Они переправляются через Гангу. Здесь великий отшельник благословляет их водою святой реки. Он предвещает им славную земную жизнь и блаженство на небесах.
По дороге в обитель, в густом лесу, Рама убивает ракшаси Тараку, злобную и мощную, словно тысяча взбесившихся слонов. Вишвамитра дарит ему волшебное оружие богов: оно является на поле боя по желанию обладателя и всегда приносит победу.
Охраняя обитель, Рама расправляется еще с двумя могущественными ракшасами – Мáричей и Субáху…
Вишвамитра просит Раму и Лакшману поехать с ним в Митхилу, правитель которой, Джáнака, готовится совершить великое жертвоприношение.
Они путешествуют. Вишвамитра рассказывает о местах, мимо которых они проходят.
Они являются ко двору царя Митхилы. Джанака повествует им о божественном луке Шивы.
Некогда Дакша, тесть Шивы, устроил на небесах великое жертвоприношение. Пригласили всех, кроме зятя. Взбешенный Шива явился на пир с огромным луком, грозя убить всех. Но небожители смягчили его гнев, и он согласился передать свой волшебный лук предку Джанаки, земному царю Деварате, на хранение. Теперь этот лук перешел к Джанаке.
Джанака был бездетен и молил богов о потомстве. Когда он вспахивал священным плугом поле, чтобы возвести там алтарь, из борозды навстречу ему поднялась прекрасная дева. Джанака взял ее в дочери и назвал Сита, что означает «борозда». Когда Сита достигла совершеннолетия, Джанака объявил: Сита достанется в жены тому, кто сумеет надеть тетиву на священный лук Шивы. Но никто даже не мог поднять с земли этот лук.
Джанака предлагает Раме попробовать свои силы.
[Лук Шивы]
(Часть 67)
«Божественный лук, Деварáте подаренный Рудрой,Дай Раме узреть», – Вишвами́тра сказал благомудрый.
И раджа велел принести этот лук знаменитый,Душистым сандалом натертый, цветами увитый.
Пять сотен мужей превосходных, исполненных силы,В телегу впряглись по приказу владыки Митхи́лы.
На восьмиколесной телеге сундук помещался.Под крышкой железной блистающий лук помещался.
Узрел этот ларь и сложил для привета ладониМитхилы властительный царь, восседавший на троне.
И мыслями он поделился тогда с Вишвамитрой,И с тем, кто рожден Каушальей, и с тем, кто – Суми́трой…
Великий подвижник и храбрых царевичей двоеУслышали мудрого Джáнаки слово такое:
«Сей лук запредельный был нашего рода святыней.Надеть на него тетиву, обуянны гордыней,Соседние раджи напрасно пытались доныне.
Ни боги, ни демоны им не владеют, – рассудим,Откуда уменье такое достанется людям?
Стрелу наложить и напрячь тетиву для посылу,Когда этот лук человеку поднять не под силу!»
«О Рама, – воскликнул тогда Вишвами́тра, – о чадо!Увидеть воочью божественный лук тебе надо».
И ларь, где хранилось оружье Владыки Вселенной,Открыл дивноликий царевич и молвил смиренно:
«Я Рудры божественный лук подниму и с натугойКонцы, если нужно, сведу тетивою упругой!»
Мудрец и Митхи́лы владетель вскричали: «Отменно!»И Рама рукою за лук ухватился мгновенно.
И поднял, как будто играючи, над головою,И туго сплетенной из му́рвы[18] стянул тетивою.
Внезапно раздался удар сокрушительный грома:Десницей могучей царевич напряг до излома
Оружье, что Джанаки роду вручил Махадéва!В беспамятстве люди попадали справа и слева.
Лишь царь, да мудрец Вишвамитра, да Рагху потомкиСмогли устоять, когда лук превратился в обломки.
«Воитель, сломавший божественный лук Махадевы,Достоин моей, не из лона родившейся, девы.[19]
Явил он безмерное мужество нашему дому! –С волненьем сказал государь Вишвамитре благому. –
А Сита прославит мой род, если станет женоюВеликого Рамы, добыта отваги ценою».
Джанака провозглашает Раму женихом Ситы. Из Айодхьи приезжают Дашаратха с остальными сыновьями. Устраивается свадебное торжество. Одновременно с благородным царевичем Кошалы женятся и его братья: Лакшмана – на другой приемной дочери Джанаки, Бхарата и Шатругхна – на его прекрасных племянницах…
Проходит время. Царь Дашаратха слабеет. Он все чаще думает о наследнике.
Книга вторая. Айодхья
[Добродетели Рамы]
(Часть 1)
С Шатру́гхной к царю Ашвапáти, любимому дяде,Отправился Бхарата в гости, учтивости ради.
И были царем Ашвапати обласканы оба,Как будто обоих носила Кайкейи утроба.
Но помнили братья, покинув родные пределы,О том, что в Айодхье остался отец престарелый.
Шатругхна да Бхарата были средь поросли юной,Как Индра великий с властителем неба, Варуной.
Айодхьи правитель, чье было безмерно сиянье,Царевичей двух вспоминал на большом расстоянье.
Своих сыновей он считал наилучшими в мире:Четыре руки от отцовского тела. Четыре!
Но Рама прекрасный, что Брахме под стать, миродержцу,Дороже других оказался отцовскому сердцу.
Он был, – в человеческом облике – Вишну предвечный, –Испрошен богами, чтоб Равана бесчеловечный
Нашел свою гибель и кончилось в мире злодейство.Возвысилась мать, что пополнила Рамой семейство,
Как дивная Áдити, бога родив, Громовержца.Лица красотой небывалой, величием сердца,
И доблестью славился Рама, и нравом безгневным.Царевич отца превзошел совершенством душевным.
Всегда жизнерадостен, ласков, приветлив сугубо,С обидчиком он обходился достойно, не грубо.
На доброе памятлив, а на худое забывчив,Услугу ценил и всегда был душою отзывчив.
Мгновенно забудет он зло, а добра отпечатокВ душе сохранит, хоть бы жизней он прожил десяток![20]
Он общества мудрых искал, к разговорам досужимЛюбви не питал и владел, как мужчина, оружьем.
Себе в собеседники он избирал престарелых,Приверженных благу, в житейских делах наторелых.
Он был златоуст: красноречье не есть краснобайство!Отвагой своей не кичился, чуждался зазнайства.
Он милостив к подданным был и доступен для бедных,Притом – правдолюб и законов знаток заповедных.
Священной считал он семейную преданность близким,К забавам дурным не привержен и к женщинам низким.
Он стройно умел рассуждать, не терпел суесловья.Вдобавок был молод, прекрасен, исполнен здоровья.
Свой гнев обуздал он и в дружбе хранил постоянство.Он время рассудком умел охватить и пространство.[21]
Чтоб суть человека раскрылась, его подоплека, –Царевичу было довольно мгновения ока.
Искусней царя Дашаратхы владеющий луком,Он веды постиг и другим обучался наукам.
Царевич был дваждырожденными долгу наставлен,К добру и свершенью поступков полезных направлен.
Он разумом быстрым постиг обхожденья искусство,И тайны хранить научился, и сдерживать чувства.
Не вымолвит бранного слова и, мыслью не злобен,Проступки свои, как чужие, он взвесить способен.
Он милостиво награждал и смягчал наказанье.Сноровист, удачлив, он всех побеждал в состязанье.
Как царства умножить казну – наставлял казначея.В пиру за фиглярство умел одарить лицедея.
Слонов обучал и коней объезжал он по-свойски.Дружины отцовской он был предводитель геройский.
Столкнув колесницы в бою иль сойдясь в рукопашной,Ни богу, ни áсуру не дал бы спуску бесстрашный!
Злоречья, надменности, буйства и зависти чуждый,Решений своих никогда не менял он без нужды.
Три мира его почитали; приверженный благу,Он мудрость имел Брихаспáти, а Индры – отвагу.
И Раму народ возлюбил, и Айодхьи владетельЗа то, что сияла, как солнце, его добродетель.
И царь Дашаратха помыслил про милого сына:«Премногие доблести он сочетал воедино!
На царстве состарившись, радости ждать мне доколе?Я Раму при жизни увидеть хочу на престоле!
Пугаются áсуры мощи его и отваги.Он дорог народу, как облако, полное влаги.
Достигнуть его совершенства, его благородстваНе в силах цари, невзирая на власть и господство.Мой Рама во всем одержал надо мной превосходство!
Как правит страной необъятной любимец народа,Под старость узреть – головой досягнуть небосвода!»
Велел Дашаратха призвать благославного сына,Чтоб царство ему передать и престол властелина.
[Мáнтхара видит празднество]
