прошипел Старшина, — ты сам не понимаешь, о чём говоришь.
— Я отлично понимаю. Я здесь, потому что не мог жить по правилам там. И я не собираюсь теперь здесь жить по твоим трусливым правилам. Мой корабль пойдёт следом за кораблём Волка, и если он хочет, чтобы мы написали на борту «Вселенная с нами» — то чёрт с ним. В конце концов, она действительно с нами.
— Спасибо, — сказал Дезмонд тихо, останавливаясь возле незнакомца.
— За что? Кто-то должен был это сказать. Какой смысл сидеть по уши в дерьме, если ты даже не пытаешься выбраться. Есть ещё кто-то, кто считает так же, как мы?
Какое-то время царила тишина, а потом из толпы вышел ещё один капитан. Этот был заметно старше, и бровь его рассекал грубый шрам, первым делом бросавшийся в глаза каждого, кто смотрел на него.
— Я тут двадцать лет. И я согласен — пора. Орден — пустышка. Если бы они что-то могли, то давно бы истребили нас всех.
Дезмонд усмехнулся, когда третий капитан подошёл к ним и протянул руку для рукопожатия, а затем один за другим стали выходить ещё. Всего их набралось шестеро, но этого по-прежнему было мало для того, что задумал Дезмонд.
— Ещё четыре, — сказал он, — ну?
По рядам прошёл нестройный гул, в котором Дезмонд расслышал: «Надо подумать» и «Посмотрим, чем это кончится».
— Посмотрите, — сказал он громко и, повернувшись к тем, кто его поддержал, кивнул в сторону, призывая следовать за собой.
***
Инэрис неторопливо потягивала кофе из большой кружки и рассматривала сидящего перед ней человека. Каллен Фэроу был немногим старше её самой, но никак не выказывал превосходства. Он мало говорил и то исключительно по делу и, не будь он шпионом, Инэрис было бы любопытно с ним поработать.
— Давно вы занимаетесь этим делом? — спросила Инэрис, глядя на него поверх чашки.
— Год.
Инэрис покачала головой.
— Стало быть, не сначала.
— Я не так давно в Ордене. А этот человек, похоже, далеко не сразу заинтересовал конклав.
Инэрис хмыкнула.
— «Похоже»? — уточнила она.
— Вы правильно поняли. Мне не дали всей информации. Но той, что я собрал, достаточно, чтобы действовать.
— Вас это не раздражает? — спросила Инэрис. Она любила задавать откровенные вопросы. Это могло рассказать о человеке за секунду больше, чем иначе она выяснила бы за несколько часов. Каллен, к примеру, даже не вздрогнул и лишь, не меняя голоса, сообщил:
— Нет. Если магистр считает, что в этом нет необходимости, значит, необходимости нет.
Инэрис оставалось только хмыкнуть в очередной раз.
— Мастер Фэроу, как бы вы ни показали себя сейчас, вы должны понимать, что своим помощником я вас назначить не могу. У меня есть Уотман, и это было бы крайне не корректно по отношению к нему.
Фэроу прикрыл глаза, не давая Инэрис разглядеть реакцию, но ответил так же спокойно:
— Я понимаю. Если магистр считает, что мне будет лучше работать у вас в подчинении…
— … то значит, так будет лучше, — закончила Инэрис хором с ним, — должна сказать, меня такой конформизм не впечатляет, я предпочитаю людей, которые способны думать своей головой. Как вы сказали, у вас есть мысли относительно того, куда будет нанесён следующий удар. Это верфь Мело. Хорошо. Я тоже вижу в этом смысл. В таком случае мы возьмём курс туда, и на подлёте я передам вам мостик. Посмотрим, почему вы не справились с жалким корветом за год. Это всё. Можете быть свободны. Ваш статус на корабле я определю позднее.
Каллен встал и, кивком головы выразив почтение, скрылся за дверью. Инэрис не могла разгадать этого человека, и именно это смущало её больше всего.
Вздохнув, она дёрнула застёжки кителя, освобождая горло, и потянулась к коммуникатору.
«Ты здесь?» — отпечаталось на экране и, посмотрев дату, Инэрис увидела вчерашнее число.
«Да, прости, срочные дела. Я всю ночь не спала».
Ответ пришёл не сразу — Инэрис встала и направилась в душ, и только вернувшись в каюту, увидела на экране новое письмо:
«Нельзя столько работать».
«Я знаю», — Инэрис улыбнулась и, подумав, добавила: — «Скажи… Ты доверяешь людям, которые всё делают правильно?»
«Нет. А к чему вопрос?»
«Вот и я — нет…»
Какое-то время оба молчали, а затем на экране отпечаталось новое сообщение:
«Я скоро улетаю по делам. Может, не буду писать несколько дней».
«Я буду ждать, когда ты вернёшься».
«Я верю. Поэтому и вернусь. Прости, надо идти. Поспи».
Инэрис уложила коммуникатор на тумбочке около кровати и принялась устраиваться в постели.
***
— Всё просто. Нужно обездвижить патрули. Для этого мы должны аккуратно выйти в шести точках, — Дезмонд ткнул пальцем в голограмму системы, где располагалась верфь, — здесь, здесь и здесь. Главное, не вступайте в бой. Ренгар, будешь за капитана на нашем корвете, я возьму буксир.
— Одного буксира не хватит, чтобы передвинуть станцию.
— Нет. Станцию мы бы взяли, если бы нас было хотя бы десять. Но так мы можем поживиться крейсерами и показать нашим друзьям из организации, что Орден — ничто.
— Согласен, — кивнул блондин, который поддержал Дезмонда на совете. Как оказалось, его звали Джонас, но кроме имени Дезмонд так ничего о нём узнать и не смог.
— Хорошо, — согласился третий капитан, Грэм. — Значит, просто не лезем на рожон. Пощупаем им хвост.
Дезмонд усмехнулся.
— Ну всё. Встретимся в системе Орла.
***
Операция начиналась ровно так, как видел Дезмонд её начало.
Шесть небольших, но манёвренных корабликов выскочили из подпространства с разных сторон от махины станции, где Орден строил свои корабли. Шесть залпов обезвредили шесть пограничных ботов, а затем корабли снова исчезли в прыжке.
Всё повторилось через три минуты, только теперь точки выхода были другими, и целью стали корабли сопровождения.
Уходить хозяева окраин не стали — вместо этого четверо затеяли чехарду с оставшимся кораблём, отвлекая его от главного противника — вышедшего из подпространства буксира. Дезмонд уже навёл гравитационный луч на наиболее приглянувшийся ему фрегат, когда махину станции накрыла тень. Мятежник невольно перевёл взгляд на новый ворот, отрывшийся немного ниже плоскости эклиптики и выпустивший наружу облегчённый фрегат с гербом империи на борту.
— Чёрт… — сказал он тихо и, уже включив связь, добавил: — уходите все. Я возьму один трофей и тоже уйду. Сегодня не наш день.
— Какого чёрта… — послышался из динамика голос Ренгара.
— Я сказал — уходите, — Дезмонд повысил голос, но приказа выполнить никто не успел, эскадру кораблей накрыла волна энергетических залпов, и центральный корвет превратился в факел.
— Я сказал, уходите, — проорал Дезмонд и, привлекая к себе
