— Ну что ж, пиши, — холодно ответил Весьямиэль, решив, что про властелина староста ему сам все расскажет. — Я граф Весьямиэль-зи-Нас’Туэрже адд’Карнай адд’Шианзу адд’Лианар адд’Вижезен… — Тут он сжалился над Ранеком, прилежно скрипевшим пером, и над собой: во-первых, полное имя со всеми титулами ему пришлось бы выговаривать еще минут пять, а во-вторых, он ужаснулся, представив, как староста мог записать его имя на слух. — Достаточно?
— А граф — это, стало быть, титулование такое? — проявил смекалку староста.
— Верно.
— А это насколько ниже самого главного правителя? — спросил тот.
— На две ступени, — ответил Весьямиэль, решив ничему не удивляться. В самом деле, откуда деревенщине в титулах разбираться! — А теперь, любезный, изволь объяснить, где это я и что произошло! И с какой стати ты моим именем интересуешься?
— Это, господин, разговор долгий… — Староста подул на страницу, убедился, что чернила высохли, и бережно убрал книгу на место.
— Я никуда не тороплюсь. — Мужчина поудобнее устроился на лавке. — Излагай!
Староста прокашлялся и начал повествование. По ходу его Весьямиэль таращил глаза, скептически хмыкал и всячески изображал неверие в происходящее.
А творилось в этих краях вот что… Перепутинск недаром так назвали: он уж подметил — тут и перепутье, и путаница!
С давних времен в этих краях невесть откуда появлялись странные люди (а то и не люди вовсе). Ясное дело, поначалу крестьяне их боялись, бывало, убивали — что еще с чужаками делать? Кое-кто, впрочем, приживался… Но однажды слухи дошли до властелина. Тот немедленно прислал своих людей выяснить — что за незнакомцы, откуда, не шпионы ли? Те долго ломали головы, потом призвали на помощь самых лучших магов из столицы…
— Вы, господин, в магию-то верите? — опасливо спросил староста.
Весьямиэль неопределенно пожал плечами. При императорском дворе крутились маги, но в большинстве своем это были ловкие шарлатаны. Настоящие мастера о своем искусстве предпочитали не распространяться, знания передавались тайно и хранились в строжайшем секрете.
Итак, прибывшие маги сумели разобраться в происходящем: именно здесь, в лесу у Перепутинска (тогда еще Коровьего Брода), есть односторонняя волшебная дверь, через которую сюда попадают люди и нелюди отовсюду — кого с другого края света может занести, а кого и вовсе из иного мира!
Теорию о множественности миров Весьямиэль знал, считал, что она имеет право на существование, а сейчас, послушав, как спокойно говорит об этом полуграмотный бородач, и вовсе в нее уверовал.
— Кого только не бывало! — рассказывал Ранек. — И господа благородные, и дамы всякие, и крестьяне, и вовсе незнамо кто. Раз, при бате моем еще, занесло одного ростом в полберезы, весь в железе, молниями плюется — насилу угомонили!
Дело наладили. В лесу теперь постоянно дежурили лесники: нехорошо, если гость заплутает и пропадет. Всех доставляли в Перепутинск, несколько раз в год сюда прибывали люди от властелина, смотрели, что да как, и решали: оставить ли человека здесь или забрать в столицу. Благородных господ, ясное дело, увозили с собой, а крестьяне всякие неплохо приживались и в Перепутинске.
Последние властелины придумали, как можно использовать пришлецов! Среди них ведь и маги попадались, а незнакомые заклинания — это ж какое подспорье! Бывали и мастеровые, и изобретатели: благодаря им теперь вот прядильни механические построены, а в больших городах, рассказывают, даже самобеглые телеги есть!
— Вот девка ваша, — сказал староста, — крепкая, видать, работящая, может, тут останется! Найдется ей дело. А вы, господин, что умеете?
— Что я умею? — с неподражаемым сарказмом произнес Весьямиэль. — О, я кладезь талантов! Умею ездить верхом и фехтовать. Люблю охотиться — с загонщиками, разумеется. Прекрасно танцую, говорю на восьми языках — правда, боюсь, здесь это умение мне не пригодится. Могу выпить шесть бутылок вина и не захмелеть. Играю в вастрон, кагль и… словом, ты все равно не знаешь, что это. Умею музицировать и слагать стихи…
Староста как-то просветлел лицом: перед ним сидел настоящий благородный господин, теперь он в этом окончательно убедился.
— Так, господин, вам только людей властелина дождаться, вас мигом в столицу отвезут, — сказал он. — А пока уж сделайте милость, побудьте гостем! Для пришлецов у нас вот на постоялом дворе несколько комнат всегда свободны!
— С клопами? — Весьямиэль передернул плечами.
— Что вы, как можно! — оскорбился староста. — Лучшие маги от насекомых заговаривали! Ну, те комнаты, что для господ. Таких-то мало, видели, отдельную книгу для записи завести пришлось, красную, чтоб сразу понятно было! Ее еще прадед мой начал, а исписано всего ничего…
— Ну, выбора у меня нет, как я понимаю, — хмыкнул Весьямиэль. Ему очень хотелось узнать, зачем забирают в столицу благородных господ. Властелин с ними что, тонкости чужеземной политики обсуждает, что ли? Или незнакомые фехтовальные приемы разучивает? Но это можно было выяснить позднее, исподволь. — А что, вернуться назад можно? У меня там, видишь ли, дела имеются!
— Не слыхал я, как это бывает, — осторожно произнес староста. — Тут-то у нас дверь односторонняя, маги сказали, а что уж они сами умеют — то мне неведомо. Уж вы у них лучше спросите, не моего ума это дело.
— Непременно спрошу, — кивнул Весьямиэль. — Значит, комнаты. Сколько платить прикажешь, любезный?
— Что вы, что вы! — замахал руками Ранек. — То за деньги властелина! Что пожелаете, мигом будет! Ну, — добавил он, — если это не какие-нибудь рябчики с ананасьями…
— С чем-чем?..
— Яблоко такое заморское, — пояснил Ранек. — Один пришлец очень хотел попробовать, а откуда ж мы ему возьмем? Или другой еще соловьиных язычков жареных желал… А где мы ему посреди зимы соловьев наловим?
— Ну, я не столь прихотлив, — усмехнулся Весьямиэль и заговорил более развязно: — Но, любезный, мне нужна одежда! Не могу же я ходить в придворном камзоле ближайшую пару месяцев!
— Непременно портного к вам пришлю, и сапожки стачаем, как пожелаете, — кивнул Ранек.
— Тоже за счет властелина? — хмыкнул тот. — Знаешь, любезный, я лучше доплачу, но чтобы все было наилучшего качества!
— Не надо, не надо, узнают проверяющие, головы не сносить! — Ранек попытался отодвинуть золотую монету, но все же не устоял и спрятал ее, сделавшись совсем уж подобострастным. — Ежели что понадобится, господин, только скажите, мигом…
— Исполнишь, — завершил Весьямиэль. — Вот что, я не привык обходиться без слуги. Сыщется у тебя расторопный парень?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
