вся жизнь у меня проносится перед глазами. Сердце, собрав себя из ошмётков в единый мышечный узел, принимается с утроенной силой качать кровь.
Эн…
Моя Энни…
Царевна…
Малышка…
Моё сладкое наваждение.
Моя стопроцентная погибель. Передо мной. В платье невесты…
Научные факты говорят о том, что человеческое тело умирает не в один момент, а постепенно. Опровергая этот факт, подыхаю сразу. Как и возрождаюсь, чтобы коснуться её и убедиться, что я всё ещё жив. Что она реальная. Что я не рехнулся. Всё ещё нахожусь в здравом уме и твёрдой памяти.
Глава 5. Мой персональный мучитель
Анна
— Аня? Детка, ты чего застыла как вкопанная? Кто пришёл? Аня?
Тётя пытается до меня достучаться, а я не могу ни сглотнуть, ни слова вымолвить.
Шок.
Причём такой силы, что все жизненно важные органы в один миг стопорятся.
Трижды умираю. Лёгкие обжигает адским пламенем. Теряю способность дышать.
Платье, что сидело на мне идеально, превращается в тиски. Сжимает моё тело, как консервную банку под прессом. Мир под ногами начинает расходиться трещинами, крошиться и рушится…
Итан? Господи, Итан! Откуда он здесь? Почему? Почему судьба снова столкнула нас лбами? Почти четыре года прошло! Я так усердно пыталась его забыть.
Зачем??? Господи, зачем???
Что ему снова от меня нужно? Сейчас, когда я наконец решила связать свою жизнь с другим человеком?
В глазах темнеет. Комната превращается в центрифугу для тренировки космонавтов.
Выскользнувший из руки телефон врезается в пол. Кажется, разлетается на кусочки.
В глазах расплывается картинка. Начинает меркнуть свет.
— Эн? Эн, что с тобой? — доносится издалека. Словно сквозь толщу воды, в которую меня затянуло и не отпускает.
Ничего не соображаю. Падаю. Ловят сильные руки. В следующий момент становится горячо. Тонкое платье не предотвращает ожог. Кожа к разгоряченной коже — разряд в двести двадцать вольт! Не спасает. Клиническая смерть…
— Эн! Эн!!! Малыш, очнись!
Так красиво и убийственно звучит его голос.
Хрипом окутывает. Теплотой. Парализует сознание.
Несколько бесконечных секунд я не подаю признаков жизни. Находясь в жарком коконе его рук, погружаюсь все глубже в агонию. Иду камнем ко дну.
Кажется, что-то сиплю, но явно не получается выдавить из себя чёткое желание.
— Черт!!! Черт, молнию заело. Сейчас, Энни. Сейчас помогу. На хрена такие узкие корсеты выбирать. Дерьмо!
И резкий оглушающий треск разрываемой на мне ткани словно кипятком по коже расползается. Вспарывает каждую чувствительную клеточку на моём теле. Ввергает в очередной шок…
Спустя мгновение выныриваю из морока. Делаю резкий вдох. Запускаю сердце по новой…
— Отлично. Дыши, Царевна. Глубоко дыши. Всё уже позади…
Взмываю над землей. Утыкаюсь носом в уютное местечко на шее. Ударная волна его запаха накрывает с головой. Лёгкие наполняются сладким ядом. Мощная смесь феромонов отравляет мою кровь. Проникает так глубоко в сердце и в голову, что уже не остановить губительный процесс. Мой наркотик снова рядом.
Господи, как теперь жить?
С ужасом осознаю — ничего не изменилось. Он по-прежнему любимый и родной. Душу рвёт своим присутствием. Даже времени не под силу было стереть эту связь.
Не думать! Только не думать об этом! Не реветь! Не жалеть себя!
Главное выжить в этой схватке и не потерять душу.
Господи, но как?
Он уже однажды сломал меня. Бросил с крошечным ребёнком под сердцем…
— Так-то лучше, Энни. Полежишь, и всё нормализуется.
Итан заботливо укладывает меня на кровать, поправляет подушку. Я не двигаюсь. Претворяюсь мёртвой. Пытаюсь дышать как можно ровнее, чтобы оставаться спокойной. Последнее выходит совсем паршиво, потому что его тёплые ладони касаются моих лодыжек. Снимают лодочки на шпильке. Прикосновения слишком нежные. От его больших ладоней исходит жар, превращаясь в толпы скользящих по телу мурашек. Кожа становится слишком чувствительной.
Я всё ещё помню, что могут делать со мной эти руки. Только от одной мысли об этом моё сердце колотится в груди ещё быстрее. Ещё громче. Усиленно перекачивая по венам гремучую смесь адреналина и крови.
Господи, как пережить эту встречу и снова не разбиться вдребезги?
Я же только собрала себя из осколков в одно целое. Едва духом воспряла. Обрела уверенность в завтрашнем дне. Всё начала с нуля. А тут он…
Снова Итан!
Пусть уходит! Кто его звал? Как вообще он здесь оказался?
— Эн, мне вызвать врача? Посмотри на меня, ты вся дрожишь. Ты меня слышишь? Энни… — пальцы ласково поглаживают скулу, заправляют за ухо пряди волос. Мне до трясучки щекотно. Хочется разреветься, так приятно ощущаются эти прикосновения. У меня даже пальчики на ногах поджимаются. Только бы не заметил.
«Прочь, Итан! Уходи прочь! Не реагировать! Не сметь! Всё в прошлом! Эта встреча не изменит ровным счётом ничего!» — в груди нарастает очередной виток паники.
Не хочу открывать глаза. Знаю, если встретимся взглядами — не выдержу. Меня размажет за доли секунды. Растопит. Испепелит! Его глаза снова пронзят сердце, вывернут душу наизнанку. Нельзя смотреть! Нельзя!
Держать под контролем эмоции становится всё труднее и труднее. Меня буквально разрывает изнутри. Я пытаюсь думать об Арсе. Пробую переключаться на своего жениха. На нашу предстоящую свадьбу. На банкет. На список гостей. Но выходит хреново! Итан бесцеремонно влез в мою голову. Вцепился в мозг. Заполнил собой все мои мысли. Он снова будоражит мою кровь.
Господи, это невыносимо! Это несправедливо. Почему я заново должна пройти все те же испытания? Разве я не заслужила счастья?
О чём нам разговаривать после стольких лет разлуки? О боли, которую он мне причинил? О его бесконечном молчании? О дочери, которую мне пришлось от него скрывать, чтобы не являться грязными пятнами на его репутации? Или о моём разбитом сердце и униженном достоинстве? О его недоверии ко мне? Отречении? О чём?
Почему нам бывает так трудно отпустить и простить своих бывших? Это же мазохизм чистой воды.
— Уходи, — мой голос напоминает задушенный шелест.
Придерживая лиф на груди, я медленно сажусь на постели. Волосы рассыпаются по обнаженным плечам. Моё второе свадебное платье безнадёжно испорчено, а это значит, что вечером наступит реальный армагеддец.
Как объяснить Арсению всю нелепость ситуации? Что он обо мне подумает? Я потратила колоссальную сумму денег с его карты. Он вернётся и спросит. Что я ему скажу? Предоставлю очередной шедевр, теперь уже от отца Доминики???
Боже мой, это какой-то сюр…
Захлебнувшись отчаянием, поднимаю на Итана безумный взгляд. Глазами встречаемся. Такие же синие и бездонные, какими я их запомнила. Точно также умело выворачивают душу, удерживая меня на прицеле. Не продержавшись и минуты в этом
