Никита поставил капитану капельницу сначала с глюкозой, а затем с маннитолом, помассировал нужные акупунктурные точки на руках и ногах. К тому времени когда он закончил, сержант с Алтынбековым уже вскрыли остальные кувшины. В десяти кувшинах оказалось зерно пшеницы, в шести — рис, в двух кувшинах какое-то растительное масло, а в двух кувшинах была непонятная маслянистая жидкость чёрного цвета, похожая на нефть, но с запахом смолы.
— Ну и что это может быть? — спросил полковник всех.
— Товарищ полковник, это, возможно, сланцевая смола. Этот горючий камень, что мы жжём — это горючий сланец. Встречается от Марокко до Китая и от Прибалтики до Северной Америки. Теплотворная способность как у бурого угля, только зольность высокая. А при сухой перегонке сланцев можно получить сланцевую смолу. По составу она сходна с нефтью. Даже сланцевый газ бывает.
— А ты откуда знаешь, сержант?
— Товарищ полковник, меня ж с третьего курса Горного института призвали.
— Отчислили, что ли?
— Так получилось… Дембельнусь — восстанавливаться буду.
— Ну и что с этой смолой делать?
— Можно использовать в светильниках, товарищ полковник, — вступил в разговор старлей. Эти плошки с носиками — это масляные светильники. Веками использовались в старину для освещения жилищ, пока керосиновые лампы не изобрели.
— А ты откуда знаешь? Ты ж москвич.
— У меня дед — профессор истории. Кстати, специалист по Востоку. Он мне в детстве много рассказывал…
— А чего ж ты в военные пошёл?
— Отец у меня офицер. Вот и я решил династию продолжать…Там, по моему, как-то фитили надо делать.
— Товарищ полковник, я сделаю, я умею, — это уже Алтынбеков.
— Делайте, ребята. Фонарик заряжать здесь нечем. Мало ли, поберечь надо.
Через пятнадцать минут в пещере стало гораздо светлее. Никита покопался в своих мешках, нашёл упаковку гипсовых бинтов, слава богу, не промокли — были запакованы в герметичный полиэтиленовый мешок. Набрал простых бинтов. Как раз подошло время делать очередной промедол и антибиотики — вколол всем. Алтынбекова разбинтовали, бережно раздели до пояса, уложили на стол. Никита прощупал руку, нашёл место перелома, вколол сюда новокаин. Несколько минут подождал. Осторожно потянул за кисть больной руки. Спросил: " Не больно?" "Нет,"- с опаской ответил Алтынбеков. "Постарайся расслабить руку и не мешай мне," — сказал Никита. Сержанта Бесова усадили на скамью на противоположной стороне стола, он обхватил Алтынбекова за грудную клетку ближе к плечу. Его задача была — только держать. Никита осторожно отвёл руку Рустама и начал медленно и плавно тянуть на себя, взяв обеими руками за предплечье больной руки Алтынбекова. Плечевая кость его, до этого согнутая под небольшим углом, медленно выпрямилась. Правой рукой Никита прощупал концы отломков в месте перелома. Немножко повернул предплечье, устраняя ротационное смещение. Концы сломанной кости сошлись отлично. Проверил пульс и чувствительность руки на предплечье — всё было в норме. Можно было гипсовать. Оставив пока руку в покое, Никита замочил гипсовые бинты. Сформировал гипсовую лонгету, которую наложили на руку в среднефизиологическом положении, прибинтовали, зафиксировали и на этом закончили. Передохнули.
Наступила очередь сержанта. Здесь было проще. Смещения отломков кости не было, малоберцовая кость была цела и сыграла свою удерживающую роль, ребята на месте иммобилизировали конечность хорошо. Никита загипсовал голень сержанта с захватом колена и середины бедра сверху и всей стопы снизу. Напротив входного и выходного отверстий оставил окна для перевязок. Заодно сделал и перевязку.
Затем наступило время обеда. На обед был только отварной рис, но его было много. Запивали кипяточком с таблетками глюкозы вприкуску. На завтра Алтынбеков обещал попробовать намолоть муки пестиком в большой ступке, которую он нашёл в кладовке. Если получится — будем с лепёшками.
— Николай Иванович, — обратился полковник к старшему лейтенанту за "чаепитием", — говоришь, дед тебя истории хорошо учил. Что ты думаешь обо всём этом? — полковник покрутил пальцем в воздухе.
— Древний пещерный город, возможно, пещерный храмовый комплекс. Более точно смогу сказать после обследования остальных тоннелей. Такие пещерные храмы известны с третьего века до нашей эры. Потом что-то случилось и люди покинули это место. Но, почему не забрали всё с собой? Всё это имущество в те времена стоило немало. Либо не захотели, либо не смогли. Кстати, в Афганистане самый известный буддийский пещерный храмовый комплекс находится в Бамиане. Известен с первого века нашей эры. Там более двух тысяч гротов. А про это место никакой информации в исторических источниках нет.
После обеда наступила очередь старшего лейтенанта. Уложив его на стол животом вниз Никита довольно быстро сделал перевязку правой ноги. Ничего страшного здесь не было: два касательных осколочных ранения правой голени сзади и одно осколочное сквозное мягких тканей переднебоковой поверхности правого бедра. Признаков воспаления не было и Никита ограничился просто перевязкой ран. Тревожила осколочная рана в центре левой поясничной области. Выходного отверстия не было. Куда же направился осколок дальше? Признаков поражения брюшины не было. Значит, точно не внутрь живота, это главное. Тогда куда? Рентгена здесь не было. Никита начал рассуждать: если учесть направление движения трёх предыдущих осколков, то взрыв гранаты произошёл справа и сзади на поверхности земли. Если допустить, что все осколки от одной гранаты, то четвёртый осколок, войдя в центр левой поясничной области должен был идти почти параллельно поверхности тела примерно в том же направлении, что и предыдущие осколки, то есть влево и вверх, а, значит, в сторону левой боковой поверхности поясницы выше уровня входного отверстия. Никита начал осторожно пальпировать предполагаемое место нахождения осколка. Старлей сразу напрягся.
— Больно, Николай Иваныч?
— Когда трогаешь или когда мышцы напрягаются в этом месте.
— Потерпеть можете?
— Постараюсь.
Никита начал пальпировать тщательнее и сразу нашёл небольшое уплотнение в толще левой боковой мышщы живота: "Здесь он, голубчик. Сейчас мы его!" Никита помыл руки, простерилизовал их спиртом по Альфельду, обработал спиртом же поясницу и бок старлея, достал стерильную укладку из бикса, разложился, обложил стерильными салфетками место предполагаемой операции, обколол новокаином. Прямо над уплотнением Никита сделал небольшой разрез кожи и тонкого слоя подкожной жировой клетчатки, затем также разрезал фасцию и, начав раздвигать мышечные волокна, сразу наткнулся на осколок. Захватив его зажимом осторожно вытащил: "Маленький, зараза, а сколько нервов попортил." Нагноения, слава богу, не было. Кровотечения тоже. Так, вышло немного тёмной крови, так гематома-то и должна быть, хорошо, что небольшая. На всякий случай оросив рану антибиотиком, Никита послойно ушил её. Положил два шва на кожу, обработал швы спиртом и на этом закончил. Старлей, молодец, ни разу не пискнул. Наложив на раны повязку, Никита облегчённо вздохнул и позволил себе отдохнуть полчасика. Оставался полковник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
