ловушку, убаюкивая ложным чувством безопасности. Когда-то мне казалось, что она отвечает мне взаимностью. Так было до тех пор, пока она не отвергла меня под пристальными взглядами незнакомцев. Я хотел бросить ей вызов прямо там и тогда, но унижение и предательство ранили слишком глубоко, чтобы оставаться рядом.
С годами обида росла, и я пытался оправдать свои эмоции. Я убедил себя, что мое увлечение Джордан проистекает из мимолетней подростковой влюбленности. Молодые люди склонны всё романтизировать. Я был очарован изысканностью Джордан, потому что мне еще не приходилось встречать утонченных женщин.
Но все изменилось.
В прошлом году я был признан новичком года в НХЛ и вывел свою команду в плей-офф. Многообещающая карьера обеспечила мне солидный банковский счет, выгодные инвестиции и много внимания со стороны искушенных женщин. Они стекались ко мне без особых усилий с моей стороны. Хотя многие из них были состоявшимися и зрелыми, я не находил в их компании ничего привлекательного и не заводил серьезных отношений.
Поэтому я решил, что на этот раз все будет по-другому. Я был уверен, что она не произведет на меня такого же эффекта, и я буду тем, кто запудрит ей мозги. Она будет впечатлена моими достижениями и захочет меня, и ее желание станет моей компенсацией за годы удручающего одиночества.
Невзирая на мои намерения, я открыто пялился на Джордан, а когда не смог оторвать взгляд, понял, что ничего не изменилось. Магнетическое притяжение, которое она оказывала на меня, было сильнее, чем свобода выбора.
В основном она осталась прежней, с одним явным, заметным отличием. Ее природная энергичность была приглушена. Прежде чем я успел задуматься об этом, мое внимание привлекло ее эротичное тело, облаченное в синее шифоновое платье длиной до колен. Вся ее кожа, от декольте и до кончиков пальцев, была гладкой, словно полированная керамика. Ее золотистые волосы сливались с глазами цвета океана. Это захватывающее сочетание напоминало встречу солнца с морем на горизонте. Она излучала тепло, как солнечный свет, согревая мою кожу.
Черт, она была прелестной.
Непрошеные мысли о мачехе должны были пристыдить меня и привести в чувство. Но стыд оказался бесполезным, когда я столкнулся с такого рода искушением. Джордан была ходячей влажной мечтой, которую невозможно было представить даже в самых смелых фантазиях. Ни один мужчина не мог устоять перед ней.
— Джордан, — поприветствовал я отрывистым кивком, моргнув, чтобы избавиться от временного помутнения.
— Прошу, входи. На улице холодно. — Она пригласила меня внутрь, не сходя с порога.
Мой взгляд многозначительно остановился на ее теле, загораживающем дверь.
— Э-э… верно.
Я с легким весельем наблюдал за тем, как Джордан пытается уйти с дороги, осознав свою ошибку. От нее исходила нервная энергия. С самого начала Джордан всегда смущалась меня. Я прилагал все усилия, чтобы успокоить ее, хотя меня раздражало, когда фанаты и хоккейные болельщицы вели себя аналогично.
Она последовала за мной в фойе, ее шаги были легкими и грациозными. В центре комнаты стоял большой деревянный стол, украшенный множеством моих фотографий, сделанных на особых событиях, таких как выпускной в колледже, рождественские праздники и тому подобное. Несколько моих спортивных трофеев гордо возвышались на столе, хотя их расположение казалось подозрительным — как будто все было убрано специально, чтобы освободить для них место. Отец стер все следы моего существования из мест общего пользования, как только я съехал. Я сильно сомневался, что он приложил усилия, чтобы достать мои памятные вещи с чердака. Я скептически посмотрел на Джордан, но она никак не прокомментировала это зрелище.
— Твоего отца еще нет, — сообщила она с принужденной улыбкой. — У него поздняя встреча.
Перевод: Генри был занят своим вечерним ритуалом по четвергам, а именно, его помощницей. Мой стальной взгляд прожег в ней дыру, оценивая, была ли она в неведении о похождениях моего отца или умышленно не замечала этого.
— Конечно, — мрачно пробормотал я.
В ее недоверчивых небесно-голубых глазах горел вопрос, и боль в них была подобна удару под дых. Она подозревала его в изменах, и мой тон только усилил эти сомнения.
Быстро придя в себя, Джордан снова надела свою маску безупречности.
— В любом случае, — оживленно сказала она, хлопнув в ладоши. — Я хочу услышать о твоей игре. Я видела, что вы, ребята, выиграли. Поздравляю! И я также хочу услышать о Канаде.
Она провела меня в столовую, ее шаги были полны ритмичной грации, которая завораживала меня.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросила она.
Я утвердительно кивнул головой.
Джордан взяла со стойки бутылку вина и откупорила ее. Не говоря ни слова, она налила мне бокал и протянула его.
— Я не пью в одиночку, — сухо констатировал я.
Она неуверенно посмотрела на бутылку.
— Но Генри еще нет дома.
Я вопросительно выгнул бровь.
— Ты не можешь пить, пока моего отца нет дома, чтобы проконтролировать тебя?
Джордан моргнула.
— Что? Нет… к-конечно, нет.
Я скрыл легкую улыбку, когда она начала запинаться. Я выбивал ее из колеи, даже спустя три года.
— Я… я просто подумала, что нужно подождать… — начала Джордан, а потом покачала головой, словно отгоняя глупые мысли. — Неважно.
Она налила себе бокал и чокнулась с моим, прежде чем сделать глоток. Я не был большим любителем вина, поэтому удивился, когда напиток произвел приятный эффект. Вино обволакивало язык, словно специально созданное для моих вкусовых рецепторов.
Я отставил бокал, отвлекаясь на то, как она играет с распущенными прядями. Меня охватило непреодолимое желание протянуть руку и убрать волосы с ее лица, но я не осмелился действовать. Порыв заставил меня сделать глубокий вдох, и в процессе я уловил опьяняющий аромат ее ванильных духов. Нотка свежих яблок в них еще больше затуманила мне разум. Мой взгляд остановился на ее нежной шее, которая всегда было предметом моего восхищения. Стройная линия приковала мое внимание.
В горле образовался комок, стесняющий дыхание. По венам разлился жар, заменяя спокойствие, которым я гордился, когда покидал ледовую арену. Мое тщательно контролируемое самообладание дрогнуло под натиском необузданного желания, и в штанах запульсировал член.
Блядь.
Беспорядочные эмоции, которые, как я считал, мне удалось приручить, всплыли на поверхность с неослабевающей силой, подстегиваемые одним лишь ее присутствием. Непристойные образы того, что я хотел с ней сделать, наводнили мое сознание, несмотря на всю мою борьбу с влечением.
Джордан вела светскую беседу, а я рассеянно отвечал на ее вопросы. Тем временем мой разум
