иначе на черта мне эта должность? Днем я занимался делами, а ночами выходил на охоту. Идеальная жизнь… была. Только вышла осечка. И я сбросил все накопившееся на ту, которую успел вдруг выбрать зверь между двумя вдохами и одним ударом сердца. Нарочно не подстроишь.
— Вот я и нашел, — натянул на себя футболку.
Я предпочитал думать о том, что она делала в неположенное время и не в том месте. Хотя проблем у меня теперь полно других. И самое неприятное — объявить семьям погибших, что их мужья домой не вернутся.
— Мне нужны адреса ребят… Даррела я знаю. А Стивенсон…
— Со Стивенсоном все сложно, — поднялся Майк. — Мне только что доложили, что его восьмилетнего сына предстоит оформить в приют.
— Что? — обернулся я медленно от шкафчика.
— Жена умерла год назад. Ребенок был с сиделкой.
— Дерьмо, — оперся я руками о стенки шкафчика.
Я знал, что такое отец, убитый на задании. Мне было одиннадцать, когда моего не стало. Но у меня была мать.
— Харт, мне звонит твой адвокат…
Я обернулся и взял трубку из рук помощника:
— Харт.
— Доброе утро, мистер Харт. У нас проблемы.
— Быстрее.
— Мисс Линдон отказывается принимать ваше предложение.
Я медленно моргнул и… оскалился. Да так, что Майк нахмурился. Наверное, в глубине души… очень глубоко… я знал, что она не приползет. Я же смотрел вчера в ее глаза, и они пылали отвращением, а не похотью. Ни черта на нее не повлияла наша связь, только на меня. Токсин на какое-то время вынудил ее течь подо мной, но и на этом все. А сейчас девочка вкушала всю горечь произошедшего и дергалась ящерицей на крючке. Ладонь сжалась в кулак — зверь ощерился внутри, не желая терпеть.
— И? — потребовал я почти человеческим голосом, уперевшись кулаком в стену.
— Я допустил оплошность, которой воспользовался ее адвокат, но это на пару часов. К вечеру мисс Линдон будет у вас, но, боюсь, в наручниках…
— Да хоть в ошейнике, — перебил жестко. — Она должна быть у меня сегодня.
— До связи…
— Сбросьте мне ее номер, — сузил я глаза.
— Может, это не…
— Жду, — не стал я слушать советов.
Хорошо, что вчерашний костюм мне так и не довелось помять — даже запах прачечной с него не вытрусил прежде, чем влез в спец форму. И теперь я шагал по коридорам здания будто заново, как если бы мне дали шанс что-то исправить. С деловой ипостасью я скорее мирился. Мне всегда было скучно сидеть и наблюдать сверху —тянулу в гущу событий. Но теперь было стойкое чувство, что этим воспользовались. Я закрыл за собой двери кабинета и набрал незнакомый номер, предоставленный адвокатом.
Трубку не взяли, и это неприятно дернуло нервы, сбивая дыхание. Поэтому когда на второй звонок вдруг услышал ее голос, стиснул зубы, чтобы не дать высказаться зверю первым.
— Прокурор Харт, — прорычал. Раздражение скрыть не удалось.
Я чувствовал, что меня раздирает на части, и собраться может помочь только девушка. Я от нее зависим, не она от меня. И это бесило.
— Что вы хотели?
— Встретиться.
— Вам ваш адвокат не сказал…
— Сказал. Давай поговорим.
Упрашивать было непривычно. Но я и так много всего натворил без спроса, потерплю.
— Просто поговорим? — дрогнул ее голос.
Ни черта она не радовалась отсутствию у себя зависимости.
— Прости за вчера. — Я замер у панорамного окна. — Я не хотел так. Но я хочу тебя себе…
Еще как! Стоило услышать ее голос, в мыслях всплыл и образ. Я хотел ее себе в той же допросной. Пару раз сразу, не разговаривая.
Она молчала. Слышал, как тяжело сглотнула, несколько раз набирала воздух в легкие, чтобы ответить, но снова выдыхала.
— Давайте встретимся, — набралась, наконец, смелости. — Но я хочу, чтобы вы обещали, что не потребуете меня сегодня к себе.
— И какой смысл? — сжал я кулак снова, а мысленно — горло своего зверя.
— Мне все говорят, что я проиграю, — усмехнулась она. — Так что вам стоит один день?
Рассказать ей, каково это — испытывать ломку от нее и чего мне стоит каждая минута? Усмешка показалась чужой — я ей покажу. Позже. Будет кричать, пока не охрипнет, как сожалеет, что не попала мне в лапы сразу.
— Обещаю, — процедил. — Мой водитель заедет за тобой в семь. И, Донна, ты была у врача или только у медэксперта?
— Это пока что не ваше дело, господин прокурор, — и сучка бросила трубку.
А я мысленно увеличил ее личный долг мне, едва не запустив мобильник в стену.
Мне нужно было подготовить собственную защиту против общества. Как бы ни хотелось никого слушать — придется. А еще — позаботиться о семьях погибших. Да и появиться перед начальством тоже не помешает. Но перед глазами разве что стекло не трескалось — с такой злостью я его мысленно крошил. Мне нужно было хоть что-то взять под контроль, потом будет проще…
— Майк, — прижал к уху мобильник, — а тот спец по генетическим отклонениям…
— Джастис Карлайл…
— Он. Еще в доступе?
— Да. Он всего пару месяцев тут, на выезд пока не наработал.
— Попроси явиться ко мне. Не дави. Но как можно быстрее. Идеально — через минуту.
— Понял, — выдохнул понимающе заместитель.
То, что девчонка не оборачивается, само по себе ни о чем не говорило. Я знал, потому что мы пытались найти закономерность между похищенными девочками. Для этого и вызвали Карлайла. Преступники выбирали именно тех, отцы которых были людьми. Позорно, конечно, но дискриминация таких полукровок въелась несмываемым пятном в репутацию высшего общества Клоувенса. Мне самому было невыносимо смотреть в глаза подчиненным, которые ничем не уступали чистокровным, но рвали жилы за меньшее, гораздо дольше карабкаясь по служебной лестнице. И за каждого приходилось биться с министерством в кровь.
И сегодняшняя встреча для отчета не стала исключением. Я требовал полноценного возмещения семьям погибших, несмотря на то, что оба подчиненных были полукровками.
— Харт, — поднял на меня налитые кровью глаза Парсонс, — прикрути пар из ноздрей. Я понимаю, что у тебя потери…
— Вычитайте из моего жалованья…
Я был не в ресурсе. Хотелось закончить быстрее, тем более Карлайл уже
