— Ясно, ясно, — вздохнула Лорелея, включая зажигание. Лучше поторопиться, иначе Ханна, внешне хрупкая блондинка с кукольными глазами, сдерет с неё кожу и сварит в масле. В том самом, в котором должна была запекать… ну эту… короче, непонятную и невыговариваемую миру хрень.
Невада встречала гостей, откровенно говоря, не очень гостеприимно. На въезде в город Йена весьма нагло подрезали, нарываясь на разборки, потом часовые поиски свободные номеров в мотеле (и нет, это не город был таким популярным, а заведения напоминали общественную свалку куда противно было просто зайти), а вечером та тупая ситуация с едва не сбитой истеричкой.
Хорошо, конечно, что оба они отделались легким испугом, но если признаться честно, эту ненормальную хотелось напоследок ещё разок переехать. Да понадежней. Чтоб гонора поубавила. Интересно, тут все жители такие нервные?
Приемлемо мягкая и чистая постель в Gold Dust West, вполне съедобный завтрак и приятная погода за окном обещала второму дню пребывания в столице штата, расположенной в высохшей речной долине в предгорьях хребта Сьерра-Невада, быть куда приятней. Йен на это, по крайней мере, рассчитывал.
За последний год это был уже третий город, и, на самом деле, кочевание начинало надоедать. Хотелось осесть. Может и не пустить корни, но хотя бы перестать таскаться по вшивым мотелям. Вот только ни одно место, в котором он оказывался, не приносило того, что он столь тщетно искал — спокойствия и ощущения, что он там, где нужно. Для этого, наверное, пришлось бы возвращаться в Майями.
Нет. В Майями он точно не вернется. И дело не в берегах Атлантики, прожигающих солнечных лучах и девочках в бикини, дефилирующих по пляжу. Этот город его душил. Тяжело оставаться там, где каждая улица, каждый дом и каждый указатель словно насмехались, вызывая в памяти болезненные воспоминания.
Но да ладно. Предаваться меланхолии — худшее из попыток забыться. Куда важнее сейчас… ну, например, найти подработку. Его средств, конечно, хватит на пару лет вперед, если разумно использовать, но не слоняться же целыми днями без дела по, в общем-то, убогим улочкам и до скрежета зубов систематизированным жилым кварталам. Тут не выдержит ни одна психика. И, видимо, судьба была благосклонна к Йену, потому что работа нашлась сама и без каких-либо приложенных усилий.
Дело было так. Он катался по городу, рассматривая новое для себя место. Несмотря на громкое название столицы, Карсон-Сити огорчал по всем статьям, претендуя на звание самого непримечательного и невзрачного места на планете. Приземистые строения, облагороженные улицы, бесчисленное количество вывесок, магазинчики, кафешки… Всё как и везде, даже, наверное, ещё скуднее. Главным украшением тут были маячащие на горизонте горы. Они и создавали атмосферу. Ну и, конечно же, знаменитая Долина Смерти.
Зато тюнингованных под завязку спорткаров, что удивило Йена, привыкшего видеть такое количество дорогих тачек только в Майами и Лос-Анжелесе, хватало с головой. Взять хоть вчерашнюю красотку Камаро. Собственно, он на неё и загляделся, пропустив момент, когда под колеса бросилась та идиотка.
И сейчас, проезжая по перекрестку, где со всех сторон ему кокетливо перемигивали вывески с названием кафе, то и дело замечал первосортные тачки. Не придерёшься, апгрейд по первому классу. Хотелось крутиться возле них и рассматривать, рассматривать, рассматривать…
Как бы он не старался, мимо одной из таких красавиц Йен не смог проехать мимо — Ниссан GT-R. Не заметить его было сложно. Ярко-оранжевый, он словно от скуки поигрывал солнечными бликами по идеальной глянцевой поверхности.
Двухдверное четырёхместное купе с переднемоторной компоновкой и полным приводом. Один из самых «послушных» суперкаров. Обычно его выбирают те, кому «кайф от скорости» важнее «бренда».
Сопротивляться невозможно. Йен, ценитель классики и отсутствия у водил понтов, которые и заставляли уродовать тачки дешёвой наскальной живописью, свернул с главной дороги к неприметного вида автомастерской, где в одном из открытых боксов группа парней ковырялась в Хонде. А вот и наглядный пример. Количество бессмысленной аэрографии на бедной машине зашкаливало, превращая её в убогий холст для граффити.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Брат, — оторвавшись от копания в двигателе, один из механиков, блондин в рубашке с оторванными рукавами и высоким хвостиком на макушке, призывно помахал ему гаечным ключом. — Тут надолго. Если что-то срочное, могу посоветовать мастерскую дальше по улице.
— Не надо, — миролюбиво отозвался Йен. — Просто не смог проехать мимо, — кивок на припаркованный в стороне Ниссан. — Чья красавица?
— Моя, — блондин польщено стянул с подставки заляпанную маслом тряпку и, вытирая грязные руки, подошёл к нему. — Твоя тоже ничего, — ответный кивок на Шелби Кобру.
Один из парней, темнокожий парень, копошащийся в Хонде, громко выругался. Йен понимающе хмыкнул.
— Проблемы?
— Да ерунда. Движок захлёбывается, — отмахнулся блондин. — К следующей неделе должна быть готова, а это красотка ломается похлеще невинной девочки.
Йен бросил заинтересованный взгляд на поднятый капот.
— Заглянуть внутрь можно?
Блондин в ответ сделал беззаботный приглашающий жест.
— Восемь цилиндров, блок дополнительного управления инжекторами, прямой впрыск закиси азота… Неплохо, — присвистнул Йен. — Такая не предназначена для поездок в супермаркет. Гоняет?
— Брат, это Невада. Тут гоняют все.
— И ты тоже?
— Все мы не без греха, — блондин не делал из своего увлечения тайну. Незаконные уличные гонки, конечно, не особо любила местная полиция, но и сделать ничего не могла. Штрафом и лишением прав (и это ещё нужно догнать стритрейсеров) лихачей не испугаешь, а ничего другого власти сделать всё равно не могут. Не пойман — не вор, как говорится. А за этим на подобных сходках тщательно следят, перехватывая полицейские радиочастоты. И это если дело касалось “неофициальных” мероприятий. А были ведь и официальные, как те же регулярно проводимые гонки в Долине Смерти. Там вообще не подкопаешься, всё по закону. — А ты?
— Раньше гонял. Больше нет.
— Чего так?
— Свои причины.
— Наблюдательный режим тоже исключён?
Йен усмехнулся уголком губ.
— Кто сказал?
Блондин понимающе прищурился. А ничего парень. Есть шансы поладить.
— Оуэн Роджерс, — протянул он ему руку с въевшимися пятнами.
— Йен Келлер, — пожал тот.
— Не хочешь посмотреть? — Оуэн ткнул через плечо пальцем на размалёванную Хонду. — У нас тут как раз работник пару месяцев назад слился, а годную замену так и не нашли.
— Почему ушёл?
— Отправился в свободное плаванье. Не понравилось работать за гроши. А жаль, специалист отличный. Хоть человек на редкость и… — Роджерс замялся, подыскивая подходящее слово. — Сложный. Но ты, как погляжу, смышленый. А если ещё и с руками, сработаемся.
Йен удовлетворенно хмыкнул, посматривая то на Оуэна, то на вывеску автомастерской. Это он удачно заехал. Карсон-Сити определенно начинает ему нравиться.
— Тебе тут штрафы пришли, — Ханна, красотка в обтягивающем платье, подчёркивающем её миниатюрную фигурку, скинула на металлическую тумбу на колесиках несколько конвертов. — Опять.
— Ты знаешь где мусорка, — отозвались торчащие из-под капота белого Лексуса ноги.
Правда понять, что это Лексус, а тем более Лексус IS 300h cмог бы только воистину осведомленный человек. Ханна была права, когда назвала это нечто грудой металлолома. Но ещё страшнее было смотреть на шикарный автомобиль пару лет назад, когда его приволокли на буксире со стоянки, читай — свалки, в виде смятого куска железа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Так что, чего уж не отнять, за это время машину привели в более-менее пристойный вид. Не идеал, конечно, в неё ещё придется вкладывать и вкладывать, и не только денег, но сейчас она смотрелась уже не так печально. Не просто так ведь Лорелея торчала в гараже по пять дней в неделю.
