через Грань. Всю дорогу домой злые слезы застилали глаза. В доме лесных эльдаров его уже ждал отец. Алиону не надо было ничего рассказывать. Отец все знал.
— Ты ослушался меня, — молнии заиграли в глазах темного эльдара. Алион невольно сжался, что же за день у него за такой!
— Прости. Ты был прав, во всем. Этого больше не повторится! — нефриловой ярости отца ему сейчас хотелось меньше всего.
— Хорошо. — Неожиданно спокойно ответил Алеон.
Уже ночью, когда злые слезы перегорели, Алион подумал: «И всё-таки, она плакала…».
Лорд-Протектор остался ночевать в заброшенном доме Аэлы и Эола огненных. Мерный стук дождя убаюкивал… Лорд лег прямо на пол, когда-то здесь стояла очень удобная и теплая кровать. Кто же ограбил дом, оставшийся без хозяев? В одном месте крыша прохудилась настолько, что сквозь прорехи виднелись звезды. Алион был в половине миров, ими озаряемых, но только с одним был так крепко связан…
«Отец безумно разозлится», — подумал Алион, быстро закидывая юношу на плечи. «И зачем я только ввязался!? Нет, к отцу нельзя! Но куда тогда?». Юноша на закорках Алиона слабо застонал — он начинал бредить. Рубашка на плечах промокла насквозь от крови раненого, тяжелый и липкий жар передавался сквозь тонкую ткань, юноша рисковал не дожить до помощи.
«Конечно, отец убьет меня дважды: во-первых, за то, что перешел Грань, а во-вторых… Хуже и быть не могло!». Когда Алион нашел раненого, яд уже разошелся по всему организму… Но мальчишка оказался крепким и еще держался.
Алион мужественно терпел струйки пота, текущие по лицу, спине и груди, он бежал — преследователи буквально наступали на пятки. До Грани оставалась всего пара сотен метров. В голове больше не было ни одной дельной мысли, только кровь пульсировала. Бег с ношей в сырой весенний день отнимал все силы.
Вдруг, возле самого уха, едва не попав в спину раненому, прожужжал арбалетный болт. «Засекли, — холодный пот прошиб Алиона, — драться времени нет, мальчишка умрет раньше». Кроме того, Алион сильно сомневался, что убийцы намерены быть честными в бою.
Можно, конечно, попробовать магию, но, по совести, несмотря на все старания Лорда Алеона, в боевой магии Алион был не силен, а противников было много.
В отчаянии он вспомнил глупую шалость. Алион решил «шепнуть» всем мелким лесным тварям о пришельцах с арбалетами, пусть убийцы устрашатся гнева самого леса, раз уж ничего серьезней он придумать не мог! Стрелять перестали, послышались крики и ругань.
Кровь пульсировала в голове. Оставалось не больше сотни шагов до Грани, когда короткий болт со свистом вошел в ногу Алиона. «Демоны Ада! Чтоб вас всех пожрали Ифриты!». Алион упал на четвереньки, лежащий на закорках юноша сполз на землю, точно мешок, он не шевелился, едва дыша.
Алион закусил губу в кровь. Нет, он не сдастся! Схватив одной рукой юношу за воротник куртки из грубой кожи, Алион пополз боком, опираясь на вторую руку и отталкиваясь ногой.
«Еще чуть-чуть, ну пожалуйста, ну же!», — пронеслось в голове.
Дыхание перехватило, Алион увидел преследователей: в плащах, закрывающих лица, они проламывались из чащи леса на поляну-пролесок, один с арбалетом и двое всадников на странных животных — конях, но только с четырьмя ногами. Алион выхватил из-за пояса длинный и тонкий кинжал: «Умру, но с боем!».
Пока стрелок перезаряжал арбалет, всадники обнажили клинки, лошади перешли в галоп. Алион встал в боевую стойку. «Вот кабы еще не раненая нога!».
Неожиданно за спиной послышался окрик, рыжая огневка выскочила просто из неоткуда. Выпущенная стрела сбила летящий болт.
— Алион, скорее! — всадница на крылане протянула руку, рядом показался ее рыжий брат.
— Ребята, как же вы вовремя! — Алион никак не ожидал увидеть здесь друзей.
Лила хмыкнула, а Лим втащил умирающего незнакомца на крылана, не скрыв при этом брезгливой мины. Обескураженные преследователи остались ни с чем.
— Это ЕГО ты так провально спасаешь? Зачем?! — Спросил Лим, когда крыланы пересекли Грань.
— Я не смог бросить его умирать, — процедил сквозь зубы Алион, скривившись. Азарт боя затухал, появилась сильная дрожь и рана на ноге начала болеть.
Брат с сестрой переглянулись и пустили крыланов во весь опор.
— Дракон, кто ты…зачем, зачем так сжал меня? Не могу, не могу пошевелиться, пусти! — Слова, непонятные для всех, слетели с губ, сухих и растрескавшихся от жара. Мальчишка бредил.
«Удивительно, что жив», — подумалось Алиону, он стоял в стороне. Его рана почти затянулась в опытных руках лекаря, яд не тронул, но опираться на ногу было еще сложно. Тем временем трое эльдаров склонились над раненым юношей. Аэла — красивая, румяная эльдарийка, запричитала вслух, совсем по-людски:
— Совсем ведь еще мальчишка, как только жизнь в нем теплится?
Алион не отрываясь следил за отцом.
Генерал Алеон стоял у самого изголовья кровати, его глаза казались почти черными. Лицо, обычно бесстрастное и грозное, со строгими, правильными чертами, сейчас было задумчивым. Эльдар словно смотрел в глубь себя. Алион, затаив дыхание, ждал вердикта. Что раненый жив только благодаря темному лекарю, было понятно и без слов. Лорд Алеон склонился, слушая сбивчивое дыхание юноши.
— Драго, — чуть слышно произнес генерал Элладиэля Светлого. — Вот оно как.
Затем отец начал тихо, нараспев, читать слова Силы, его голос растекался по небольшой комнате, заполняя все глухим гулом. От вибраций пространство поплыло, стало вязким. Когда голос умолк, больной уснул тихим и глубоким сном — на сегодня "лапа дракона" разжалась, отпустив пленника.
Хозяева дома тихо вышли, оставляя отца и сына одних у постели спящего.
Темный эльдар повернулся к охромевшему из-за пропущенной стрелы сыну. Алион сжался под тяжелым взглядом, чувствуя вину за недосмотр и промашку на поле боя. Что Лорд Алеон был зол, гадать не приходилось — нефриловые всполохи заливали всю радужку глаз.
— Ты ослушался меня. — холодно произнес эльдар.
— Я…я не знаю. Я просто. Я хотел… — Залепетал Алион, чувствуя себя дрожащим оленем перед грозным тигром.
«Хотел еще раз увидеть ее…», — мысль была быстрее, Алион не успел поймать вырвавшийся образ.
— Хотел увидеть? — уже по-тигриному рыкнул темный эльдар, нисколько не боясь потревожить сон раненого. — Одного раза ослушания было недостаточно?! Тебя едва не убили сегодня! Да как ты вообще мог пропустить стрелу? — Ярость Темного Лорда заполняла комнату, потревоженный раненый застонал.
— Отец, они убьют её, — горько заметил Алион.
— Так бывает! — отрезал Алеон. — Люди смертны.
— Пап, — Алион почти никогда не использовал этого обращения, слишком много в нем было не свойственной их отношениям нежности. — Они убьют ее! — снова повторил он уже с каким-то упрямством и посмотрел на отца умоляюще. Алеон молчал. Что-то странное,
