Но, прежде чем начинать с полковником, надо было хорошенько подумать. Думать его научил академик Королёв. Была в Горьком знаменитая 5-я клиническая больница в кардиологическом отделении которой делали операции на сердце. Душой этой клиники был академик Королёв. Невысокий, худощавый, очень спортивный он и в 70 лет бегал на лыжах. Всегда спокойный, выдержанный, но мог и пошутить. И вот в эту клинику Никита устроился на работу в свои летние каникулы после окончания первого курса медучилища. Никите очень хотелось посмотреть операции на сердце, и он устроился на работу санитаром в операционный блок этой клиники на всё лето. За то лето он вживую, очень близко, во всех подробностях посмотрел все операции, что делались в этой клинике. И вот однажды Никита наливал дезраствор в тазы, где хирурги стерилизовали руки перед операцией. Подошёл академик Королёв и начал мыть руки. С лёгкой улыбкой посмотрел на Никиту и спросил: "Студент?". Никита сказал: "Да."
— А скажи-ка мне, какие есть методы обработки рук перед операцией? — спросил академик.
— По Спасокукоцкому-Кочергину: в 0,5 % растворе нашатырного спирта по три минуты в двух тазах, потом обрабатывают спиртом.
— Ещё?
— По Альфельду: 96 % спиртом последовательно двумя тампонами, затем смазывают ногти йодом.
— Ещё?
— По Бруну: 10 минут мыть в 96 % спирте.
— Ещё?
— Диоцидом (Денис как раз наливал диоцид).
— Ещё?
— Первомуром.
— Ещё?
По Фюбрингеру…
— Ещё?
— Церигелем.
— Ещё?…
Когда Никита выдохся и сказал, что в учебнике больше никаких способов не написано, академик Королёв улыбнулся и сказал: "Ещё золой."
— Как золой?
— Зола содержит в себе щёлок. Если золу замочить — получишь раствор щёлочи. А щёлочь является антисептиком и этим раствором можно мыть руки. В некоторых партизанских отрядах так делали во время войны, когда спирта не было. Если подумать — всегда можно найти выход из положения.
Эти слова академика Королёва шестнадцатилетний Никита запомнил на всю жизнь. И в случаях, выходящих за рамки учебников (да и не выходящих тоже), всегда думал как можно выйти из положения с наилучшими для больного результатами.
"С полковником не всё ясно. Осколок гранаты ужалил полковника в поясницу когда тот подбежал к БТРу и вскинул руки на броню, чтоб запрыгнуть наверх. Граната взорвалась сзади на склоне. Получается, что осколки летели снизу вверх, и ноги были экранированы краем дороги, и основную массу осколков принял на себя бронежилет с воротником и каска. Но один осколок всё-таки нашёл лазейку и тяпнул в поясницу в пяти сантиметрах справа от позвоночника и на пару сантиметров ниже гребня подвздошной кости. И дальше он мог лететь только вглубь живота, поражая кишечник. И выходное отверстие тогда должно быть на уровне пупка. А выходного отверстия не было; и на живот полковник не жаловался, да и симптомов раздражения брюшины не было, кишечник прекрасно работал. Но, полковник жаловался на жгучие боли передне-боковой поверхности правого бедра. Чаще всего такое бывает при сдавлении бокового кожного нерва бедра, обычно в области паховой связки. Но, тогда получается, что осколок полетел до паховой связки, но не снизу вверх, а сверху вниз. По условиям получения ранения это исключено, рикошетировать ему в этой области живота тоже не от чего. Значит что? Значит осколок, пробив пластину подвздошной кости на 1 сантиметр ниже гребня, потерял пробивную силу и остановился, и сейчас давит на этот нерв; потому что этот нерв идёт от позвоночника к бедру как раз чуть ниже гребня подвздошной кости, но с внутренней стороны. Причём, нерв этот он не перебил, иначе бы имелось полное онемение переднебоковой поверхности бедра. Значит, тут он, голубчик, и брать его надо отсюда."
Приняв решение, Никита сразу успокоился и начал действовать. Полковника уложили на стол спиной вверх. Никита обработал руки, разложил стерильную укладку из второго бикса, обработал операционное поле. Сержанта посадили на наркоз. Его задача была сидеть на скамье, смотреть на полковника и сообщать Никите когда полковник будет "выключаться" от наркоза. Наркоз полковник давал себе сам при помощи аппарата аутоаналгезии. В ящике "A" у Никиты было пять таких аппаратов. Они представляли из себя баллончик с триленом, на котором была закреплена маска для наркоза. Эти аппараты были придуманы для тяжёлых раненых, которые сами могли давать себе слабый наркоз. Трилен даже при первой стадии наркоза даёт сильный обезболивающий эффект. Раненый накладывал маску себе на лицо и дышал. Когда он достигал первой стадии наркоза рука потерявшего сознание раненого опускалась и он начинал опять дышать воздухом и постепенно приходил в себя. Затем опять дышал триленом и так далее. Передозировки при этом быть не могло. Вот такой аппарат и дал Никита полковнику. А сама операция прошла быстро: осторожно расширяя края раны скальпелем, уже на глубине в сантиметр Никита почувствовал что скальпель царапает по металлу. Осколок даже не прошёл насквозь тонкую пластину подвздошной кости, только пробил её и застрял тут, больше чем наполовину оставшись снаружи таза. Никита захватил осколок зажимом и осторожными тракциями вывел его наружу. Из раны излилось немного тёмной крови, видимо, опорожнилась небольшая гематома и на этом операция закончилась. Никита оросил рану антибиотиком, разрез ушил одним швом. Наложил повязку, и полковника сняли со стола. Никита облегчённо вздохнул: он своё дело сделал, теперь дело за ребятами, поправляться — это уже их задача.
Остаток дня отдыхали. Никита занимался ревизией своих запасов, готовил ужин. В нужное время сделал уколы, покормил всех, поел сам. В тот день все устали и спать легли рано. Утром, как всегда, первым проснулся Алтынбеков, подкинул топлива в очаг, подогрел вчерашний рис и вскипятил воду. Боясь разбудить ребят, стучать пестиком не стал, отложил на потом. Но, так как на месте не сиделось, начал ковырять штык-ножом швы в каменной кладке в нише в дальней от входа стене. Потом его сменил проснувшийся и позавтракавший Бесов, а Алтынбеков приступил к процессу получения муки. Никита выделил ему из своих запасов кусок марли для просеивания, а сам стал собираться в дорогу — проверять ещё не обследованный тоннель. Наполнил флягу водой, в полиэтиленовый пакет положил немного варёного риса. Фонарик решили поберечь, Никита взял из кладовки масляный светильник в виде керамического чайничка с широким коротким носиком и ручкой. Автомат по приказу полковника оставил в пещере, взял только нож и пистолет пилота. У входа в их пещеру положил булыжник, обвязал его шнуром, вторым концом шнура обмотал левую кисть. Накоптил светильником на стене тоннеля справа от входа в пещеру литеры 1Б, что означало: Пещера? 1, Базовый уровень. Он собирался в тех местах, где закончится шнур (длина его была 100 метров) делать отметки длины пройденного пути от базовой пещеры, подтягивать булыжник за шнур и идти дальше. Ответвления тоннелей Никита хотел маркировать просто порядковым номером, считая от своей пещеры и, соответственно буквами Л —,значит, по левой стороне и П —,значит, по правой стороне. Если ответвление будет вверх или вниз, то в них маркировать соответственно буквами В и Н. Если ответвлений вверх или вниз будет больше, то номер уровня будет маркироваться порядковой цифрой после буквы В или Н. То есть, если ответвление будет маркировано 12ВЛ2 — это будет означать двенадцатое ответвление по левой стороне второго верхнего уровня. Вообще, если применять правило правой или левой руки, то заплутать в любом лабиринте сложно — выйдешь из него всегда. Другое дело — сколько времени это займёт. Но, никто не запрещает повернуть назад в любое время, а по своим меткам вернёшься в исходную точку всегда. Знание этих принципов помогает людям не паниковать, когда им кажется, что они заблудились в лабиринте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
