на исписанные страницы. — Надо забрать, в гильдии точно можно переводчика найти.
Мильхэ запихнула книжку в рюкзак. Потом сняла с одного из трупов медальон.
— Видели где-нибудь ещё такое?
Металлический кружок был похож на герб — белый цветок на красном поле. Оранжевая серединка цветка напоминала солнце.
— Я нет, — сказал Геррет. — Этот, — он мотнул головой на умершего странной смертью генаса, — говорил про Орден Жизни, но ведь у них другой символ. Хотя… Стили похожи.
— Солнцелобые? — хмыкнул Рейт. — Солнцелобые и эльфийские полукровки?
Мильхэ задумалась ненадолго и запихнула пару медальонов в свой мешок.
— Шэквет, — позвала она, — так тебя зовут, да? Как хоронить твоего Мастера?
Мальчишка ничего не ответил, только смотрел на всех по очереди и часто моргал.
— Как хоронить? — повторила эльфийка.
— Всё равно нет времени. Надо уходить, — произнёс Фаргрен.
Мильхэ посмотрела на него и, кажется, хотела возразить, но не стала.
— Хорошо. Шэквет, ты идёшь впереди, — она указала пленному рукой его место. — Впереди.
Земля вдруг содрогнулась. Все ринулись было к мальчишке, но под мёртвыми полукровками разверзлась дыра и через несколько мгновений все тела оказались погребены под землёй. Шэквет, сделав это, поник и послушно пошёл впереди отряда.
Фар решил пробежать в ту сторону, откуда пришли нападавшие.
— Скорее всего, они оставили свои вещи где-то недалеко, — сказал он напарникам перед тем, как отделиться от отряда.
И оказался прав. Впрочем, никакой пользы это не принесло: в мешках, брошенных под кустами, было только тряпьё, разные походные мелочи и остатки еды. А Фар надеялся найти какие-нибудь приказы. Или что-то ещё. Что угодно, лишь бы помогло разобраться.
Отряд шёл несколько часов до самого утра, пока не наткнулся на подходящее место для привала. На взгляд Фаргрена, слишком открытое, но лучше всё равно не могло быть: нет деревьев и кустов, близкого источника воды, а значит, у генасов нет преимуществ. По крайней мере, у маагенов и иллигенов. А от воздушников и землевиков спрятаться почти невозможно.
Фаргрену казалось, лучше пройти ещё, но все настояли на отдыхе. Они расставили охранки и распределили дежурство. Фару выпала очередь после Мильхэ.
Пленника усадили в центр, и эльфийка снова окутала мальчишку водой. Точнее, воду ей дала Ирма, а ведьма превратила её в оковы.
— Владеешь замыканием силы? — спросил Геррет Мильхэ и хмыкнул, когда та кивнула в ответ.
«Ладно, они знают, что делать», — решил Фаргрен и закрыл глаза.
Ему казалось, он не очень устал, но, когда лёг, понял, как ошибался.
Проснувшись, Фаргрен сразу почуял неладное. Мальчишки не было на своём месте. Мильхэ сидела в центре их маленького лагеря и задумчиво водила по острию кинжала точильным камнем.
— Где он? — спросил оборотень перекинувшись.
От его голоса проснулись остальные.
— Ушёл, — ответила Мильхэ.
— Что? — опешил Фаргрен, позабыв об одежде и холоде.
— Дерьмо жнецовье! — Рейт вскочил, будто не спал. — Где мальчишка?
— Она его отпустила, — сказал Фар. — Твари чащобные, зачем?
— А что вы хотели с ним сделать? — Мильхэ оглядела всех. Она была спокойной, даже слегка отстранённой. — Убить?
— Мы ведь не допросили его, — ответил Фаргрен.
— Я поговорила с ним.
— Допросить, а не поговорить!
— Собирались ломать пальцы ребёнку?
— Он уже не маленький, — сказал Фар. — Подался в солдаты, значит, как с солдата и спрос.
— А если бы ему было семь-восемь, как тем? — проледенила Мильхэ, холодно глядя на всех. — Ему четырнадцать. Я поговорила с ним и отпустила. Шэквет сказал, на пять дней пути вокруг нет никого из их ордена. Это ему рассказал Мастер, генас, который нам помог. Что находится в дольмене на севере, он не знает, как нас выследили — тоже.
— Ты хоть понимаешь… — начал Фар, но его как молнией прошибло. — «Знает их язык! А сразу не показала этого. Решила утаить пирамидки… Да её половину боя не было видно, могла и притвориться, что без сознания», — пронеслось в его голове, но вслух он спросил только: — Ты с ними заодно?
— Может, не стоит делать таких поспешных выводов? — вмешался Геррет, но Фар не слушал его:
— Поэтому не хотела говорить про эти штуки заказчику? Ты связана с ними?
— Допустим, связана. И? — ответила Мильхэ, и в её голосе зазвенел лёд. — Убьёте? Допрашивать будете? Из отряда вышвырнете? Вы — наёмники, вы из-за денег здесь оказались. И наша цель — дольмен на севере, а не четырнадцатилетние мальчишки. Контракт не предусматривает ни одного из действий военного времени, в том числе удержание пленных.
— А когда они опять придут нас убивать, — прорычал Фаргрен, — ты скажешь, будто по контракту не предполагалось умирать и перейдёшь на их сторону?
— Маатар, да уймитесь же вы, горячие головы.
От Геррета это прозвучало нелепо, и коротышка сконфузился.
— Вы ничего не знаете, — бросила ледяная статуя. — И я не собираюсь говорить об этом на задании от Гильдии наёмников. С какой стати я должна доверять вам? Чтобы Рейт с Лорином, гогоча, разболтали всё в Таверне?
— Вот это было обидно, между прочим, — пробормотал Рейт.
— Ладно, Мильхэ, допустим, ты не доверяешь нам и всё такое, — опять вмешался Геррет, пока Фаргрен снова не начал рычать, — но мальчишку-то зачем отпустила?
Она не ответила. Ледяная ведьма вернулась, а вместе с ней все стужи Драакзана.
Глава 6. Требование
4 день 4 месяца 524 года новой эпохи
— Я ничего не нашёл, Эйс, — Миррин уселся в кресло и закрыл лицо руками. — Опросил всех, узнал попутно о паре хищений, нескольких нарушениях и злоупотреблении полномочиями, но не нашёл ничего, что помогло бы найти Арделор. Или хотя бы выяснить, как её похитили.
Они сидели в любимой комнате Эйсгейра, где со стены над камином на них смотрела Эльвейг. Золото её волос поблёскивало от свечей. Рыцарь предложил вина Миррину, и тот не стал отказываться.
— Мы перевернули всю академию. Выяснили, что делала и куда ходила Арделор с самого прибытия. Обшарили всё. Каждый дом в радиусе пары кварталов от мест, которые она посещала. Тайно, конечно.
От такого признания рыцарь малость опешил. Раскрыв злоупотребления, Миррин сам назлоупотреблял. Эйсгейр хмыкнул в бороду, но не стал ничего говорить. Пока.
Получалось, эльфы и люди, которых рыцарь выделил послу, облазили всё, что смогли, и даже больше. Перетрясли всех стражников из людей, их семьи, родственников и друзей, которые жили в Эйсстурме. Эйсгейр удивлялся: как это всё умудрились проделать за неделю?
— Она мало куда ходила. С такой-то охраной не поразвлекаешься особо, — Миррин горько усмехнулся. — И они её упустили! Пятьдесят отборных солдат! Не знаю, кто тут больший олух: я сам, стража или весь эльфийский совет. Кстати, я мог переусердствовать, поэтому
