переть на дерущихся конь понял, хоть и не сразу: мысленный приказ не соответствовал движению повода. Но, разобравшись, принялся исполнять с завидным энтузиазмом. Собственно, теперь от лорда ситхов требовалось не свалиться с лошади. Все остальное она сама сделала: одного лягнула, второго куснула, третий сам убежал.
– Благодарю вас, сударь.
Путник чуть смущенно убрал свое оружие в ножны и спрыгнул на землю. Дарт Вейдер последовал его примеру.
– Позвольте представить моего спутника. Брат Шив.
– Мигель де Сервантес, сборщик податей.
Сервантес почтительно склонил голову перед Палпатином. Тот внимательно отследил реакцию на обращение «Брат». Удивление не вызвало. Хорошо. Теперь и нового знакомого разглядеть можно. Человек. Лет под пятьдесят. Левая рука практически не работает. Смотрит с интересом и без испуга.
Дарт Вейдер пошел осмотреть кусты на предмет скрытой угрозы, оставив повелителя общаться с местным. Палпатин остался доволен. В способности дипломата джедайской школы ляпать нечто неуместное он убеждался не раз. Впрочем, разговор начинать он не торопился, отдавая инициативу местному.
– Вы доминиканец, святой отец? – почтительно обратился тот.
Кто такой доминиканец, Палпатин не знал, поэтому улыбнулся милостиво и выдал вселенскую мудрость в стиле покойного Йоды о том, что внимательность в деталях – второе счастье. Затем скоренько заговорил о другом.
– Что же с вами стряслось, друг мой? Поведайте же нам скорее.
Палпатин был само участие, отчего дон Мигель еще больше смутился.
– Я весьма признателен вам за помощь. Но, право слово, мне определенно не о чем рассказать.
– Кто-то из злостных недоимщиков пытался добиться налоговых каникул?
– Налоговые каникулы? Метко сказано! Но не совсем так. Эти люди – приказчики с шерстобитки. За ее хозяином действительно числится недоимка. Но возмутила его не столько необходимость платить самим, сколько несправедливое, по его мнению, избавление от уплаты подати вдовы Рохес.
– Избавление?
– Добрые соседи уверенны, пожилая сеньора должна не меньше чем они. Но у меня нет документов, свидетельствующих о долгах ее ныне покойного мужа.
– Добрые соседи не поверили и попытались проверить ваши бумаги?
– Совершенно верно.
– Вы храбро защищали от чужих глаз документы для служебного пользования. Хотя злосчастной бумаги наверняка уже нет в природе?
– Внимательность к деталям – второе счастье, – отплатил Палпатину его же монетой Сервантес.
– Поступок благородный, но опрометчивый. Как перед начальством отчитываться будете?
– Как-нибудь да отчитаюсь. Честь идальго важнее.
– Хорошо, что ваш начальник – не дон Вейдер.
Они уже уселись на лошадей и тронулись с места. Палпатин и Сервантес впереди, Дарт Вейдер чуть сзади. Император бросил на ученика вроде бы ласковый взгляд, в котором всякий ситх ясно прочтет настоятельную рекомендацию держать язык за зубами, если молнией между глаз не хочет. Вейдер скромно промолчал. Сервантес же с Палпатином не согласился.
– Отчего же? Судя по рассказам о боях с магометянами, дон Вейдер – храбрый защитник трона и матери нашей католической церкви.
– Верно. Мало кто так ненавидит пиратов, работорговцев и еретиков как он. Но еще меньше тех, кто пролил столько же крови этих неблагонадежных. Но это никак не мешает практически всему флоту считать дона Вейдера самодуром и держимордой.
– Не всему флоту, а отдельным безответственным и некомпетентным субъектам, – не выдержал и подал голос Вейдер.
– Уж мы их душили, душили, душили, душили… – ласково кивнул Сидиус ученику.
Тот заткнулся. Палпатин же внимательно наблюдал, как Сервантес управляется с поводьями, заодно подыскав новую тему для разговора.
– Вы ранены?
– Да, но не сейчас. В славной битве при Лепанто. Едва не потерял левую руку. Впрочем, к вящей славе правой.
Палпатин улыбнулся из-под капюшона. Этот спокойный, самокритичный дядька ему определенно нравился. Разговор потек легко и непринужденно. За час езды ситхи узнали обо всех мало-мальски значимых предприятиях Севильи и окрестностей. Самыми технологичными из них являлись три кузницы, шерстобитка на водяном приводе и некая мануфактура, вроде бы выполнявшая заказы испанского флота, но при этом выпускавшая полотно.
«Может, у их и корабли деревянные» – мысленно пошутил Палпатин. Дарт Вейдер на это никак не отреагировал. На удивление от услышанного он ни в уныние, ни в ярость не впал. Испросил мысленно разрешение вступить в разговор, принялся выспрашивать, в которой из кузниц лучше купить медной проволоки, а где здесь торгуют машинными маслами. По поводу проволоки Сервантес был категоричен: назвал одного из мастеров, охарактеризовав остальных жуликами. По поводу масел предложил на выбор с десяток торговцев постным маслом. А поняв, что Вейдера интересует иное, отослал его к аптекарю за земляным маслом.
«Это он про нефть, что ли? – опять мысленно хихикнул заскучавший от технических деталей Палпатин: – Неужели здешние киборги для смазки в себя цельный неочищенный продукт заливают? Знаете, я уже ничему не удивлюсь».
Тем временем впереди чуть в стороне от дороги показались ворота с намалёванной краской на деревянной доске вывеской.
– Если вам негде остановиться на ночь, то я рекомендовал бы эту корчму.
С ответом Палпатин не торопился. Прикидывал все плюсы и минусы появления в наверняка людном месте. С другой стороны, вторая ночь на сырой земле в компании комаров совсем не прельщала. Только Сервантес истолковал заминку по-своему.
– Если вас беспокоит вопрос оплаты…
– Чего ему нас беспокоить? Беспокоиться надо о деньгах, которые у вас есть. А на нет и суда нет.
– Это решаемо. Корчмарь должен мне некоторую сумму. Небольшую, но достаточную, чтобы он принял вас в счет долга.
– Благодарю вас, сударь. Это было бы весьма кстати.
Заслышавший про корчму Длинноух оживился и побежал куда резвее.
Заведение показалось ситхам странным. Если бы не рекомендации местного госслужащего, Дарт Вейдер в такое место с активированным сейбером заходил бы. Нет, публика не выглядела слишком криминальной. У Вейдера на это глаз наметан. Одеты очень небогато, но не бандиты. А вот запах… Точнее вонь: смесь дыма, пережжённого масла и чеснока. Первую мысль о наркопритоне пришлось отбросить почти сразу. Экспресс-анализ воздуха ничего опасного кроме легких паров алкоголя не выявил. Просто вонь от изобилия грязи вокруг. Массивный стол девушка-прислужница протерла у них на глазах. Но лучше бы им этой тряпки не видеть. При этом мебель просто шикарная: натуральное дерево, цельный массив, бешеных денег должна стоить. Беспокойство Дарта Вейдера усилила растерянность повелителя, которую тот не смог скрыть. Не то, чтобы Дарт Сидиус опасался чего-то конкретного. За себя старший ситх постоять в состоянии. Просто набуанский аристократ не знал, как себя вести в подобных местах.
Вейдер взял
