– Микаэль! – Я на всякий случай держался настороже. – Микаэль! Мыкола! Дело есть!
– Я що казав? Щоб мэнэ нэ турбувалы! – рявкнул Микаэль. – Бо в мэнэ робота!
– А у нас проблема! – заорал в ответ я и, уже значительно тише, добавил: – Без тебя не обойтись.
– Ну, что там такое? – переходя на эльфийский язык, спросил Микаэль, прерывая работу.
– Мы оркского шамана поймали, – пояснил я, подходя к кузнецу. – Вениэль может его допросить, но ему нужны специальные иглы.
– Вы что, пытать его будете? – ахнул Микаэль.
– Да нет! Не то чтобы пытать, – открестился я. – Это вроде бы как для иглоукалывания. Такие вот иголочки, воткнутые в особые места, заставляют пленного рассказать все. И не надо ему при этом жечь каленым железом пятки.
– Хм, – задумался Микаэль, обхватив ладонью подбородок. – Тонкая штука! Хорошо, что я выучил особое заклинание для этого. Но мне нужно знать форму этих игл.
– Вениэль тебе все расскажет и покажет! – поторопил я Микаэля. – Пошли! Он сам прийти не решился. Уж больно многообещающе для него прозвучали твои посулы.
– Да, есть такое дело, – согласился Микаэль. – Не люблю, когда меня от работы отрывают.
– Цэй? – Микаэль остановился перед шаманом и внимательно его рассмотрел. – Так, может, не надо всяких там изуверств? Просто я дам ему разок!
– Нет, так дело не пойдет! – покачал головой я, с уважением поглядывая на массивные кулаки нашего кузнеца. – Нам надо его поспрашивать, а не поубивать. Разницу чувствуешь?
– Видчуваю! – кивнул Микаэль. – Веня, так какие тебе иголки были нужны?
Вениэль торопливо достал лист бумаги и начал рисовать на нем.
– Смотри, Микаэль! Вот тут и тут должны быть небольшие утолщения. Вот такой длины… Я не помню. Кажется, у нас такие иглы где-то были. Я мельком видел, когда перебирали запасы. Но вот где они сейчас…
– Так они есть! – пробасил Микаэль. – Сейчас принесу. А то новые делать это долго будет.
Шаман с беспокойством прислушивался к нашему разговору. Понимать-то он ничего не мог. Разговор происходил на квенья. Но интонации ему явно не нравились.
Арагорн, с удовольствием цедя уже который бокал вина, зорко наблюдал за клиентом.
– Уколов боишься? – благожелательно осведомился он у пленного.
– Каких уколов? – подозрительно спросил орк.
– Всяких, – неопределенно сообщил Арагорн. – Не бойся, под ногти… кхм, под когти мы тебе иглы загонять, конечно, не будем. Но колоть придется.
– Я умею отключать болевые ощущения! – презрительно бросил шаман. – Можете пытать меня сколько угодно. Я вам ничего не скажу!
– Он, действительно, может отключать боль, – сказал мне Арагорн на квенья. – Но это для нас даже хорошо. Таким образом он понизит сопротивляемость при использовании нашего метода.
Подошел Микаэль и положил на столик сверток. Вениэль быстро его развернул, и в руке у него оказался пучок длинных игл.
– Они! А можно его как-то так распрямить, чтобы я провел процедуру?
– Не проблема! – заявил Арагорн. – Макс, позволь мне это сделать. Я понимаю, что путы-то твои. И этика не позволяет мне это делать без твоего разрешения.
– Да делай, что хочешь! – отмахнулся я. – Тем более что я не совсем представляю себе, что здесь нужно.
– Да ничего особенного! – усмехнулся Арагорн, делая жест в сторону шамана. – Просто клиента надо расположить так, чтобы в него было удобно втыкать иглы.
Из записей вещего Олега
…Захватил шамана страшного Перворожденный Максимиэль. Бессильным оказалось камлание против эльфийской магии. Да и магом был Максимиэль очень могущественным. И стал спрашивать шамана строго Арагорн. И поведал шаман всю правду о заговоре гнусном, что, впрочем, оркам и свойственно по натуре их предательской…
Я не буду описывать подробно всю процедуру подготовки к допросу. Не буду и рассказывать о точках, которые требуется активировать. Это нечто вроде сыворотки правды. Подвергшийся такому субъект начинает излагать правду, только правду и ничего, кроме правды. Воля его сильно подавлена. И сопротивляться такому методу клиент не в состоянии.
Оказывается, Артурус тут был, действительно, ни при чем. Просто местному наместнику орков не нравилось, что им командует какой-то пришлый орк. Распоряжение «залечь на дно» этот орк воспринял как личное оскорбление. При помощи сильного шамана, Хурмука, Бультурус (а именно так звали этого эмиссара) прибрал к рукам полноту власти. Он уже давно собирался покончить с эльфийским лесом, который был ему как заноза в одном месте. Правда, его сковывало то, что распределение на народы еще не произошло. Но к этому все шло. А то, что реакция на возникновение в центре Европы оркского племени может быть неадекватной, Бультуруса нисколько не заботило. Победителей не судят! Именно так он решил, и последовало нападение на Светлый лес.
Не знаю, на что он рассчитывал. Ведь ясно же, что Лесных эльфов, да еще и в их родном лесу, ему не одолеть. Или понадеялся на силу шамана? Местные власти, среди которых было достаточно орков в человеческом обличье, закрывали глаза на то, что творится у них под боком.
Такая самодеятельность не могла не вызвать раздражения у Артуруса. Благодаря возможности пребывать в человеческой ипостаси тайна поддерживалась. Но это становилось все сложнее делать. Странные новости нет-нет, а прорывались на страницы газет и на экраны телевизоров. Пока основная масса неинициированных людей не особо обращала внимание на такие вещи. Но специальные службы многих стран уже заинтересовались странными явлениями. То, что и в этих органах уже были измененные, несколько помогало. Но явные и активные действия предпринимать было еще рано. Предстояло еще провести соответствующие изменения и на американском континенте. Только тогда, по замыслу Арагорна, можно было уже открыто заявить о намерениях новых народов. Пока же шефу приходилось из кожи вон лезть, чтобы заглушить параноидальные вспышки у сильных мира сего.
Именно поэтому реакция на выходку Бультуруса была именно такой и закончилась тем, что Артурус его прибил.
Правда, о том, что с его вождем покончено, шаман не знал. Но все, что касается замыслов и намерений, он нам изложил по полной.
По мере допроса я понимал, что этот шаман не причастен к смерти Виттораса. Это не он высосал из Лесного эльфа жизненную силу.
– Ну и что теперь с ним делать? – спросил я, когда допрос закончился.
– А отдай его мне, – предложил Арагорн. – Жаль терять такой экземпляр. Ты пойми, я же должен заботиться и об орках.
– Чтобы он снова начал нам пакостить?! – возмутился я. – Ты бы еще и драться с ними попросил прекратить! Мол, жаль терять такие экземпляры. А о нас ты подумал? Да из-за его волшбы погибло несколько наших парней! А я тебе его отдавать должен?
– Заметь, Макс, я ведь прошу. Хотя мог бы и потребовать. И просто забрать его, без всяких пояснений, мог бы. Я должен на первых порах заботиться обо всех народах. Должен! Пусть это и вызывает у меня неприятие, но есть вещи, которые я обязан сделать. По большому счету орки имеют такое же право на существование, как и вы, или гномы, или люди. Когда я приведу свой план в действие, тогда я смогу прекратить заботу обо всех. Там уже вы сами решайте, что да как. Я буду только заботиться, чтобы вам никто не помешал со стороны. Тем более что где-то здесь обретается и Сильвана, как дополнительная головная боль для меня.
Арагорн помолчал, глядя перед собой, и через некоторое время продолжил:
– Я понимаю, что это твой трофей. Но он очень нужен оркскому народу. Нужен именно сейчас! Сейчас, когда делаются первые шаги. Если хочешь, я дам ему установку не вредить эльфам. Эту установку он будет не в силах преодолеть, ты уж мне поверь! И еще я могу тебе пообещать, что если произойдет такое событие и они захватят в плен кого-то из ваших, то я освобожу его и передам вам. Тебя такой вариант устроит?
Надо сказать, что мне такое развитие событий не нравилось. Мне не нравилась сама мысль о том, что я вот так просто отдам нашего врага Арагорну. Он уже успел навредить нам. По его вине погибли наши ребята. Но где-то в глубине души я понимал, что в чем-то Арагорн прав. Он действительно взвалил на свои плечи грандиозную задачу. А ему все сейчас старательно мешают. Но все равно Арагорн ее не бросает. Это не могло не вызывать у меня уважения.
– Ладно! – тяжело вздохнув, решил я. – Забирай! Но только помни о своем обещании. Сделать так, чтобы он больше не смог навредить нам, и помочь спасти нашего, если кто-то попадется им в лапы. И не одного нашего, а всех!
– Я всегда держу свое слово! – твердо сказал Арагорн, поднимаясь на ноги.
Он подошел к пленному и выдернул из его тела иглы. Пошлепал шамана по щекам. Тот коротко застонал и поднял голову.
– Повезло тебе, Хурмук! – хмыкнул Арагорн. – Эльфы оказались благородными и отпускают тебя.
