ДНК, а у других стратегов вероятно иное описание эффектов. Если кто-то из других стратегов вообще видел описание этого навыка. Сотни лет прошли с его последних применений.
Магия Ксигона реально способна вернуть Касс к жизни. Замечательно. Но Иворна Сандис… Какую же тварь ты умудрился откопать! Чует мое сердце, да и другие органы ощущают, что мы с этой дрянью ещё намучаемся.
Глава 2
Чудеса
Что такое чудо? Возможно ли оно в мире, где колдовство, демоны, монстры и божественные дары стали обыденностью для таких как я?
Оказывается, да.
Со временем ты понимаешь пределы возможностей колдовства. Знаешь, чего ждать от того или иного монстра. Из категории чудес это все переходит в разряд планирования и расчетов. Но даже сейчас я ещё мог удивляться, наблюдая нечто выходящее за рамки моих представлений о магии.
Жизнь возвращалась к Касс. Даже спустя всего несколько минут после ухода Сандиса я заметил как изменилось ее лицо. Еще недавно мертвое, оно теперь более проходило на спящее. Веки были сомкнуты, ресницы слегка дрожали, губы приоткрылись и… боги, она дышала. Понятно, что даже телу в коме нужен кислород. Но то дыхание почти нельзя было заметить, а сейчас Касс снова дышала как положено человеку во сне. Невероятно. Я смотрел на это как завороженный. Возвращение Касс казалось мне более удивительным, чем даже Ксигон, обращающийся из мумии в живую плоть. Он то не просто человек. Хрен знает по какой классификации проходят темные жрецы Канртега, но свой дар эти заклинатели наследуют. Значит они не просто люди.
Маги Великого Пламени способны к мощнейшей регенерации. Нэл так вообще с нуля тело воплотила. Однако это потому, что чем сильнее чародей, тем более он подобен демонам.
Касс же была почти обычным человеком, если не считать модификации Ксанда. Просто человек в мире, где полно чудовищ. Хрупкая искра жизни, которую так легко погасить. Но вот она снова разгорается на моих глазах и даже не из уголька. Буквально из пепла.
Мне хотелось коснуться её, но решил сдержаться. Пусть лечится. Сандис не давал подробных инструкций, но до пробуждения Касс лучше не беспокоить. Думаю, владельцы купален будут не против, если я арендую их заведение на пару дней.
Вскоре должно состояться новое собрание стратегов. Как я понимаю, проведут жеребьевку и объявят о новых изменениях правил. В прошлый раз добавили тележку с боеприпасами. Что изобрели теперь? Палатку первой помощи? Свиток портала в город?
Кстати, телепортация до сих пор остается в разряде немногих чудес, на которые местные маги не способны. Я вспоминаю только один случай подобного явления. Мое попадание в этот мир.
Я оставил вокруг купален охрану, включая двоих венаторов. На всякий случай. Вдруг Мирканто таки захочет сделать мне ещё гадость. Лучше перестраховаться. Время от времени я проверял Касс через стратегию, но девушка все утро проспала.
Собрание проходило в дежурном режиме и началось с объявления. Вышедший на сцену чародей высказал мной давно ожидаемые нововведения.
— Всего за время проведения нашего Консилиума состоялось пятьдесят шесть состязательных схваток! — гордо заявил маг, будто топ-менеджер, отчитывающийся перед инвесторами. — Это было не легко, однако все запланированные состязания состоялись по расписанию. Кроме нескольких случаев, когда участники по собственному желанию покидали Консилиум.
Ага. Например, Кастос. Когда тебя собирается убить Мирканто, то, действительно, возникает очень большое желание покинуть Консилиум. Даже жаль, что нам тогда не вышло с ним договориться. Если бы Кастос объяснил всю ситуацию… Впрочем, он сам, вероятно, не знал, что за его нанимателями стоит Мирканто. Она умело скрывалась за спинами богатеев, культистов и даже стратегов типа Мирамоно. Интриги эта богиня умеет плести не хуже чем мои коллеги по триумвирату.
А чародей на сцене продолжал хвалиться:
— И мы не собираемся останавливаться на достигнутом. К уже привычному вам формату один на один добавятся новые. Первым из них станет сражением трое на трое. Наши возможности расширились, поэтому мы готовы даже к таким масштабным мероприятиям.
А ещё у вас просто выбора нет, иначе Турнир занял бы слишком много времени и стоил бы просто бешенных денег. Теперь поединки превращаются в командные битвы, а значит общее число сражений снижается.
— При этом от формата один на один мы не отказываемся. — продолжал маг. — Если кому-то не удастся найти себе команду, то он все равно может продолжать участие в Консилиуме пусть и с некоторыми ограничениями в будущем.
Ясно. Впрочем, Консилиум изначально не был задуман как игра для одиночек. Он про выяснения отношений между большими фракциями. Одиночка на таком мероприятия должен стать либо наёмником, либо расходным материалом как Кастос.
По итогам маги объявили такую схему. Создаются команды по трое стратегов и заранее объявляются. Затем уже между командами проводится жеребьёвка. Все, кто не находят команды проходят жеребьевку отдельного, но перед этим им предложат тоже объединиться. Судя по тону и общему направлению мыслей, чародеи постараются как-то осложнить жизнь одиночкам, чтобы мотивировать их кооперироваться. Иначе сильным стратегам будет невыгодно объединяться с более слабыми. Особенно, когда у тебя есть хорошая гвардия, а союзник не может ее предоставить.
Вечером должно состояться второе на сегодня собрание, во время которого от нас ждут составы команд и проведут жеребьевку для тех, кто уже объединились.
С имперской стороны по идее будет три или даже четыре команды. Сандис с его приспешниками, Октан, Аланиус и кто-то третий, затем я плюс Орина и кто-то ещё. Кроме того остаются двое стратегов, прибывших с Сандисом, а также Петрий и Нималексис Царон. Они могут либо влиться в наши команды, либо образовать свою. Это надо обсуждать.
Однако просто так меня маги не отпустили. После того как собрание завершилось, один из адептов передал, что со мной желает говорить Утред. Я догадывался, что беседа затронет мой визит к Мирканто и последующую болезнь. Предчувствия меня не обманули.
— Заставил ты нас поволноваться, — вздохнул Утред, облокотившись на небольшой столик. — Первый раз организуем этот драный Консилиум и один из фаворитов едва не помер.
Я пожал плечами.
— Твой венатор отдал мне вот это, — в руках чародея тускло блеснул осколок волшебного зеркала. — Это то, о чем мы думаем, уважаемый стратег? Зеркало Каламет, ведьмин глаз?
— Некоторая его часть, — согласился я.
— Значит, змеюка
