всего стратегов. Рано или поздно мне предстояло с ними столкнуться. У капитана 22 уровень, двое других по 17 и 15.
Возглавлял команду пожилой человек, достаточно выдающейся наружности. До Фальвуса ему, конечно, было далеко, но ти-шадаец явно очень старался. Живот его имел форму практически идеальной полусферы, заключенной в темно-зеленый шелковый костюм с несколькими иероглифами в белом ромбе на груди.
Какая армия может быть у стратегов ти-шадая? Как я понимаю, у них нет сильного уклона в конницу. Пехоту они вполне уважают и любят. Плюс, думаю, новый противник постарается максимально адаптироваться под нас. Не стоит ждать много стрелков.
Настало время выбирать карту.
Итого я забанил:
Сырые леса
Рисовые поля
Дельта, острова и крокодилы
Противники же убрали карты:
Сухие равнины
Разделённые рекой
Кривые низины
Интересный выбор, логику которого я не совсем понимаю. Очень разные карты они забанили.
Адепт бросил в сосуд оставшиеся названия карт, несколько раз перетряхнул и вынул одно.
— Арена жертвоприношений!
О. Карта, на которой Орина дралась с шаддинцами при некоторой моей помощи. Ровная, но местами проблемная поверхность, укрепления в центре и наличие жертвенных ям по краям. Не самое лучшая карта для большого количества кавалерии. Хотя, учитывая наличие укреплений в центре, возникает соблазн быстро захватить их конницей.
Мы с Ориной хорошо знаем эту карту. Можно попытаться заранее построить план с распределением ролей. Обычно я таким не занимаюсь, так как управляю армией единолично. Весь план можно продумать в голове и мгновенно приспосабливать его под меняющиеся условия.
В процессе раздумий, я очередной раз проверил Касс. Она просыпалась.
«Мне пора», — передал Орине. — «Расскажешь, если что-то ещё интересное будет».
Уходить в разгар церемонии не очень вежливо, но после всех «подвигов» мою репутацию у магов это уже не испортит.
Из главного здания Изумрудных Садов я вышел пружинистым, быстрым шагом. Касс просыпалась. Она уже открыла глаза, хотя и не совсем очнулась.
До купален я добрался в рекордный срок. Минут за одиннадцать. Слуги испуганно уступали путь спешащим вооруженным людям, едва не переходящим на бег.
И вот с улыбкой на лице, я сдвинул в сторону легкий занавес, заменявший двери. Касс совсем очнулась. Она сидела в ванной, слегка дрожа. И…
Черты лица ее были теми же, но выражение изменилось практически до неузнаваемости. Она тут же обернулась на меня. Мокрые распущенные волосы спадали на плечи и липли к коже, которая уже не казалась такой загоревшей.
Касс сидела в воде, обхватив себя руками. Она молча смотрела на меня, и мне совершенно не нравился ее взгляд. Прям сердце сжималось от тоски.
— Как ты? — осторожно и тихо произнес я, медленно направляясь в ее сторону.
— Г-где мы? — в ответ спросила она.
В голосе звучало то, чего я раньше в нем практически никогда не замечал. Страх.
— Почему я здесь⁈ — девушка резко повысила голос, чего за ней тоже никогда не наблюдалось.
— Тебя серьёзно ранили. Помнишь? — как можно спокойнее произнес я, подходя все ближе. — Ты долго была без сознания. Мы перепробовали разные методы лечения. Я уже думал, что потерял тебя, но потом нашёлся способ. Все получилось. Ты спасена.
Параллельно мимолетом я глянул эффекты и перки Касс. Кажется, понимаю, в чем проблема. Теперь ее перк морфирования плоти выглядел так:
Дефектное алхимическое улучшение тела.
Рецепт: Забвение в бесчувствии(Рецептура нарушена)
Мастер: Годрак Рег Ксанд.
Третий тип серии рецептов «Забвение» за авторством Годрака Ксанда. Рецепт включал модификации гормонального обмена, мускулатуры, костного мозга и печени. Однако затем на алхимическое улучшение повлияла другая магия, меняющая тело. Изначальный замысел рецепта был нарушен, изменив значительную часть эффектов.
Эффекты:
— прирост постоянной выносливости на 24%
— прирост постоянной силы на 31%
— смерть от потери крови наступает на 56% медленней
— повышение влияния боли на мораль и выносливость на 48,4%
— регенерация тканей повышена на 72%
— снижение постоянной морали на 43,2%
Теперь перк не снижает, а повышает влияние боли на мораль⁈ Фигово.
Магия Ксигона восстановила не только повреждения от недавней травмы, но и попыталась обратить вспять те изменения, что когда-то внес Ксанд. В том числе со всей дури дернув рубильник ранее приглушенных эмоций и ощущений.
Исчез перк Хладнокровие, а его заменил другой, далеко не самый полезный, а главное приятный.
Дереализация-деперсонализация.
Пережитые ужасы или иные негативные состояния вызвали у этого человека синдром деперсонализации, при котором окружающий мир воспринимается как нереальный, отдалённый и лишённый своих красок.
Эффекты:
— снижение влияния боли на мораль и выносливость на 32%
— снижение обучаемости на 84%
— при кризисе морали переходит в «Психоз» с шансом 73%.
Я подошел к Касс уже вплотную. Боги, никогда не мог представить ее такой… Она теперь дрожала всем телом. На плечах выступили мурашки, словно вокруг была не сулимская жара, а северный холод. Нервный срыв.
— Я… Почему я здесь? Это неправильно! Все теперь неправильно… — она говорила это, а в ее глазах читался глубокий шок. — Я не знаю что со мной! Страх, боль… Почему⁉
Печати, наложенные Ксандом много лет назад, пали. Боль и страх, раньше сидевшие за решеткой, вырвались наружу. Они обрушились на теперь беззащитное сознание девушки. Касс не привыкла с ними бороться. Теперь она словно человек, что всю жизнь провел в скафандре и оттого лишен иммунитета.
— Тихо, тихо, тише. — ласково произнес я, обнимая ее за плечи. — Это пройдет. Это просто шок.
— Меня не должно здесь быть… — сквозь слезы отвечала мне Касс. — Я не должна была оттуда возвращаться…
От этих слов ещё большая тоска нахлынула на меня.
Чудеса случаются, это правда. Только вот чудеса не обязательно приносят счастье.
Глава 3
Третья сторона
— Я смутно помню то место, — призналась Касс, когда я спрашивал её про посмертие от Старика. — Но очень хотела попасть туда. Помню свет, тепло, уют, веселые голоса, запах дров, горящих в очаге. Кажется, я почти оказалась там. Стояла за окном. Смотрела. Но потом… Стало темно. Я лежала где-то в воде и не могла пошевелиться. Затем вдруг сердце забилось так быстро. И… Стало плохо. Дыхание перехватило. Воздуха было недостаточно. Не могу теперь
