получить приглашение в Тронный Зал.
– При твоих оценках, думаю, на сей счет можно особо не переживать. У Священной Канцелярии сейчас жуткий дефицит кадров.
– Оценки мало что значат, когда окончательное решение принимает Она, – Исвер ткнул вверх своим узловатым указательным пальцем.
– И личное обаяние тут также мало чем поможет, – угрюмым взглядом, исполненным нескрываемой зависти, Холисс проводил пролетевшую мимо танцующую пару. – А Корди выглядит так, словно у него уже все и везде схвачено.
– Это сейчас он был, что ли? – Лайс оторвался от созерцания полупустого бокала.
– Разумеется! Или ты думаешь, что кто-то заглянул в наш уголок случайно? Не-е-ет, он специально сюда заскочил, чтобы перед нами покрасоваться, чтобы сделать нам приятно.
– Вполне в его стиле, да. Он еще наверняка и Верховную на танец пригласит, – согласился Исвер.
– Он, кстати, грозился пригласить ее не только на танец.
– А куда еще?
– Ну не тупи же, Исви! – Холисс закатил глаза. – В койку, разумеется!
– Ну, тут уж не ему решать.
– Но он, во всяком случае, абсолютно уверен в успехе, – Лайс привстал на цыпочки, высматривая среди танцующих Кордока и Верховных.
– Ха! – Холисс вооружился еще одним бокалом и еще одной тарталеткой. – А ты можешь припомнить хотя бы один случай, когда он хоть в чем-то сомневался? Он всегда прет напролом как таран, добиваясь своей цели. Сам, небось, со счета сбился, сколько девчонок уже успел оприходовать.
– Не в этот раз, – Лайс отрицательно замотал головой.
– Почему ты так уверен?
– Его нахрапистость может производить впечатление на молодняк, но с леди Дэлери такой фокус у него не пройдет. Еще и по рогам получит, коли будет слишком усердствовать. Воспринимать ее наравне с молоденькими дурочками – непростительная ошибка. Она обожает ставить таких вот не в меру зарвавшихся гордецов на место.
– Тебе-то откуда знать? – удивленно вскинул брови Исвер. – Когда ты успел приобщиться к закулисным тайнам двора?
– Я это просто… чувствую.
– Вот и посмотрим, – проговорил Холисс с набитым ртом. – Я бы с удовольствием полюбовался на то, как Корди расшибет себе нос.
Глава 3
Первый танец закончился, курсанты и воспитанницы отступили на противоположные стороны залы, заняв исходные позиции для следующего акта. Воздух заполнился перешептываниями и девичьим хихиканьем.
Выдержав небольшую паузу, достаточную, чтобы запыхавшиеся танцоры могли перевести дух и быстренько промочить горло, оркестр грянул снова.
– Корди вырывается вперед! – комментировал происходящее Исвер, которому с высоты его роста была прекрасно видна вся зала. – Обходит одного соперника, второго… он рвется прямиком к цели… есть!
– Ну и? – Холисс привстал на цыпочки, не выпуская из рук бутерброда.
– Он и вправду пригласил на танец леди Дэлери!
– Кто бы сомневался, – вздохнул, не оборачиваясь, облокотившийся на стойку Лайс.
– Наверняка сейчас опять мимо нас продефилирует, чтобы похвастать своим трофеем, – Холисс яростно впился зубами в бутерброд, словно тот был повинен во всех его несчастьях.
– Вот уж вряд ли! – друзья даже чуть отстранились, когда Лайс вдруг громко рассмеялся. – Не дорос он еще до того, чтобы Верховной указывать! Танец – ее стихия, здесь и сейчас всем заправляет она, и горе тому, кто вздумает ей перечить.
– Тогда у Корди серьезные проблемы, – Исвер снова бросил взгляд на залу, отыскивая обсуждаемую пару. – Действительно, выглядит так, будто леди Дэлери гоняет его по паркету, точно нашкодившую собачонку. И довольным он при этом отнюдь не выглядит.
– Наконец-то наш таран нашел себе достойную крепостную стену! – Холлис буквально сиял от злорадства. – Не таким представлял он себе миг своего торжества.
– Это стоит отметить! – Лайс подхватил с подноса новый бокал, и троица, торжественно чокнувшись, подняла тост за восстановленную справедливость.
Вскоре закончился и второй танец, после которого Кордок вернулся к остальным курсантам буквально пунцовым. Глядя на его лицо, расспрашивать о подробностях никто не решился, опасаясь взрыва, хотя сдержать ехидные улыбки оказалось весьма непросто. Он схватил с подноса полный бокал и одним махом, как заправский алкоголик, опрокинул его в рот. Лайса даже слегка покоробило от столь пренебрежительного отношения к явно недешевому вину, выделенному Священной Канцелярией для их торжества.
– Твои планы на вечер остались неизменны? – после двух-трех выпитых бокалов инстинкт самосохранения у Холисса, похоже, полностью отключался.
– Разумеется! – почти прорычал Кордок. – Завоевать ее теперь для меня – вопрос чести!
– Мне кажется, что к некоторым намекам все же стоит иногда прислушиваться.
– Засунь свои грязные намеки себе в…
Кордок не договорил, поскольку в этот момент оркестр разразился открывающим аккордом следующего танца, чем, возможно, уберег не в меру разговорчивого Холисса от назревавших неприятностей. Незадачливый кавалер еще некоторое время угрюмо наблюдал за однокашниками, отправившимися выбирать себе пары, после чего демонстративно отвернулся, сосредоточившись на столе с угощениями.
Его депрессия, впрочем, продолжалась недолго, и на следующий раунд Кордок отправился полный решимости отыграться, и не преминул в очередной раз пронестись мимо Лайса сотоварищи, продемонстрировав таким образом, что у него все снова под контролем.
Понаблюдав за его печальным опытом, никто из курсантов теперь не решался даже помыслить о том, чтобы пригласить Верховную на танец, и она коротала вечер с бокалом в татуированной руке, окруженная несколькими выпускницами. Лайс время от времени ловил ее взгляд, направленный в их сторону, в котором читалась немного печальная усмешка. Дэлери выглядела явно разочарованной и, возможно, размышляла над тем, не перегнула ли она палку.
В очередной раз проверив инструменты, музыканты грянули новую мелодию, заметно более бодрую, нежели предыдущие.
– О! Это же «Пылающий вечер»! – воскликнул Исвер, более прочих преуспевший в изучении музыки и прочих изящных искусств. – На сей раз дамы будут приглашать кавалеров!
– Ну что ж, давайте посмотрим, что из этого выйдет, – Лайс крутанулся на табурете, с любопытством наблюдая за пришедшими в движение выпускницами Пансиона.
Изрядная их часть, ожидаемо устремилась чуть левее, туда, где стоял Шимаэл. Другие, менее амбициозные, предпочитая синицу в руке парящему высоко в небе журавлю, направились к сгрудившимся у стойки курсантам. Хотя было заметно, что хмурая раскрасневшаяся физиономия Кордока несколько охлаждала их первоначальный пыл.
Но основное внимание, несомненно, приковывала к себе Верховная, выступавшая впереди, точно ледокол, возглавляющий караван проводимых им судов. При ее приближении абсолютно все кадеты, вне зависимости от
