– Как я уже сказал, она просто друг, – спокойно произнес Калеб.
– Ну раз ты так говоришь.
– Черт побери, Джейкоб…
– Мы подумали, что ты мог бы ей помочь, – быстро добавил Трейвис.
Джейк с трудом сдержал смех. Помочь этой женщине? Он и самому себе-то помочь не в состоянии.
– Ты мог бы осмотреть постройки, пастбища…
– Дело в том, что я завтра уезжаю, Трейвис.
– Мы предлагаем тебе сделку. Ты осмотришь ее ранчо и уедешь на следующей неделе. Никаких усилий с твоей стороны.
– Значит, вот как называешь ваши с ней отношения? Сделкой?
Зачем он это сказал? Какое ему дело до отношений его брата с женщиной, которую он даже не знает?
Увидев, как сузились глаза Трейвиса, Джейк протянул руку и сжал его плечо:
– Мне жаль, но я не буду помогать красотке, которая носит на ранчо вечерние платья.
– Она наша с Калебом клиентка. Я даю ей финансовые консультации, а он ее поверенный. Эддисон умная женщина. Работает юристом в Нью-Йорке. На твоем месте я не стал бы ее недооценивать.
Он прав. Глупо недооценивать женщину, которая может пригвоздить тебя к месту одним лишь взглядом.
– Мне нет до всего этого никакого дела, – ответил Джейк. – Я же сказал, что не собираюсь оставаться, поэтому вам не следует меня ей рекомендовать.
– Мы уже это сделали. Сказали Эддисон, что ты тот человек, который ей нужен. Нам удалось ее в этом убедить.
Джейк не слушал его. Он наблюдал за женщиной. Она поднесла к губам бокал, отпила немного красного вина, затем провела по губам кончиком языка.
Он издал приглушенный горловой звук.
– Джейк? Ты в порядке?
– Да, – ответил он, не сводя с нее глаз.
– Ты слышал, что я сказал? Мы ее убедили.
– В чем?
– В том, что ты именно тот человек, который ей нужен.
– Но…
Калеб закатил глаза:
– Что ты тот человек, которого ей следует нанять. Видишь, как она на тебя смотрит? Наверное, пытается понять, что мы тебе о ней рассказываем. – Он весело рассмеялся. – Мы сказали Эддисон, что ей придется пустить в ход свое обаяние, придумать что-то особенное, чтобы убедить тебя…
Трейвис, наблюдающий за Джейком, произнес резким тоном:
– Калеб.
– Что-то особенное, – осторожно повторил Джейк.
– И она это сделает. Она очень изобретательная женщина, Джейк. Если она решила завладеть твоим вниманием…
– Черт побери, Калеб, – проворчал Трейвис. – Ты заткнешься наконец?
– Подожди минутку. Я хочу все объяснить Джейку, чтобы у него не осталось никаких сомнений. Он должен знать, что с Эддисон его будут связывать только деловые отношения. Что от него не потребуется никаких усилий… – Он осекся. – Джейк?
– Джейк! – крикнул Трейвис, но тот, кипя от ярости, уже продирался сквозь толпу.
Глава 4
Когда Эддисон было девять лет, она в очередной раз убежала из дому. У нее не было для этого особых причин. Она просто надеялась, что где-то есть место, где люди читают книги, вместо того чтобы смотреть мыльные оперы, где мама не завивает часами волосы, не красит ногти и не делает то же самое с твоими волосами и ногтями, хотя тебе это не нравится.
В тот раз она, вместо того чтобы направиться к шоссе, побежала в лес у подножия гор. Ветки хлестали ее по лицу, колючки ежевики цеплялись за одежду.
Наконец она выбралась на открытое место. И обнаружила прямо перед собой пуму.
Большая кошка отвела назад уши и зарычала.
Сердце Эддисон бешено заколотилось. Она много знала о пумах. Они быстры, непредсказуемы, красивы, умны и очень опасны.
«Беги!» – подсказывали ей все инстинкты, но, к счастью, разум им не подчинился. Проявить слабость означало бы подписать себе смертный приговор. Поэтому она, несмотря на весь свой страх, продолжила стоять не шелохнувшись.
Время словно остановилось. Это избитое выражение, но как еще можно описать ситуацию, когда хищник и жертва оказываются лицом к лицу?
Через несколько секунд, которые показались девочке вечностью, большая кошка повернулась и убежала прочь.
Сейчас, почти двадцать лет спустя, Эддисон не зря вспомнила тот случай. Джейкоб Уайлд направлялся к ней. Он выглядел не менее опасно, чем хищный зверь.
Несколько минут назад он так пристально за ней наблюдал, что ей было не по себе. Его братья разговаривали с ним. Судя по тому, что они время от времени поглядывали на нее, разговор был о ней.
Она ждала, когда Трейвис и Калеб представят ей своего брата, когда он улыбнется или, по крайней мере, кивнет ей.
Время шло, но ничего не происходило. Бездействие Джейкоба сбивало ее с толку и одновременно раздражало.
Неужели он ждет, что она сделает первый шаг?
В конце концов она решила, что в этом нет ничего плохого, улыбнулась ему и подняла бокал, словно говоря: «Привет, Джейк, меня зовут Эддисон. Хотя я не уверена, что мы сможем вести вместе дела, нам следует познакомиться и поговорить ради ваших братьев».
Неожиданно все изменилось.
Его черты напряглись, губы сжались в тонкую линию. Ей было знакомо это выражение лица. Она его ненавидела. Так на нее смотрели мужчины, которые ее хотели. Она стала объектом мужского внимания с тех пор, как у нее выросла грудь.
«Девочка моя, – говорила ей мать, – ты нравишься мальчикам. Разве это не замечательно?»
Эддисон не видела в этом ничего замечательного. Уже тогда ей хотелось, чтобы мужчины обращали внимание на ее ум, а не на внешность.
Но этот мужчина смотрел на нее так, как голодный человек смотрит на стейк. Под его взглядом у нее дрожали колени. Она была так потрясена, что с трудом могла дышать. Она попыталась успокоиться, выпив немного вина, но это ей не помогло.
Трейвис и Калеб что-то сказали Джейкобу. Очевидно, что-то неприятное, раз он ничего им не ответил и направился сквозь толпу в ее сторону. Именно тогда она вспомнила о своей встрече с пумой.
Только он не был хищником, а она беззащитным ребенком. Будь она проклята, если позволит ему ее напугать.
Братья Джейкоба последовали за ним.
– Джейк! – крикнул Калеб. – Подожди.
– Черт побери, – сказал Трейвис, – ты совершаешь большую ошибку.
Все стали поворачиваться и смотреть на Джейка и на нее. Только этого ей не хватало. Последние несколько недель она всячески избегала внимания общественности.
Эддисон сделала шаг назад. Этот человек безумен, и она не собирается позволять ему…
Слишком поздно.
Его сильные пальцы сомкнулись вокруг ее запястья подобно стальному зажиму.
– Куда-то собрались? – тихо спросил он.
Сердце Эддисон бешено колотилось. Ей было трудно сохранять самообладание, но ей удалось спокойно произнести:
– Отпустите меня.
– Зачем? Мои братья сказали мне, что вы горели желанием со мной познакомиться.
