Скользнув рукой между ее ног, я начал ласкать ее клитор, заставив ее издать неожиданный крик.
— О, да, — простонала она.
— Оседлай мой член, детка, и я не перестану радовать эту киску, — сказал я, чувствуя, как она содрогается в моих объятиях.
— О, господи, Кейдж. Я очень быстро кончу, если ты будешь ласкать меня.
Я усмехнулся ей на ушко.
— Это хорошо, потому что если ты будешь продолжать ездить на моем члене в таком же духе, то я тоже охренительно быстро кончу. Особенно если ты будешь говорить такие грязные вещи.
Она повернула голову, чтобы посмотреть на меня. Я заметил блеск в ее глазах. Ей понравилась эта идея. Я просто об этом попросил, и она хотела это попробовать. Черт. Она вновь приподняла свою попку, и я нажал на ее клитор в тот момент, когда она опустилась на меня. Ее громкий крик удовольствия заставил меня улыбнуться.
— Я сейчас кончу. Черт, ты так хорош. Так хорошо ощущать тебя внутри себя. Я хочу почувствовать, как ты кончишь во мне. Кончи со мной, Кейдж, — умоляла она. Я был так близко. Я провел большим пальцем по ее клитору еще несколько раз, и ее тело начало сотрясаться. Обхватив за талию, я приподнял ее и начал контролировать ритм. Когда начался ее оргазм, я почувствовал как она сжимается вокруг моего члена и последовал за ней.
Сжав руки на ее талии, я прижал к себе, пока тело содрогалось от каждой волны удовольствия. Она медленно начала расслабляться в моих руках. Я по-прежнему был погружен в нее. Я не хотел выходить. Мне нравилось чувствовать ее тепло.
— Я люблю тебя, — произнесла она, задыхаясь.
Она была моим домом.
Глава 4
ЕВА
Следующие две недели пролетели мигом. Кейдж завершил последний сезон с Hurricanes, а я сдала все свои финальные экзамены. Мы собирались поехать в Теннесси через два дня, чтобы посмотреть квартиры, и Кейджу нужно было встретиться с командой и тренером. Он начнет с ними тренироваться уже в следующем месяце.
Хотя до следующего сезона было еще далеко, он собирался упорно работать, чтобы войти в форму и играть в бейсбол в колледже на их уровне. Я была к этому готова, и я была безумно счастлива за него. Я никогда не видела его таким взволнованным. По-видимому, волнение сделало его еще более возбужденным, что, как я думала раньше, было невозможно. Это было такой редкостью, чтобы я проходила мимо него, а он не прижимал меня к стене или не заваливал на гору коробок. Мне нравился его энтузиазм, и было трудно не стать такой же легкомысленной, как он.
Сегодня я осталась упаковывать вещи, а Кейдж уехал заправиться и проверить машину перед такой далекой поездкой. Завтра я планировала поехать навестить папу. Я хотела провести с ним время, прежде чем мы уедем. Я собиралась вернуться сюда через месяц, чтобы повидаться с ним, но я привыкла видеть его раз в неделю. И я буду скучать по этому.
Мой телефон зазвонил, как только я подписала очередную коробку. На экране высветилось имя Джереми, я схватила телефон и быстро ответила. Джереми никогда мне не звонил.
— Привет?
В телефоне была пауза. В моем животе медленно начал формироваться узел.
— Джереми? — спросила я, когда он все еще не ответил.
— Ева. Привет. Мне… Тебе нужно приехать домой. Нам нужно поговорить.
Нам нужно поговорить?
— Чего? Ты меня пугаешь, Джер. Что случилось?
— Я… я разговаривал сегодня с твоим отцом. Ему нужно, чтобы я снова отвез его сегодня к доктору. Он болен, Ева. Тебе нужно приехать домой. Мы вернемся к пяти вечера. Приезжай поговорить с ним.
Болен? Я видела его только на прошлой неделе. Он был в порядке.
— Что с ним случилось? — спросила я, как только двинулась за своей сумочкой и ключами.
— Ева, я не хочу говорить с тобой об этом по телефону. Я бы сам приехал, но я нужен здесь твоему отцу. Приезжай домой, и мы поговорим.
Мое сердце подскочило, как только я закрыла квартиру и побежала по лестнице к парковке.
— Тебе вызвать скорую помощь? — спросила я, как только самый плохой сценарий прокрутился у меня в голове. — У него сердечный приступ?
— Нет. Ему не нужна скорая помощь. Его болезнь не в этом. Ему просто нужна ты, Ева. Я везу его в окружную больницу на процедуры. Он не хочет, чтобы ты знала, но я нашел его сегодня скрюченным, и он… Он кашлял… Он кашлял кровью, Ева.
Мое сердце будто остановилось. Кашлял кровью? Это ненормально. О Боже, это было совсем ненормально. Мои глаза наполнились слезами, как только я завела свой Джип и вырулила на дорогу.
— Когда вы уезжаете в больницу? — с тревогой спросила я. Мне нужно было добраться до папы. — Ему нужно ехать прямо сейчас, — резко ответила я.
— Он уже переодевается. Я жду его на улице, а потом мы направимся в больницу.
— Иди к нему внутрь, Джер. Пожалуйста. Иди к нему внутрь, — я не могла сдержать рыданий. — Не оставляй его одного. Встретимся в больнице. Поторопись, Джереми. Пожалуйста, поторопись, — умоляла я.
— Езжай осторожно. Я пойду в дом проверить его прямо сейчас. Я все контролирую, Ева. Встретимся там. Мы все разрулим. Клянусь, мы все сделаем.
Слова Джереми не облегчили страх, который меня заполнял. Мой папочка, мой большой, сильный, непобедимый папочка кашлял кровью. Что все это значило? Почему он мог кашлять кровью?
Я не могла сломаться. Я должна была быть сильной. Я должна показать ему, что я верю в то, что все будет замечательно. Если он увидит, как я плачу, он будет обо мне волноваться. А ему не нужно обо мне волноваться. Проглотив комок в горле, я сделала несколько глубоких вдохов.
Мне нужно все рассказать Кейджу. Он будет меня искать. Я набрала его номер и стала ждать. Прошло всего два гудка.
— Привет, малышка, — растянул он. Легкость и счастье в его голосе заставили слезы снова жечь мои глаза.
— Я направляюсь в больницу. Папа болен. Джереми мне позвонил. Мне нужно ехать, — мне удалось все это выдать без всхлипываний.
— Где ты? Я могу тебя довезти. Тебе не нужно ехать за рулем расстроенной, — он явно двигался. Вероятно, бежал за своей машиной. Я не могла его ждать. Я любила его за то, что он хотел поехать со мной, но я не могла ждать.
— Я уже выехала. Мне нужно поскорее туда добраться. Я не могу ждать. Он кашляет кровью. Он, — я икнула, — он все равно собирался сегодня к доктору на процедуры. С ним что-то не так, и он мне даже не сказал. Это не к добру. Я не могу потерять своего папочку, Кейдж. Не могу. — Теперь я открыто всхлипывала.
— Я знаю, малышка. С ним все будет хорошо. Мы должны верить, что все будет хорошо. Пожалуйста, сверни на обочину и позволь мне тебя довезти. Вести машину в таком состоянии опасно. Мне нужно, чтобы ты успокоилась. Хорошо, пожалуйста, успокойся и сверни на обочину. — Взволнованный умоляющий тон в его голосе было тяжело игнорировать. Но мне нужно было добраться до папы. Я не могла этого сделать.
