Дворецкий полновластно управлял всей жизнью прислуги в доме и заботился о том, чтобы хозяева ни в чем не испытывали нужды. Ему кроме того приходилось выступать своего рода посредником между прислугой и хозяевами, разбираться в том, какие проблемы он сможет решить сам, а какие потребуют участия хозяев. Задачей хорошего дворецкого было охранять хозяев от лишнего беспокойства, делать так, чтобы вся работа в доме выполнялась как бы сама собой, незаметно для владельцев.
На деле эта «самовыполняющаяся» работа требовала большого организаторского таланта, умения правильно распределять обязанности, награды и наказания. Дворецкий должен был следить за нравственностью прислуги, не допускать воровства, пьянства, тайных связей между лакеями и горничными, поскольку под его началом в основном находились молодые люди, которым приходилось тяжело работать и доставалось мало радостей от жизни, и эта задача была особенно сложной.
Однако она была далеко не самой сложной для дворецких в Англии начала XX века. Рут Гудмен, историк, изучающая быт англичан в начале двадцатого века, говорит: «На эдвардианский период пришлись последние годы расцвета сельских поместий. Богатство и власть все еще были сосредоточены здесь, в этих имениях. Тогда существовал невероятный разрыв между уровнем жизни этих людей и всех остальных, возможно, величайший в истории». Молодые образованные рабочие воспринимали это как социальную несправедливость. Однако для старых слуг все было по-другому. Они воспринимали свое положение в господском доме как рост по социальной лестнице, считали, что право обслуживать семью хозяев является привилегией, и старались быть достойными этой привилегии.
Дворецкий Даунтона – самая важная фигура в доме. Ему подчиняются абсолютно все без исключения
Поэтому все требования лакеев и горничных об упорядочивании рабочего дня и увеличении заработной платы воспринимались дворецкими как бунт и предательство. Их позицию определяло и то, что дворецкими становились пожилые, опытные слуги, окончательно отказавшиеся от надежды создать собственную семью. Их семьями становились семьи их хозяев, а главное, хозяйские дети, о которых они заботились всю жизнь, следили за их взрослением, праздновали их свадьбы, позже присматривали за их детьми.
В «Даунтоне» главной любимицей Карсона является леди Мэри, и хотя он никогда себе не позволяет выйти за рамки отношений госпожи и слуги, видно, что судьба девушки ему не безразлична, он по-отечески опекает ее и заботится о ней.
Но есть в жизни Карсона и своя страшная тайна, которая откроется только тем, кто будет внимательно смотреть сериал.
Мистер Карсон:
– Итак, как только Вы устанете, скажите мне – и я доделаю все Ваши дела.
Миссис Хьюз:
– О, начнете прямо сейчас?
Сластены
Одной из почетных обязанностей дворецкого было хранить, разливать и подавать вина, которые владельцы дома и их гости пили во время званых и обычных обедов. Редкие коллекционные вина подавали на стол в бутылках, чтобы гости могли увидеть место и год их изготовления. Ординарные вина разливали в графины.
Вкусы англичан начала XX века разительно отличались от наших. Они не употребляли сухих вин и предпочитали сладкие сорта, которые производились в Германии. Самое обычное сладкое немецкое вино могло стоить 50-60 фунтов стерлингов. Из французских вин тоже употребляли только сладкие красные сорта, бургундского или шампанского. Кроме того, в моде был токай, ставший в начале XX века напитком императоров и царей.
В конце обеда англичане лакомились выдержанным хересом и портвейном. Портвейн, давший осадок на стенках бутылки, назывался old crusted port и считался одним из самых лучших. Особо ценные сорта портвейна открывали, срезая с них крышки с частью горлышка раскаленными ножами так, чтобы кусочки пробки не упали в вино и не испортили его вкус.
Дамам уже не было необходимости, как в викторианскую эпоху, ссылаться на то, что доктор прописал им пить вино от малокровия, – подобное жеманство вышло из моды. Тем не менее, врачи советовали заканчивать трапезу ликерами, которые способствовали правильному пищеварению. Знаменитым был королевский имбирный ликер, который назывался трогательно и патриотично «Наш король». Легенда гласила, что он был изобретен для Эдуарда VII по совету его личного врача, который сказал, что король замерз до смерти, катаясь в своей новой открытой безлошадной карете, и что надо сделать что-нибудь согревающее и стимулирующее для него.
«Алкоголь – это анестезия, позволяющая перенести операцию под названием жизнь». (Джордж Бернард Шоу)
Когда же дамы покидали столовую, мужчины, обсуждая политику и финансы, могли побаловать себя сигарами и рюмочкой шотландского виски, по желанию наполовину разбавленного водой или неразбавленного. С дамами такими деликатесами не делились.
В зимние дни англичане согревали себя глинтвейном и теплым, сдобренным пряностями пивом.
Винный погреб находился в безраздельной власти дворецкого, который хранил ключи от него. Дворецкому приходилось следить за тем, чтобы лакеи, убиравшие со стола, не допивали за хозяевами, что, разумеется, не увеличивало его популярности среди прислуги, которой разрешалось утолять жажду недорогим пивом или легким яблочным сидром.
Этикетка знаменитого имбирного ликера, специально созданного в 1903 году для Эдуарда VII
Миссис Элиза Хьюс, экономка – Филлис Логан
Родилась в 1956 году в городе Пейсли, в Шотландии. Закончила Королевскую академию музыки и драмы. Много лет жила в Эдинбурге, работала на телевидении.
Играла жену Понтия Пилата в фильме Дамиано Дамиани «Дело Назаретянина», снималась в фильме «Легендарная жизнь Эрнеста Хемингуэя», сериале «Пуаро Агаты Кристи», британском сериале о судмедэкспертах «Немой свидетель».
Замужем за актером Кевином Маккенли, у них есть сын Дэвид.
Миссис Хьюс руководит всей женской прислугой в доме и является правой рукой дворецкого. Знаки ее высокого статуса – отдельная комната, а также особый десерт после обеда, который она съедает за чаем вместе с дворецким в отдельной зале. Ради этих привилегий, но главное – ради обеспеченной жизни и высокой пенсии, экономка должна была в юности отказаться от мысли завести свою семью и посвятить жизнь работе. Обращение «миссис» – это почетный титул, подчеркивающий ее высокий статус. На самом деле Хьюс – это ее девичья фамилия, она никогда не была замужем.
Главная задача миссис Хьюс – это организация работы всей женской прислуги в доме. Она должна следить за поведением и нравственностью девушек.
Присутствие в доме большого количества неженатых мужчин и незамужних женщин не могло не беспокоить чопорных англичан. Обычно их селили на разных этажах; женщин – наверху, а мужчин – внизу.
Филлис Логан – исполнительница роли экономки Элизы Хьюс
Архитекторы рекомендовали делать лестницы для мужской прислуги каменными, а для женской – деревянными, «так как дамы более изящны». Мужская и женская лестницы сходились на одной площадке, где их разделяла дверь, ключ от которой находился у дворецкого. Хозяева в Даунтоне не так строги, они рассчитывали на внимательное руководство мистера Карсона и миссис Хьюс и на здравый смысл прислуги. Здравым смыслом должны были, прежде всего, обладать женщины, так как в случае интрижек между прислугой и внебрачной беременности мужчину всего лишь журили, женщину же увольняли без рекомендаций, а с новорожденным ребенком у нее не было шансов найти новую работу. Поэтому миссис Хьюс строго следит за поведением вверенных ей девушек, действуя, прежде всего, в их интересах.
К счастью, она, по-видимому, ощущает вкус к руководящей работе и получает удовольствие от своей власти в доме и очень редко сожалеет о том, что «замужем» за своей карьерой.
«Ежели принять в рассуждение все добродетели, которых требуют от слуги, то много ли найдется господ, достойных быть слугами?» (Пьер Бомарше)
Лапки лебедя
Софи Макшера говорит: «Поместье Даунтон похоже на лебедя – он чинно плывет по воде и никто не замечает, как быстро под водой работают его лапки». Под этими лапками она подразумевает прислугу, которая действительно работала, не покладая рук, для того, чтобы Даунтон всегда оставался прекрасным образчиком английской усадьбы. Дворецкому и экономке предписывалось непрерывно загружать слуг работой, чтобы они не ленились и чтобы у них оставалось меньше времени на глупости. Впрочем, в большом поместье не требовалось придумывать занятия для слуг – они находились сами.
