— Беременные — они такие, — усмехнулась Лорелея. — Запасайся терпением.
— Я стараюсь. Честно. Тебе как обычно?
— Именно. Пирожных побольше.
— Что, сильно накосячила? — понимающе хмыкнул Джимми.
— С учетом того, что со мной третий день не разговаривают, полагаю — да.
— Тогда возьми ещё трюфельный чизкейк. Ханне понравится.
— Заверни два.
В конечном итоге, сладостей набралось не на один пакет. Плюс фраппе. Лорелея уже прощалась с Джимми, направляясь к выходу, когда на телефон с громким писком пришло сообщение. С трудом уместив покупки в одной руке, второй из заднего кармана был вынут смартфон, отображающий знакомое и давно уже не вызывающе ничего кроме раздражения и легкой опаски имя. Донни.
— Вот чёрт, — ругнулась она, толкая бедром дверь и привычным движением снимая с экрана блокировку. Правда прочитать его не успела. В неё врезались. Или она в кого-то — тут не поймешь. — Да твою мать! — на светло-серой кофте с открытыми плечами теперь красовалось огромное мокрое пятно.
— Прошу про… — начало было извиняться наскочивший на неё Йен, стягивая солнцезащитные очки, но осекся на полуслове. — Опять ты?
Лорелея тоже узнала его. Заправленная за ухо сигарета, татуировка на плече, обтягивающая футболка, теперь уже белая. И на этот раз легкая щетина на лице. Да этот придурок же чуть не сбил её несколько дней назад!
— Принципиально прёшь напролом? — раздраженно поджала губы она, чувствуя, как сладкий напиток стекает по шее.
— Хотел спросить тоже самое. С таким везением удивлен, что ты вообще дожила до этого дня.
— Эй, вообще-то, виноват ты. Открою секрет: сначала выпускают человека, и только потом заходят.
— Обязательно запомню, — ответили ей с неприкрытым ехидством. — Спасибо за замечание.
— Козёл, — буркнула Лорелея, отлепляя мокрую кофту от тела.
— Что, прости?
— Говорю: козёл. Нормально услышал?
Йен удивленно моргнул. Прямолинейности этой девице не занимать.
— Ты бы за языком следила, а то когда-нибудь нарвешься.
— Без тебя разберусь, — отвесила ему Лорелея, бросила уже ненужный стаканчик в урну и ушла, заканчивая малоприятный разговор. Они, конечно, могут так стоять и собачиться до вечера, но зачем? У неё и без этого ещё полно дел.
За углом, на парковке, возле серебристого Шевроле красовалась Шелби Кобра. Боже мой, ну какая же всё-таки красавица! Она бы с удовольствием прокатилась на такой. Хоть разочек. И почему его владелец этот…
Блин. Непруха. Горько вздохнув, Лорелея любовно погладила белые продольные полоски на бампере и направилась к своей машине. Переодеться. Нужно срочно переодеться. И помыться.
Часом ранее Ханна блуждала по городскому книжному магазину в поисках очередного детективчика в свою коллекцию. Читать она любила. Наверное, даже можно сказать — обожала, проглатывая всё: от романтических любовных романов до космической фантастики. А вот в последние месяцы подсела именно на детективы.
— Не советую, — уже на кассе, бросив быстрый взгляд на обложку, заметил стоящий рядом с ней светловолосый парень с забавным хвостиком на затылке. — Говорят, не стоит потраченного времени. Сплошное разочарование.
— Спасибо, — мило улыбнулась ему Ханна, выуживая из полки со сладостями, которые обожали выставлять на кассе из коммерческих соображений, пакет фруктовых мармеладок, и протягивая продавцу вслед за книгой. — Но я всё же проверю лично. Я уже читала этого автора, пока без осечек.
— Как хотите, но, если что, я предупреждал, — лишь пожал плечами тот, перебирая в руках запечатанные комиксы по вселенной ДС.
Кажется, парню было неловко светить своими приобретениями. Типа взрослый человек, а тут журналы с картинками. Многие девушки не понимали и не разделяли восторгов парней к подобному увлечению, считая это ребячеством и напрасной тратой денег. И это он знал не понаслышке! В его окружении, к сожалению, преобладали именно такие, но тут уж ничего не поделаешь. Какой мир выбрал, там и крутишься.
Ханна пробежалась взглядом по обложкам, едва сдерживая улыбку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Девятый, тридцать четвертый и сорок седьмой? — заметила она номера выпусков на обложке. — Какой разброс.
— Что было, то и взял, — слегка смущённо вздохнул блондин. — Их ещё не так-то просто достать. Основное читаю в сети.
— Мне сестра периодически стопками привозит из Винчестера, — оплатив покупку, Ханна благодарно кивнула кассиру и убрала покупки в изящную женскую сумочку с медными вставками. — Она в них ни черта не понимает, уже несколько выпусков повторных дома лежат. Зато коллекция большая. Ладно. Была рада поболтать. Удачи в поисках, — она улыбнулась своей очаровательной улыбкой, способной разбивать мужские сердца наповал, и направилась к выходу.
Что-что, а улыбка у Ханны была действительно особенной: милой, дружелюбной, белозубой и идеально ровной — мечта любого рекламного агентства. Неудивительно, после десяти-то лет ношения ненавистных брекетов! О, сколько крови они попили у неё в школе. А если бы не Лори, вправляющая носы каждому, кто смел на ней издеваться, было бы ещё хуже.
Зато теперь годы мучений играли ей на руку. Мало кто мог сопротивляться внешней хрупкости стройной блондинки со слегка отросшими тёмными корнями, ярко-голубыми глазами и вот такой вот улыбке. Так что Ханна не удивилась, когда блондин нагнал её на улице.
— Один вопрос: Бэтмен или Супермен?
Над ответом не думали. Фанатская любовь давно уже всё определила, как и висящий в спальне плакат с супергероем, облаченным в костюм летучей мыши.
— Конечно Бэтмен.
— Блеск. Был бы Супермен, у нас бы точно ничего не вышло, — то ли в шутку, то ли серьезно отозвался парень. — Тогда следующий вопрос: как на счет того, чтобы как-нибудь встретиться вечерком?
Ханна не сдержала очередную улыбку, зорко оглядывая парня. Женская оценка быстро взвесила все “за” и “против”. Привлекательный? Привлекательный. И улыбка у него приятная — улыбку в мужчинах Ханна любила больше всего. И общие интересы, как оказалось, есть, так что неловких пауз быть не должно. На маньяка-извращенца вроде тоже не похож, а на свидания она давно уже не ходила, всё как-то не до личной жизни, так что почему бы и нет…
— Давай сначала хотя бы познакомимся. Ханна, — протянула она ему руку.
— Оуэн.
Золотисто-янтарные глаза блондина загорелись в предвкушении. Как же удачно он сегодня заскочил после смены в этот район. И счастье, что додумался переодеться и сполоснуться. Вряд ли бы ему так повезло, останься он в провонявшей насквозь бензином и потом рабочей одежде. Правда под ногтями всё равно осталась въедливая чернота, но вроде его новая знакомая не особо заострила на этом внимание.
Двойная победа.
К тому времени, как машина Лорелея припарковалась на подъездной дорожке у светло-розового дома (о, как она всегда ненавидела этот цвет), Ханна уже вернулась с прогулки: переодевшаяся в удобную одежду и сидящая с новенькой книгой на мягком диванчике в просторной гостиной пастельных оттенков (слава богу, не розовых). Гостиная была совмещена со столовой и отделяла коридор тонкой стеллажной перегородкой, из-за которой и появилась сестра. Злая, с пакетами и с красочным пятном на кофте.
— Что случилось? — забыв, что они не разговаривают, а она вообще обижена, спросила Ханна.
— Снова наткнулась на этого придурка, — ставя купленные сладости на кофейный столик, замерший на трех выгнутых ножках рядом с диваном, хмуро отозвалась Лори. — Того, что меня чуть не сбил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что, опять бросилась ему под колёса?
— Если бы. В этот раз он снёс меня своей тушей. Втащить бы ему по его роже. Даже не извинился. Ещё и меня виноватой сделал. Снова.
— Так в прошлый раз ты и была виновата, — заметила Ханна. На неё воззрились сердито прищуренные тёмно-карие глаза, но блондинку это не проняло. — Что? Это ведь ты вылетела на дорогу, разве нет?
