это, — я посмотрела на рюкзак, — лишнее…
— Это увеличит твои шансы, — отрезал он.
В этом ли дело?
— Так, Молчунья, слушай меня. Мой торговый круг составляет сорок дней. Первый день я всегда во Всесвете, утром восьмого — в Восточном форте, на десятый — в Западном, две недели в Периаме, на двадцать пятый день снова в Западном форте, потом двадцать восьмой день — Восточный форт, и на тридцать четвёртый день я опять во Всесвете. Неделя там — и всё заново. Сейчас только шестой день, ведь мы ускорились, поэтому в Периаме на этот раз будем на день дольше. Я делаю пять ходок подряд, отдыхаю двадцать четыре дня, и потом всё по новой. Это пятый круг, после него — на отдых.
— Зачем мне это?
— Затем, что, если будешь жива и захочешь вернуться, можешь выйти к Тёмному Тракту, и я тебя подхвачу. Или напросишься к Толстому Рику от меня. Есть ещё Рыжая Джелла, к ней тоже можно. На Тракте у них серые и жёлтые метки. У Толстого Рика почти такой же круг как у меня, только у него счёт от Птичьего Утёса до Сэнгери в Периаме. Первый день…
— Но…
— Запоминай!
Малкир подробно рассказал круги Рика и Джеллы и заставил меня повторить всё несколько раз.
— Можешь записать, но лучше тебе это помнить, бумажки легко потерять. Джелла и Рик возьмут тебя без лишних вопросов, только заплатить придётся. Хотя не знаю, зачем тебе будет нужен караван, если ты выживешь. Сможешь перейти Чащи и так, правда? — Малкир улыбнулся, но вышло наигранно.
Он направился к двери.
— Готовься. Завтра выходишь вместе с группой Ганна.
Утром меня разбудил стук в дверь. Малкира в повозке уже не было, поэтому пришлось вылезать из тёплой постели. Оказалось, Рами принёс еду. За его спиной маячил хмурый Ганн.
— Завтракай скорее и выходим, — сказал он мне.
Ладно.
Отправляя ложку за ложкой в рот, я оглядывала стены вокруг. За эти дни кричащие, вычурные узоры стали привычными, если не родными. Запомнить бы их… Я зевнула. Да, спать пришлось мало… Найду себе место в глуши, попробую нарисовать эти завитушки — Малкир дал мне и бумагу, и письменные принадлежности. Как-то не вяжется такая забота с тем, что рассказывалось про него в книге. Тот-кто-не-делится многим поделился со мной просто так.
Снова зевок. Ну ничего, уйду в Чащи, вырою себе нору, отосплюсь…
Вещи уже собраны, осталось только прикончить эту похлёбку… Меню у Рами какое-то однообразное… Ещё вот приведу себя в порядок…
Предки, как же хочется спать…
Глава 4. Кому нужна соль?
4 день 4 месяца 524 года новой эпохи
В арсенале его никак не ждали, да ещё и утром.
«Редко я их проверяю», — подумал Эйсгейр, глядя на стражей.
Заспанные солдаты из внутренней охраны не сразу поняли, кого это тут принесло спозаранку. Те, кто уже признал в так внезапно появившемся человеке великого лорда Северных земель, под его взглядом расталкивали своих ещё не проснувшихся товарищей.
— Главного оружейника сюда, — процедил сквозь зубы Эйсгейр.
Он перелился на внешний периметр арсенала. Здесь всё в порядке, по крайней мере, с виду. Солдаты не спали, два отряда по расписанию совершали обход.
«Всех на Северное Кольцо! На границу с Ишдракйордом! — решил про себя рыцарь, снова оказываясь внутри мощной крепости, где хранились стратегические запасы оружия и боеприпасов Эйсстурма. — Разнежились в тёплом местечке, медузья слизь!»
Он заметил, как Вёльоф оглядывается вокруг.
— Ну, ярл, что скажешь? Каковы у меня ребята! Залюбуешься, да?
Солдат рядом чуть ли задрожал от брошенного на него взгляда.
— Мне бы лишние руки не помешали, милорд, — сказал Вёльоф, качая головой.
— Ну, значит, граница или рудники, — решил Эйсгейр, думая: не он ли сам сначала расслабился, а уж потом его люди?
Гремучей соли в эйсстурмском арсенале держали вдвое больше неприкосновенного запаса, определённого для ярлов. Должны были. Соль портилась от влаги, поэтому требовалось постоянно её проверять и заменять пришедшее в негодность.
Помощник оружейника, подглядывая в бумаги, отчитывался о состоянии складов, стараясь говорить бодрее и не дрожать. Пока он рапортовал о том, что гремучей соли имеется в полтора раза больше двукратного запаса, Вёльоф ходил между ящиками, укутанными промасленной бумагой.
— Милорд, — позвал он Эйсгейра.
Рыцарь поспешил к нему в дальние ряды склада, оставив блеющего об отличном состоянии дел чиновника.
— Поглоти меня земля, если тут не пусто, — сказал Вёльоф.
Тщедушный ярл взялся за один из верхних ящиков и с лёгкостью поднял. А не должен был. Даже его могучий предок не смог бы.
Что произошло в следующий момент, Вёльоф не сразу понял.
Ящики вокруг поднялись, отчего показалось, будто и пол уходит куда-то вниз. «Мать-земля!» — воззвал ярл к стихии, надеясь остановить камень, и ничего не почувствовал.
Повеяло холодом. Вокруг Эйсгейра струились плети воды. Они и сдвинули ящики с гремучей солью. Все разом. Вода превращалась то в лёд, то в снег. Вёльоф, никогда прежде не видевший своего владыку ни в гневе, ни призывающим стихию, понял, почему того называют Снежной Дланью. Кулаки рыцаря побелели, покрывшись сверкающим снегом, рукава заледенели до локтя. Такого не было, когда Эйгейр переносил их сюда. В груди человека шевельнулся страх — сейчас самый сильный стихийник на Иалоне в ярости всё уничтожит. Вёльоф этого не знал, но вода во рву вокруг арсенала взметнулась ледяной стеной, отрезав его от Эйсстурма.
Эйсгейр выругался и опустил ящики на пол. Но не все. Половину вода смяла как бумагу, в которую их завернули.
— Так сколько в арсенале гремучей соли? — спросил рыцарь, поворачиваясь к помощнику главного оружейника.
Цветом лица тот успешно соперничал со снегом на кулаках владыки Севера.
Эйсгейр с Вёльофом обошли все склады. Проверка дала печальные результаты: треть ящиков с солью оказалась пуста. Рыцарь почти озверел от гнева, но, когда увидел своего главного оружейника, его настроение мгновенно изменилось.
— Хавмар, ты болен?
Тот двигался немного вперевалку, будто у него болели ноги. А кисти рук были синеватые и опухшие.
— Да вот свезло под старость лет, милорд. Комковатой кровью наградили боги. Последние месяца два всё тяжелее становится. Сына вместо себя поставил. Ошибся, да, милорд? Мне уже кое-что рассказали.
«Одрин, ты нужна мне», — позвал Эйсгейр, отмечая силой место, куда можно перелиться.
— Вёльоф, — обратился рыцарь к ярлу Айсена, — а не забудешь ли ты на пару неделек про свои рудники? — Дождавшись кивка в ответ, он продолжил: — Поможешь с арсеналом и расследованием. Выделить тебе гремучки, сам понимаешь, не могу. По крайней мере, пока.
Между
