удача, которая постоянно ходит в обнимку с Пахаро, не отвернулась еще от него?
А дело было так. Когда три дня назад Пахаро вернулся на повстанческую базу, что в Кордильера-Исабелья, на следующий день ему сообщили, что его хочет видеть генерал Чаваррия. Генерал Чаваррия был важной персоной, одним из командиров всего Сандинистского фронта, и было понятно, что просто так он Пахаро звать к себе не станет. Стало быть, предстоял серьезный разговор.
– Здравствуй, мальчик! – встретил Пахаро генерал Чаваррия. – Проходи, располагайся. Вот ты, значит, какой! Герой!
– Ну уж герой! – запротестовал Пахаро. – Какой из меня герой? Просто я делал свое дело. Притом не я один. Без своих ребят что бы я значил? Без них я – пустое место.
Протестовал он искренне, потому что и впрямь не считал себя героем. Генерал Чаваррия почувствовал эту искренность и усмехнулся.
– Я только что получил сведения от нашей разведки, – сказал он. – Шуму-то сейчас в Леоне! Все просто сбились с ног! Ищут убийц генерала Уго Монтеса. Полиция, Национальная гвардия, «эскадроны смерти» – все роют землю! Даже подключились специалисты из ЦРУ! Ты ведь там, в ресторане, положил не только наших никарагуанских врагов, но и нескольких американцев! А они не любят, когда их убивают… Сомоса взял расследование под свой контроль. За твою голову назначена награда – двести пятьдесят тысяч долларов!
– За мою голову? – Пахаро с недоумением посмотрел на генерала. – Откуда им про меня известно?
– А вот представь – известно! – нахмурился генерал Чаваррия. – Говорят, что даже составлен твой портрет. И твой, и трех твоих товарищей. Составлен, распечатан и развешан по всему городу. Такие дела…
– Но откуда же они о нас узнали? – удивленно спросил Пахаро.
– Вот узнали. – Генерал Чаваррия развел руками. – Да и как не узнать, когда вы и не думали скрываться? Кто-то обратил на вас внимание, кто-то что-то сопоставил, о чем-то догадался… Вот и результат. Ищут! Да и не вас одних. Тех, кто митинговал в Вальпараисо, – тоже. Маринеро и остальных… Все сведения о вас связали воедино. Да и как было не связать, когда вы и в поместье, и в ресторане оставили свои визитные карточки? Ведь оставили, не так ли?
– Как водится, – легко согласился Пахаро.
– А это доказательство, – еще больше нахмурился генерал. – Неужто нельзя было обойтись без всяких этаких эффектов?
– Нельзя, – ответил Пахаро.
– Это почему же? – прищурился генерал.
– Так ведь мы не разбойники, чтобы скрывать свои следы. От кого нам скрываться? Зачем? Мы боремся за свободу нашей страны. И все должны знать, что продажного генерала Уго Монтеса ликвидировали именно мы, и поместье Вальпараисо захватили тоже мы. Пускай нас боятся. Чем больше нас будут бояться, тем быстрее мы победим. Разве не так?
– Ладно, – после молчания произнес генерал Чаваррия. – Как оно случилось, так и случилось… Главное – результат. Но пока в город ни ногой! Ни в Леон, ни в Манагуа, ни в какой другой. Считай, что это мой приказ. Пускай все там поуспокоится, а дальше будет видно. Понятно?
– Понятно… – ответил Пахаро с такой неохотой, что генерал посмотрел на него долгим и подозрительным взглядом.
– Если понятно, то ступай, – сказал он.
– У меня еще один вопрос, – сказал Пахаро. – Что с имением Вальпараисо? Что сейчас там творится?
– Творится то, что и должно, – ответил генерал. – Люди взяли, что им нужно, вернее, что могли с собой унести и увести, и разбежались. Пустует сейчас имение. Конечно, у Монтеса имеются наследники, но сейчас они в имение не сунутся. Побоятся. И солдат туда пока никто не прислал, и наемников тоже. Сейчас до какого-то имения никому нет дела. Сейчас все ищут тебя.
– Ну, пускай поищут, – усмехнулся Пахаро и распрощался с генералом.
…На следующий день Пахаро вновь пришел к Чаваррия – уже по собственной инициативе.
– Я тебя слушаю, герой, – улыбнулся генерал. – Тебя привело ко мне какое-то дело?
– Да, – ответил Пахаро. – Мне нужно побывать в городе. Конечно, не одному, а с моими ребятами.
– В каком городе? – не понял генерал Чаваррия.
– В Леоне.
– И зачем на этот раз?
– У меня возникла идея. Верней, не у меня одного, а у меня и моих ребят. Хорошая идея… Революционная.
– Вот прямо-таки революционная? – генерал не мог сдержать улыбки, но тут же нахмурился. – Разве я вчера тебе не говорил, что пока тебе в город соваться нельзя? Ведь ищут тебя там!
– Пускай ищут, – беспечно ответил Пахаро. – Они всегда кого-нибудь ищут… А у меня идея.
– Ступай вместе со своими идеями! – резко ответил генерал. – Идея, видишь ли, у него!
– Да вы меня выслушайте, а уж потом гоните! – насупился Пахаро. – Разве я стараюсь для себя? Я стараюсь для Никарагуа!
– Ну что с тобой поделаешь? – Чаваррия развел руками. – Выкладывай свою идею. А там поглядим.
– Генерал Уго Монтес был богатым человеком, – сказал Пахаро. – Очень богатым… Это известный факт. Все об этом говорят. Верней, говорили…
– И что же с того? – пожал плечами Чаваррия.
– Ему платили и Сомоса, и американцы. Да и сам он обогащался. Отбирал у людей золото, драгоценности… У Монтеса было много денег…
– Так и что с того? – все еще не мог понять Чаваррия, к чему клонит Пахаро.
– А то, что он умер, а его богатство осталось. Вот бы нам завладеть его богатствами! И пустить их на дело революции! Или скажете, что деньги нам не нужны? Для закупки оружия или чтобы купить лекарства…
Генерал Чаваррия ошалело уставился на Пахаро. Он, конечно, ожидал от него чего угодно – вплоть до предложения завтра утром штурмом взять столицу Никарагуа, но именно такого предложения, которое выдал этот сумасбродный мальчишка, он все же не ожидал.
– Оно конечно… – пробормотал он. – Деньги… Монтес был богатым человеком. Это известный факт. Да только что с того? Лежат сейчас его денежки в каком-нибудь американском банке… Или ты предлагаешь ограбить американский банк?
– Думаю, ничего там не лежит, – сказал Пахаро. – Генерал Монтес был человеком осторожным и недоверчивым. Разве мог он кому-нибудь доверить свои деньги? Тем более американцам? Ведь американцы они такие: сегодня дали, завтра отняли. Думаю, припрятал он свои денежки в каком-нибудь укромном месте. И уж тем более золото и бриллианты. Их-то не положишь ни в какой банк. В тайнике им самое место.
– Допустим, – осторожно произнес генерал Чаваррия. Он по-прежнему не понимал, куда клонит его собеседник. – Ну, допустим, в тайнике… Так и что же с того?
– Я мог бы попытаться отыскать этот тайник, – сказал Пахаро. – И забрать оттуда все деньги и все золото. На нужды нашей борьбы.
После таких слов генерал Чаваррия не
