жестоком поединке, пытаюсь от него избавиться.
— Выйди из номера. Ты не имеешь права здесь находиться. Столько лет молчал, а сейчас решил окончательно сломать мою жизнь? Ты следил за мной? Почему ты здесь? Какого черта тебе от меня нужно?!!!
* * *
Поспешно встаю с кровати, но неудачно наступив на обвисший подол платья, теряю равновесие. В итоге неуклюже заваливаюсь на Святого. Его руки снова ловят меня. Запутавшись в юбке со шлейфом, словно рыба в сетях, добиваюсь того, что порванный свадебный наряд окончательно соскальзывает с моего тела на пол, оголяя меня перед мужчиной.
Кожу мгновенно окатывает убийственной волной жара. Пробирает до косточек невыносимым чувством стыда. Вырываюсь из его рук, инстинктивно обхватывая себя за плечи руками. Пытаюсь хоть как-то прикрыть грудь, но его глаза успевают зафиксировать слишком много. Не говоря уже о крошечных кружевных стрингах, которые недавно покупала для Арса.
Господи, как ты мог такое допустить?
— Я не следил. Наша встреча сегодня — абсолютная случайность. Видимо, так было угодно Богу…
Итан не отказывает себе в удовольствии пройтись по мне оценивающим взглядом. Кожа воспламеняется до предела. Моё дыхание сбивается ещё больше. Становится шумным и отрывистым, когда он заостряет внимание на бёдрах и животе.
После родов мои бёдра заметно округлились. Формы стали более аппетитными, как и сама грудь.
Я тоже, как завороженная, пялюсь на его полуобнажённый торс. На крупные грудные мышцы под распахнутыми полочками тёмного свитера с подтянутыми до локтя рукавами. На сильные жилистые руки.
За четыре года ничего не изменилось. Кажется, он стал ещё мужественнее, мощнее и рельефнее.
Пальцы покалывают искрами тока, так мне хочется стянуть с широких плеч одежду и прикоснуться к «бронзовой» коже. Очертить ярко выраженные кубики пресса. Провести ладонями по мускулистым предплечьям, почувствовать твёрдость вздутых вен.
Я, как маньячка, маниакально кайфую, рассматривая его прокачанное тело.
Скользя взглядом по тоненькой дорожке из тёмных волосков, уходящей от ямки пупка к паху, натыкаюсь на неприлично низко посаженный пояс пижамных брюк. Под ними ярко выраженное физическое желание. Ещё ниже босые ступни его ног…
Ощутив прилив горячей энергии к животу, сглатываю. Резко вскидываю смущённый взгляд к его лицу. Во рту мгновенно пересыхает. Машинально облизываю губы. Оказывается всё это время Итан следил за мной во все свои необычно-синие глаза. Ловил меня на горячем.
Проанализировав свои слабости, густо краснею.
Боже мой, я ничего не забыла. Такое невозможно забыть. Каждая моя клеточка помнит, как было нам в постели хорошо. Его тело тоже об этом помнит.
Он меня погубит. Снова.
— Думаешь, я в это поверю? — с трудом отрываю от него глаза, отворачиваюсь. Зону копчика мгновенно обдаёт жаром. Стянув с кровати покрывало, поспешно кутаюсь, пресекая возможность любоваться моими прелестями. Затем снова устремляю на него более уверенный взгляд.
— Ты постучал в наш с Арсом номер. Ворвался без приглашения. Что тебе от меня нужно? Тебе Кэтрин сказала, что я здесь?
— Кто такой Арс? — отвечает вопросом на вопрос. Лицо Итана становится хмурым и непроницаемым.
— Мой гражданский муж. Ты не ответил на мой вопрос. От кого ты узнал, что я здесь? От моей тётки?
* * *
— Эн, я же сказал, это чистая случайность. С тех пор, как Кэтрин уволилась, мы не поддерживаем связь. Здесь я провожу отпуск. В соседнем номере, — кивком головы показывает место, откуда он пришёл.
Меня мгновенно обдаёт кипятком. Колени начинают дрожать. Я едва не оседаю на пол.
Мы живём в отеле через стенку. Вчера ночью я видела его кисть! Это он курил по соседству.
Боже мой, неужели он всё слышал? Мы с Катей разговаривали о Нике. Если Итан с помощью переводчика уловил хоть малейшую суть — мне конец. Я не боюсь его гнева. Мне страшно потерять дочь.
— Вчера мне не спалось. Я вышел покурить на балкон, — подтверждает мои догадки, тем самым вырывая у меня сердце из груди. — Услышал знакомые голоса и решил проверить, ты ли это.
— Проверил? А теперь уходи! — выкрикиваю на нервах, указывая рукой на дверь. — Я не хочу объяснять мужу, что я делала в номере голая с чужим мужчиной!
— С чужим? — его губы искривляются в ироничном оскале. Смотрит на меня так, как будто я только что завалила самый важный экзамен в моей жизни.
Да какое ему дело до меня после того, как прогнал взашей?
— Давно вы вместе? — спрашивает таким тоном, каким обычно адвокаты вытаскивают признание у подсудимых.
— Я не на допросе, чтобы делиться с тобой этой информацией. Моя личная жизнь тебя не должна касаться. Убирайся прочь! — прорычав эти слова, оказываюсь пойманной за плечи.
Рывком притягивает меня к себе. Держит крепко. Я морщусь и забываю дышать. Лёгкие сжимаются от нехватки кислорода. Горят. Его лицо так близко. В нескольких сантиметрах от моего. Чувствую на губах жаркое дыхание. От этого эмоции захлёстывают с головой и безжалостно топят в воспоминаниях:
«Всё из-за неё, да?» — кричала я тогда. Мне было важно услышать правду.
«Эн, я не настроен выслушивать истерики. Не сегодня. Уймись, пожалуйста…» — звучит в голове наш давний диалог. Вспоминаю последнюю встречу, и сердце кровью начинает обливаться.
«Просто скажи мне, почему ты молчал? И я уйду. Клянусь. Больше тебя не стану беспокоить…»
Вдох-выдох… Вдох-выдох… Вдох-выдох…
Как и тогда. Около четырёх лет назад. Мы смотрим друг другу в глаза. Наше дыхание срывается в унисон. Сердца разбиваются на осколки, сотрясая грудные клетки.
Шумно. Надрывно. Неправильно. С болью вибрируют. В какой-то момент внутреннее болезненное напряжение с треском лопается, как сдавленный ладонью стакан. Срываюсь и начинаю цитировать его прощальные слова, высеченные обидой в моей памяти.
— Эн, послушай…
— Нет, это ты послушай. Помнишь, ты мне сказал: «Уходи. Нам больше не стоит встречаться. С тобой сложно, пойми. Я постоянно нахожусь на пороховой бочке. Кретин, который меня подстрелил, заявил, что ты с ним была заодно! Второй подтвердил! Адвокат, который вытащил тебя из следственного изолятора, был послан мной. Мне пришлось подкупить судью! Ты это понимаешь? А сейчас я должен жениться на тебе? И как это всё будет выглядеть? Сомнительным пятном на блестящей репутации адвоката?» Итан, я не хотела понимать! Тогда я любила тебя больше жизни! Ты был для меня всем! А сейчас у меня другой мужчина. И он любит меня. Ценит и боготворит. Он не стыдится связывать со мной судьбу. Ясно?
На какое-то время в комнате повисает давящая тишина.
— А ты? Любишь его, как когда-то меня? — разрывая молчание, Итан притягивает к себе ещё ближе. Смотрит на меня в упор.
