Естественно, Данилецкая Эсфиль. Кто бы сомневался, конечно, Эсфиль, не Маша же, с иронией подумала Люба, хотя причин веселиться становилось все меньше. По объяснениям незнакомки, ребята вернулись в машину за забытыми пакетами с мясом и пивом, так что скоро будут здесь.
Поддавшись неожиданному порыву, Люба встала и пока все приветствовали девушку, шепнула Нютке на ухо, что хочет прогуляться и пусть ее не ищут, она вернется сама, не дожидаясь ответа, развернулась и почти бегом отправилась в заросли окружающих речку кустов. Там дальше располагался пирс, который ей показали по приезду, когда осматривали окрестности и Люба решила, что лучше спрячется и побудет немного в одиночестве, а перед отъездом, до которого по плану еще почти три часа, просто вернется к остальной компании. Прослывет чудачкой, конечно, но зато избавит себя от общения с этим уродом.
Время уже перевалило далеко за полдень. Несмотря на голые ветки, плотные кусты и полоса сухого камыша прекрасно загораживали обзор, пряча пирс в тени. Люба прошла по пирсу вдоль берега и в самом конце свернула на один из последних настилов, вклинивающихся далеко в воду. К краю настила была привязана небольшая лодка с приподнятым над водой мотором. Там Люба уселась прямо на теплые от солнца старые вытертые доски и стала смотреть в глубину. Сейчас, когда лучи просвечивали воду, можно было разглядеть множество мальков, весело мельтешащихся у поверхности. Если расчет верный, её саму и навес с гостями разделяют как минимум два слоя кустов и длинный пирс с несколькими рядами лодок и лодочных сараев, и что-нибудь разглядеть можно только если подойти к краю пирса вплотную и внимательно присмотреться. А кто станет туда ходить, если мясо и пиво на столе?
Люба долго сидела, смотря на игру малька и периодически пыталась дозвониться до Сашки. Сеть стабильно не ловилась, но не зря говорят, что терпение и труд всегда вознаграждаются! Неожиданно для неё при очередной попытке установить связь, телефон показал полную шкалу.
— Ах ты, моя умница! — похвалила его Люба, ласково проводя по пластику пальцем. — Спасибо тебе огромное!
Потом позвонила Сашке и убедилась, что с ним до сих пор ничего ужасного не произошло.
Ну вот, теперь можно и расслабиться, Люба сунула телефон в карман, уткнулась подбородком в согнутые колени, закрыла глаза и задумалась о вечном.
Когда мотор лодки взревел, Люба практически подпрыгнула на месте. Сердце грохотало так сильно, что на время заглушило все остальные окружающие звуки. Она смотрела на лодку и ничего не понимала. Обычная лодка, небольшая, с потертой краской на боках, вероятно, с утра кто-то на ней катался, но с тех пор прошло немало времени — бока сухие. Лодка подпрыгивала, вода вокруг расходилась нервными кругами и всему этому не было ни малейшего объяснения.
Через несколько секунд мотор заглох. Люба смотрела и пыталась сообразить, как это случилось? Она плохо разбиралась в технике, но очень сомневалась, что мотор может ни с того ни с сего заработать. Хотя, может, какое-то замыкание? Дистанционное управление? Или вообще нечто вроде таймера, который стартует в определенное время? Зачем только, непонятно, но по крайней мере, объяснение подходящее.
Стоило немного успокоиться, как мотор взревел снова. В этот раз Люба вскочила на ноги и отступила на пару шагов назад. Никаких объяснений происходящему больше быть не могло. Чья-то шутка? Но кто станет поджидать жертву своих розыгрышей здесь, у пустынного пирса?
Мотор поработал и заглох, но это больше не успокаивало. Она развернулась, намереваясь отыскать другое место, где нет свихнувшейся техники и сразу увидела Бостона. Еще бы не увидеть, ведь он стоял на пути и перекрывал проход к берегу.
— Надо же. Снова ты. И здесь тоже, — заявил Казанцев, сунув руки в карманы и неторопливо наступая.
Люба огляделась. По узкому настилу мимо него точно не проскользнешь, так что избежать столкновения возможно единственным способом — нырнуть в воду. Хотя ей очень не хотелось мочить одежду, но с каждым его шагом перспектива окунуться в речку казалась все более привлекательной. Тем более сегодня на ней джинсы, а не длинная юбка, в которой только тонуть.
— Не дури, — сказал Бостон, проследив за ее судорожным взглядом. — Давай лучше лезь в лодку, покатаемся.
Вот тут уж Люба решилась поплавать без шуток…
Казанцев подскочил и крепко схватил ее за локоть.
— Давай, лезь в лодку!
Пока Люба судорожно просчитывала шансы избежать катания без урона своей гордости, Казанцев подтолкнул ее к краю настила, где покачивалась лодка.
— Садись, я сказал. Я тебя не отпущу. Да и разве есть что-нибудь более романтичное, чем прогулка по реке?
Да, вырваться из его захвата вряд ли возможно. Люба изучала напряженное плечо, сегодня обтянутое футболкой цвета хаки. Камуфляжные брюки, которые обычно глупо смотрятся на людях далеких от армии. А ему шло. С некоторым раздражением Люба решила, что вообще ни разу не видела на нем одежды, которая бы ему не шла.
— Садись в лодку, — голос стал жестче. — И не надо так бледнеть. Ты хоть раз слышала, чтобы в крошечной, болтающейся на воде лодке произошло убийство или изнасилование? Там, знаешь ли, совсем неудобно, потому мы просто покатаемся подальше от берега и вернемся на твердую землю в целости и сохранности. Могу даже пообещать.
— Нужны мне твои обещания! — буркнула Люба, выдергивая из его пальцев локоть. Можно, конечно, все-таки прыгнуть в воду, но не хотелось выглядеть трусливой дурой. Ладно, Бостон, но потом ей придется показаться всей остальной компании и если даже получится соврать, что она просто поскользнулась и упала, то Казанцев, скорее всего не откажется от удовольствия растрепать правду. Вот уж фиг!
Люба развернулась и решительно полезла в лодку. В чем-то он прав, ну повыпендривается немного, погнет пальцы, переживем, ведь вряд ли посреди реки возможно вытворить что-нибудь более ужасное, чем просто поездить по ушам.
Через несколько секунд, когда она уселась на носу лодки, мотор снова взревел, почти привычно, но Люба все-таки вздрогнула. Бостон положил на кожух двигателя руку, не было заметно, чтобы он что-то поворачивал или нажимал, однако лодка послушно развернулась и понеслась вдоль реки. Когда пирс скрылся с глаз, звук двигателя стал глуше и движение лодки немного замедлилось.
Люба сидела напротив, скрестив на груди руки и ждала, когда же польется шквал оскорблений и угроз. Чего она не ожидала, так это вопроса.
— Ты разговариваешь с телефоном? — очень серьезно спросил Бостон и мотор фыркнул, будто тоже хотел знать.
Да, Люба разговаривала с телефоном. И с плеером. И с холодильником. И с кодовым замком двери подъезда. Некоторые могли бы сказать, что она делает это из-за нехватки общения с ровесниками и родственниками, но на самом деле ей просто нравилось думать, будто каждого из нас окружают не просто рукотворные предметы, а живущие в них, совершенно отличные от человека, но не менее разумные существа. Существа другого измерения. Просто разум их легкий и трогательный, вьющийся вокруг рационального человечества насмешливой бесплотной дымкой. Вроде малозаметных гномов в траве, без которых даже самый шикарный сад теряет все свое очарование. Да и разговаривала, конечно, громко сказано — просто иногда она просила помощи и благодарила, если те откликались.
