Сирен больше не было слышно — она уехала достаточно далеко. Скорее всего ребята снова соберутся в изначальной точке. Позже, когда всё поутихнет. Не пропадать же ночи. Интересно, а ей есть резон возвращаться? Своё она уже получила. Хм, надо подумать.
В зеркале заднего вида мелькнула знакомая Шелби Кобра. Ого. Новый знакомый решил её попреследовать или…? Нет, вроде нет. Моргнул фарами, требуя следовать за ним. Хм… Ну ок.
Они вывернули на Нортгейт-лэйн к уличному паркингу возле кинотеатра. С крытыми парковками в их городе всегда была проблема, но тут хоть можно укрыться за редкими деревьями и живой изгородью. Растительностью Карсон-Сити тоже не радовал.
Пристроившийся рядом с ней Келлер выключил фары. Едва Лорелея сделала тоже самое, мимо неспеша проехала полицейская машина. Непроизвольно Лори даже вжалась в сидение, стараясь превратиться в невидимку, хоть за кустами её и так было сложно разглядеть.
Даже не мигала и не орала, зараза. Наверное, решили сделать тихий обход. Вдруг поймают хлопающих клювом. И, кстати, вполне бы смогли. Не факт, но процентов сорок, что Лори угодила бы им в ручки. Если бы не Йен.
— Откуда знал, что они пасутся неподалеку? — выждав на всякий случай, удивлено спросила Лори, вылезая вслед за спутником из тачки.
— Заметил, как они разделились, — отозвался Йен. — Ещё на Маркет-стрит.
— Оу, — Лори, признаться, проморгала этот момент.
— Неплохо дрифтуешь. Училась у кого или сама?
— Сама.
— Я так и подумал.
Лорелея удивленно крякнула. Нормально. Вот вроде и похвалил, но в тот же момент вроде как и оскорбил. Это ещё так уметь надо. Но она вроде как должна теперь ему. Типа за спасение.
Нет. Если бы её поймали, это было бы некатастрофично. Потратила бы она, конечно, чуток времени, но в итоге все разошлись бы тихо-мирно. Правда пришлось бы расстаться с частью сегодняшнего приза, а набивать карманы доблестных органов правопорядка щедрым жестом взятничества совсем не хотелось. Так что…
— Пошли, — вздохнула Лорелея, жестом зовя его за собой. — Всё равно придется ждать, а тут неподалеку есть круглосуточная закусочная. Я угощаю.
— Ну раз угощаешь, — усмехнулся Келлер. Впрочем, по нему было видно, что он не возражал.
А чего нет-то? Надо пользоваться пока предлагают. К тому же это неплохой шанс, наконец, познакомиться по-человечески. А то у них общение как-то с самого начала не заладилось. Вдруг ещё смогут подружиться?
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
Закусочная Denny’s представляла собой… закусочную. Этакую круглосуточную забегаловку, где всегда можно было недорого и сытно перекусить. Несмотря на поздний час голодных ртов хватало. В основном молодые компании школьного возраста и томно вздыхающие друг на дружку припозднившиеся влюблённые парочки.
Йен и Лорелея приютились за деревянным столиком с красными мягкими стульями, где к ним мигом подскочил официант лет восемнадцати с полным набором подростковых несуразностей: вулканическими прыщами по всему лицу, уставшими от смены глазками и одинокими волосинками на подбородке, имитирующими проклюнувшуюся бородку.
Паренёк нервно переминался с ноги на ногу, пока Лорелея исследовала меню.
— У нас есть кесадилья с курицей, — предложил официант.
— Нет. Спасибо, — покачала головой посетительница, скользя взглядом по аппетитным картинкам.
— Сырный омлет с беконом.
— Нет.
— Банановые панкейки с сиропом…
Йен, ограничившийся одним кофе, с любопытством наблюдал за ситуацией, откинувшись на спинку стула. В которой его спутница была слишком поглощена просмотром меню, а официант не мог оторвать глаз от её декольте, скорее на автомате, чем осознано перечисляя всё, что имелось у них в закусочной. Весь восторг проступал наглядным румянцем на бледном прыщавом личике.
Келлер и сам против воли сместил глаза куда не следует, заметив блеснувшее украшение на тонкой шее.
— Нет, терпеть не могу сладкое. Так, мне, пожалуйста, большой бургер, картошку и колу… — довольная выбором Лори подняла глаза на официанта. На её лице мелькнула снисходительная улыбка. — Вы не стесняйтесь, молодой человек.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ч-что? — паренёк удивленно моргнул.
— Если очень нужно, я просто разденусь. Вероятно, это первая женская грудь, которую вы видите?
Легкий румянец превратился в сочный спелый помидор.
— П-простите. Бургер, картошка, кола… — паренёк испуганно посмотрел на Йена, как будто ждал, что тот сейчас поднимется с места и зарядит ему с локтя и поспешно ретировался, повторяя в уме заказ. Забудет — будет совсем уж неловко. Хотя куда уж ещё?
— И последняя, — хмыкнула Лорелея, откладывая меню. — Если он так и останется тряпкой, — она перевела взгляд на Келлера, который, вот же удивление, смотрел туда же, куда и пялился официант секундами раннее. Только если прыщавый подросток с затянувшимся пубертатным периодом разглядывал женские прелести со смущением и возбуждением, Йен олицетворял полную отстраненность. Лори насмешливо вскинула бровь. — Только не говори, что и у тебя проблемы с женщинами? А то ведь повторяю предложение: могу раздеться.
Йен с трудом оторвал взгляд от висевшего на её шее золотого крестика — слишком уж он напоминал другой женский крестик, припрятанный у него под футболкой, который он носил не снимая вот уже два года. Зачем? Наверное, как напоминание.
Лорелее же её достался от Ханны. Подарок на выписку из больницы после аварии. Ханна тогда преподнесла его не особо верующей по натуре сестре со словами: пускай он тебя защищает. Совпадение или нет, но с тех пор Лори пока ещё ни разу не попадала в ДТП.
— Почему гонки? — спросила Йен.
— А зачем сигарета? — в тон ему отозвалась она.
Келлер неопределенно пожал плечами, вытаскивая из-за уха табачное изделие. За последнее время держать её там стало сродни привычке.
— Пытаюсь бросить, — ответил он, покручивая ту между пальцев. — Когда совсем невмоготу, смотрю на неё, нюхаю… Звучит странно, но работает, — сигарета была убрана обратно. — Так почему гонки?
Лорелея неуверенно дёрнула подбородком.
— Потому что в этой дыре больше нечем заняться. Тут лишь три развлечения: алкоголь, наркота и тачки.
— И давно увлекаешься машинами?
— Сколько себя помню, — Лори усмехнулась. — Гонять начала ещё до того, как получила права. С детства часами проводила с отцом в гараже, — улыбка стёрлась с её лица. Тёплые воспоминания не перекрывали предательства. Это была болезненная тема не только для матери, но и для брошенных дочерей. — До того, как эта сволочь собрала чемоданы и укатила к новой семье. Не попрощавшись.
— Вы общаетесь?
— Звонит пару раз в год. Поздравляет с днём рождения, предлагает деньги… Я посылаю его каждый раз. Нам не нужны его подачки. Справились сами.
— Ты поэтому такая?
Лорелея подозрительно прищурилась.
— Какая?
— М-м-м… малость резкая.
— Не резкая. Скорее уж прямолинейная… — в этот момент как раз вернулся официант. Поспешно поставил на стол кофе, колу со льдом и, пролепетав что-то про то, что заказ будет скоро готов, поспешно ретировался. Ни разу не подняв головы. Лори задумчиво поджала губы, провожая взглядом его сутулую спину. — Наверное… Да и всё равно. Тут не с кем заводить дружеские знакомства. Все полные придурки.
— Если так не любишь город, почему не уедешь?
— Не знаю… — Лорелея бездумно помешала соломинкой крупные льдинки в стакане. — Я выросла здесь. Это мой дом. Какой-никакой. Да и неизвестность пугает.
— Только в начале, — со знанием дела заметил Йен. — Быстро привыкаешь.
— Судишь по собственному опыту?
— Не без этого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И почему ты уехал из…
— Майами.
Лорелея округлила глаза.
— А оттуда кто-то уезжает по доброй воле?
— Как видишь, — усмехнулся Келлер. Он так и сидел, расслаблено откинувшись на спинку стула и подперев голову рукой. И даже глазом не повёл на брошенный в его сторону проницательный взгляд глаз.
