следы ваших зверей, – пообещал дядя Стёпа, взволнованным хозяевам. – Совместим разведку с поиском питомцев.
Первая масштабная вылазка в джунгли потребовала от нас тщательнейшей подготовки. В кладовках нашлись защитные перчатки, плотные куртки и штаны – мама настоятельно советовала максимально закрыть тело от возможного контакта с растениями.
Матушка, вооружённая своим старым, но всё ещё исправным полароидом, говорила нам:
– Помните, не прикасайтесь к растениям, если не уверены, что они безопасны. Перчатки не снимаем. Если заметите необычную реакцию древесины при рубке – немедленно прекращайте работу.
Я поправила рюкзак на плечах и оглядела наш отряд. Кроме нас с мамой, в джунгли отправились Алексей, дядя Стёпа, облачившийся в потёртый камуфляж и высокие берцы. За спиной у него висела «Сайга» с тёмным прикладом, а на поясе болталась потрёпанная кобура с травматическим пистолетом. И ещё пятеро мужчин. Среди них супруг тёти Ларисы, дядя Слава. Вишневский отговаривал его не рисковать – способностей у Михайлова никаких не проявилось, но сосед был настроен решительно и лишь упрямо качал головой.
– Ладно, как знаешь, – махнул на него рукой Степан Анатольевич. – Иван Иваныч, – обернулся к моему дедушке, – вы останетесь в доме, только у вас есть огнестрел. Антон и Пётр будут при вас, – кивнул он на братьев, сыновей деда Коли. – Подсобят, если что, – и недвусмысленно покосился на председателя ТСЖ, о чём-то тихо беседовавшего с тётей Кларой. По ходу спелись.
И мы пошли. С каждой минутой проникали всё глубже в джунгли, во мне невольно рос необъяснимый трепет перед дикостью и мощью природы. И насколько мы, люди, ничтожны в сравнении…
Огромные деревья с пурпурными прожилками, лианы толщиной с человеческое бедро, цветы размером с меня – всё это выглядело, как из фильмов о неизведанных мирах. Мама то и дело щёлкала полароидом, фотографируя странные растения.
– Это невероятно, Диана! Если я права, здесь фотосинтез идёт с участием другого пигмента, не хлорофилла, – говорила она, аккуратно отламывая крошечный листик с дерева и пряча в пластиковую коробочку.
Чуть позже матушка указала нам на необычные плоды, свисающие с веток лиан. Они напоминали маленькие твёрдые орешки с шершавой кожурой. Мама осторожно сняла один.
– Похоже на орех. Позже проверим, если сможем его расколоть.
Пока она занималась своими исследованиями, я внимательно осматривалась вокруг. Особенно настораживали растения с подвижными ветвями: они, словно диковинные змеи, тянулись к нам, когда мы проходили мимо.
Мужчины всматривались в землю, пытаясь отыскать отпечатки лап исчезнувших питомцев. Но не находили.
Вскоре наткнулись на первое сухое дерево. Оно лежало на земле, демонстрируя корни. Выглядело почти нормальным, только кора была необычно шероховатой, словно состояла из крошечных гранул. Дядя Стёпа оглядел его и кивнул:
– Думаю, годится. Давайте его спилим. Парни, справитесь?
У кого-то из жильцов в кладовой отыскалась ножовка, у других нашлись топоры. Даже одна бензопила была, но её с собой не взяли, боясь привлечь шумом какого-нибудь хищника. Топорами начали аккуратно снимать тонкие сухие ветки, пока Алексей вгрызался в ствол ножовкой. У него получалось легко и просто – Ассана наградила парня жутчайшей силищей!
– Дианочка, смотри под ноги, – предупредила мама.
Я опустила глаза как раз вовремя: из-под опавших листьев выбралась агрессивная лиана с крошечными иголками, ярко блестевшие под солнцем. Мама тут же щёлкнула полароидом.
– Кровавый плющ. Эти шипы впрыскивают яд, – спокойно пояснила она, как будто мы говорили о банальной крапиве. – И вот от тех, – тонкий палец ткнул в странное растение с семенными коробочками, – тоже держитесь подальше. Эти могут выстреливать ядовитыми семенами.
Вскоре матушка наткнулась на куст с ягодами, напоминавшие мелкую землянику, только более тусклого цвета. Снова щёлкнул фотоаппарат. Мама сорвала одну ягодку и потёрла её о запястье. Через минуту посмотрела на кожу.
– Реакции нет. Это хорошо. Ягоды нужно варить, но я думаю, это один из наших будущих источников витаминов.
Пока мужчины работали, мама нашла ещё какой-то интересный объект: дерево, сочащееся янтарным соком. Осторожно сделав надрез ножом, она собрала несколько капель пальцами. Поднесла к носу, понюхала, задумчиво протянула:
– Сладковатый аромат. Есть все шансы, что субстанция годится в пищу, – и собрала вязкую жидкость в одну из своих пробирок.
Мы уже собирались возвращаться, когда услышали сдавленный крик. Обернувшись, я увидела, как дядя Слава отшатнулся от дерева, хватаясь за предплечье. Сосед зачем-то снял куртку, и мигом за то поплатился! Из-под коры, которая вдруг зашевелилась, высунулось что-то похожее на щупальце с мелкими присосками и вцепилась в его плоть.
– Твою ж! – прохрипел он, бледнея на глазах. – Оно впрыснуло в меня что-то!
Глава 6
Мама мгновенно оказалась рядом:
– Стёпа, ремень быстро! Диана, аптечку!
Она действовала уверенно: наложила жгут выше места укуса, затем сделала крестообразный надрез. И, наклонившись, начала отсасывать яд, периодически сплёвывая.
– Холод! В пакете должен быть хладоэлемент.
Я, стараясь унять дрожь, нашла в аптечке синий брикет.
– Активированный уголь, быстро! Вода есть? – командовала мама, прижимая пакет к ране. – Слава, держись. Сейчас выпьешь сорбент, это замедлит всасывание токсина.
Дядя Слава, уже заметно побледневший, послушно проглотил десяток чёрных таблеток, запивая водой из пластиковой бутылки.
Мы поспешили обратно, Алексей легко взвалил крупного мужика себе на спину и потрусил к дому. Нас увидели дозорные с крыши, поднялся шум. Когда подошли к ближайшему подъезду, там уже собрались встревоженные соседи.
– Славик! – вскричала тётя Лара, бросаясь к мужу и чуть не снеся маму с ног.
– Тише, Лариса, – окликнула её матушка. – Гена! – позвала она, ища глазами нужного человека.
Геннадий Петрович, мужчина средних лет, как раз выходил из подъезда и, услышав своё имя, мигом откликнулся.
– Что случилось? – уточнил педиатр, подойдя к нам.
Мама вкратце объяснила ему ситуацию. Врач внимательно всё выслушал, поправил очки на широкой переносице и распорядился:
– Алексей, отнеси Славу ко мне в квартиру. Поставлю капельницу с физраствором… Лариса, не висни на муже! – чуть поднял голос он. – Ему и без того худо, твои стенания делу не помогут. – Да, Геннадий Петрович славился резкостью, но этот недостаток ему прощали все пациенты – ведь специалистом он являлся первоклассным.
Позже, сидя квартире Вишневского, мама раскладывала снимки на столе.
– Нам нужна лаборатория, – произнесла она. – Хотя бы простейшая, чтобы понять, с чем мы имеем дело.
Я молча глядела на жуткие растения на снимках.
– Вот это, – мама указала на фото дерева с янтарным соком, – потенциально съедобно. Я проверила на запах, кожа на пальцах от соприкосновения с субстанцией не покраснела. Уже дома попробовала на язык. По вкусу один в один кленовый сироп. Но нужны дополнительные тесты.
– Евгения Ивановна, зачем так рисковать? – нахмурился Геннадий Петрович, который, закончив с
