Читаем без скачивания Согрей меня - Памела Макальюсо

Проклятие, да что это с ним творится сегодня!

А может.., не только сегодня. Кажется, все началось в тот момент, когда он поддался шальному порыву и прильнул к ее губам.

Лучше бы он этого не делал! Он только усложнил ситуацию и сам же страдает!

Девушка накинула его меховой плащ, натянула сапоги и отправилась на улицу. С того первого вечера она больше не заикнулась об удобствах. Как это все-таки хорошо характеризует ее! Ее общество нисколько не тяготит его, с ней легко.., если б он мог наслаждаться и ее телом!

Стоун быстро приготовил завтрак. Посуду они мыли вместе. Патрисия как раз расставляла чашки на полки, когда он подошел с кофейником в руке и поставил его на верхнюю полку.

Девушка обернулась. Очевидно, она ждала, когда он отойдет в сторону и уступит ей дорогу. Ему так и следовало поступить. И он почти отошел. Но в последний момент ринулся к ней и прижал ее к себе, крепко обняв.

Патрисия напряглась. Но она не успела и слово сказать, как Стоун уже целовал ее.

Ее теплый и влажный рот был райским наслаждением для его скользящего по ее губам языка. Постепенно ее тело расслабилось и уступило его натиску. На этот раз он был уверен в том, что она отдает отчет в своих действиях и полностью проснулась.

Ее мягкое и такое женственное тело было божественно. Воображение Стоуна уже рисовало нежные розовые соски, выступающие на светлой коже. Должно быть, они приподнялись от холода. Он согреет их в своих губах, затягивая каждый по очереди.

Но вскоре ее жадные объятия вернули его к реальности, а когда она запустила в его волосы руки, по его телу прокатилась обжигающая волна.

Она прильнула еще ближе, провоцируя мужчину на дальнейшие действия. Он положил руки ей на бедра и, дрожа от желания, притянул ее к себе. Мысленно он уже видел их обнаженные, сплетенные воедино тела.

Стоун подхватил ее на руки и понес к кровати.

Подойдя, он медленно опустил ее на постель. Протяжный стон вырвался из его горла, когда она слегка коснулась набухшей выпуклости под молнией на джинсах. Зарывшись в ее шею, он подавил стон, награждая девушку томными ласками, потом выпрямился и посмотрел на нее.

Ее глаза застилал туман, и она не сразу поймала его взгляд. Стоун нежно коснулся рукой ее щеки, проводя большим пальцем по распухшим от поцелуев губам.

Приподняв девушку за подбородок, Стоун снова поцеловал ее. Свободной рукой он поглаживал ее спину, плавно переходя к набухшей груди.

Патрисия напряглась и увернулась от очередного поцелуя.

- А я думала, мы выйдем на улицу, проверить дорогу.

- Попозже, когда снег немного растает, у нас в запасе еще несколько часов, дорогая.

Глава 5

Еще несколько часов.

Перспектива провести их в объятиях Стоуна приятно щекотала нервы.

Но его замечание насторожило девушку.

Может, он просто решил сократить время до отъезда? Так ли уж она ему желанна?

- Признайся, тебе же просто скучно, Стоун. Ты не знаешь, чем заняться, я для тебя лишь игрушка, да?

Оттолкнув мужчину, Патрисия вскочила на ноги.

- Это не то, что ты думаешь, - оправдывался он, следуя за ней. - Я лишь хотел сказать, что у нас еще уйма времени и нам некуда спешить.

- Я тебе не верю, - недоверчиво отозвалась девушка. Ограниченное пространство сторожки вынудило ее остановиться.

- Я не отрицаю, что хотел заняться с тобой любовью.., но не потому, что мне стало скучно, - продолжал Стоун. - К тому же, если бы ты была откровенной до конца, то призналась бы, что и сама была не прочь.

Ее признание все равно ничего не изменит - это лишь подпитает его эгоизм, поэтому Патрисия смолчала. Другое дело - признаться в этом себе самой и держать язык за зубами, пока, - И потом, - не унимался Стоун, - только то, что я умираю от скуки, не означает, что я готов броситься на любую. Просто от общения с тобой я совсем потерял голову, даже не соображал, что делаю...

Его слова окончательно отрезвили девушку. До обеда они не разговаривали, а потом Стоун объявил, что пришло время проверить состояние дороги.

- Я все еще могу пойти с тобой?

- Конечно. Одевайся потеплее.

Патрисия последовала его совету и надела еще одну рубашку и свитер. Тщательно закутавшись, Патрисия обнаружила, что едва сгибает колени и руки не гнутся в локтях. Стоун водрузил на голову свою шапку и распахнул перед ней дверь. С крыльца была видна узенькая тропинка, проложенная их следами, и следы, оставленные Стоуном во время его вылазок за дровами и снегом. Основную же часть лужайки застилало белое, нетронутое снежное покрывало.

- Смотри под ноги. Под снегом много коряг и камней. А лучше ступай по моим следам.

Однако ее попытки не увенчались успехом, его поступь была слишком размашиста. Иногда она все же попадала в его след, но успевала сделать еще два своих между ними.

В некоторых местах снежный покров был достаточно глубок, и Патрисия проваливалась чуть ли не по колено. Но в открытых местах, там, где гулял ветер, он достигал лишь лодыжек.

Стоун показал ей следы оленя, лося и кролика.

Проезжая дорога оказалась недалеко, но ее состояние оставляло желать лучшего. Было очевидно, что даже грузовик Стоуна далеко не уедет.

У деревьев образовались снежные сугробы, а узенькая тропинка была полностью завалена. И поскольку ее протяженность составляла несколько миль вверх по склону, думать о расчистке было бы абсурдно. Весна придет скорее, чем они доберутся до города. Судя по недовольной мине Стоуна, девушка убедилась в справедливости своих подозрений.

Он стоял посередине дороги, уперев руки в бока и устремив взгляд вдаль. Затем обернулся, и их взгляды пересеклись. Патрисия перевела дыхание. Она знала, что он вспоминал их поцелуй, хотя не понимала откуда. Несколько шагов, и он уже рядом.

- Хочешь еще прогуляться?

Они не успели уйти слишком далеко.

- Конечно. - По крайней мере, это лучше, чем оставаться в сторожке и подвергать себя искушению.

- Тогда идем, - скомандовал Стоун, махнув рукой влево.

Они вернулись к дороге и, обогнув поляну, устремились по тропинке, уходящей в горы. Ледяной воздух наполнял легкие, обжигая грудь. Но все же она была счастлива и с наслаждением вдыхала морозный воздух. До этого Патрисия не придавала значения, где она - в комнате, в лесу или в горах, но теперь она поняла, как была не права, считая, что ее настроение зависит от нее самой, только теперь она стала раскованной, легкой и, возможно, не будет так сходить с ума от поцелуев Стоуна.

Периодически с прогнувшихся от тяжести снежного покрова сосновых веток сыпался снег. Когда один из таких холодных душей обрушился на плечо Стоуна, Патрисия засмеялась.

Стоун оглянулся:

- Ты находишь это смешным?

- Ну что ты! Просто ты очень забавно выглядишь, - проговорила она сквозь смех.

Он тоже рассмеялся, и его мрачное настроение рассеялось.

- Хорошо, дорогая. Допустим, я тебе поверил.

Он прищурился, наклонился и стал лепить снежок. Патрисия ринулась к ближайшему дереву, ища прикрытия, но белоснежный комок настиг ее на полпути, взорвавшись на плече холодными брызгами.

Они гонялись друг за другом по сказочному лесу, осыпанные снегом с ног до головы, хохочущие, взъерошенные и еще больше возбужденные. Наконец Патрисия устала и попросила пощады. Стоун покатывался со смеху.

Яростно стянув перчатки, словно это она выиграла состязания, Патрисия двинулась к Стоуну.

- И куда мы идем?

- Я хочу тебе кое-что показать. Они прошли еще минут десять. Деревья попадались все реже, и тропинка круто устремлялась вверх. Стоун поднялся первым, а Патрисия встала рядом.

От открывшегося их взору пространства у Патрисии перехватило дыхание.

Они стояли на скале, с которой открывался вид на широкую долину, простирающуюся до самого горизонта. Там, вдали, белели поднимающиеся к небу, запорошенные снегом и поросшие деревьями горные вершины, словно сказочное королевство.

- Какая красота! - воскликнула Патрисия.

- Я всегда любил это место. Моя бабушка рассказывала, со слов ее бабушки, что здесь располагалось святилище ее племени.

- Прапрабабушка со стороны барона?

- Да, его жена.

Патрисию не удивляло, что у него индейские корни: темные волосы и некоторая скуластость явно свидетельствовали об этом.

Ей показалось, что в воздухе повеяло чем-то магическим.., как будто тени его предков скользят ночами по сей день в этом божественном месте, а уходящая вдаль необозримая долина только усиливала это впечатление.

В душе Патрисии разлилось благоговейное спокойствие. Она чувствовала, что занимает лишь ничтожно маленькое место на огромной картине, но в то же время сознание общности с единым целым действовало успокаивающе.

Они стояли в тишине и молчали, потрясенные величием природы. Патрисия посмотрела на профиль Стоуна: безмятежное спокойствие разгладило грубоватые черты его лица. Девушка снова поразилась соответствию его внешнего облика, внутреннего мира и выбранной им профессии. Этот человек рожден для этих мест, заключила она.